10 сентября весь еврейский мир и, в первую очередь, русскоязычное еврейство, отметит 150-летний юбилей выдающегося историка, публициста и общественного деятеля Семена Марковича (Шимона Меировича) Дубнова. Семен Дубнов родился 10 сентября 1860 года в уездном городе Мстиславль Могилевской губернии в бедной многодетной семье. Родным языком будущего историка был идиш, русский он выучил только в 13-летнем возрасте, чтобы поступить в казенное еврейское училище в Вильне. Дубнов проучился там всего несколько месяцев: по указу 1873 года эти учебные заведения были ликвидированы, и будущий ученый остался без всякого формального образования. С тем большим прилежанием юный Дубнов занялся...

В 1967 году, сразу после окончания Шестидневной войны, в Ливии произошли еврейские погромы, вследствие которых почти все евреи покинули страну. Среди них был нынешний глава Союза ливийских евреев Великобритании Рафаэль Лузон, которому в тот момент было 13 лет. Шестеро его родственников стали жертвами погромов, однакому самому Рафаэлю и его родителям удалось бежать из страны. Семья Лузонов осела в Италии, впоследствии Рафаэль переехал в Великобританию, где и живет в настоящее время вместе с женой и сыном. В июле этого года Лузона, его 87-летнюю мать и сестру лично пригласил в Ливию глава государства Муамар Каддафи. Семья побывала в своем родном городе Бенгази, а затем посетила...

Он много раз уезжал за рубеж, много раз и возвращался. И все-таки эмиграция была неизбежным итогом. «Уеду куда угодно: в Голландию, на юг Италии, в Прованс – и скажу, разрывая на себе одежды: «Родные мои, вы же видели, я к вам вернулся. Но мне здесь плохо. Единственное мое желание – работать, писать картины. Ни царской России, ни советской России я не нужен. Меня не понимают, я здесь чужой. Зато Рембрандт уж точно меня любит».   Так писал Марк Шагал в своей книге «Моя жизнь». Стремление к эмиграции было абсолютно обоснованным: непонятый, непринятый мастер, который желал одного – творить. Долгожданным, но последним приютом, где он, в конце концов, обрел покой и свободу, стал тихий...