Интервью

Аркадий Майофис

«Людей сгоняют на марши»

08.05.2018

В эксклюзивном интервью Jewish.ru глава разрушенной телекомпании ТВ-2 Аркадий Майофис рассказал, как его сотрудники придумали «Бессмертный полк», почему его идею приватизировало государство и когда народный марш выродился в праздник по разнарядке.

Вы возглавляли томскую телекомпанию ТВ-2, и ваши сотрудники придумали идею, вылившуюся впоследствии в «Бессмертный полк». Как родилась эта идея?
– В странном городе Томске мы какое-то время оставались таким островком свободы – не принадлежали никому, только сами себе. У нас в телекомпании работали трое, чьи деды воевали. И они с детства ходили на Парады Победы – для них это была такая очень личная и важная история. Они взрослели и видели, что на Парад Победы выходит все меньше и меньше реальных участников войны, и он превращается все больше и больше в формальное бюрократическое действие. Они воспринимали это довольно болезненно. Они и пришли с идеей: «Давайте проведем в Томске такую акцию с фотографиями». И название «Бессмертный полк» тоже им принадлежит: Сергею Колотовкину, Сергею Лапенкову и Игорю Дмитриеву. Они и сейчас продолжают заниматься Полком в Томске, Москве, Петербурге.

Мы договорились о том, чтобы люди вышли с портретами только своих близких родственников. Нельзя было выйти ни с портретами знаменитых маршалов, если они не ваши родственники, ни с транспарантами, а только с фотографиями погибших близких. Мы буквально за месяц-полтора до 9 мая 2012 года начали об этой идее активно рассказывать, и подключились предприятия, которые помогли с печатью фотографий. Люди приносили старые снимки, их ретушировали, делали портреты.

Вся эта акция была сделана совершенно бесплатно. Есть такое крупнейшее региональное предприятие «Томсктрансгаз», они захотели выйти со своим транспарантом. Мы объяснили, что это противоречит нашим принципам. И они сказали: «Мы понимаем». И дали нам свою службу безопасности. Когда тысячи человек на улице – надо думать о безопасности. Это всё было по-человечески.

Сколько человек вы тогда собрали?
– В первый же год на улицы Томска вышло 6 тысяч человек – это было совершенно невероятно. И это было отдельное шествие, а Парад Победы прошел в том же виде, что и обычно.

Мы поняли, что в этом шествии есть что-то важное и трогательное. И людям акция очень понравилась. Тогда мы стали рассказывать о ней на всех площадках, где собирались наши коллеги, и на семинарах, на которые съезжались директора телекомпаний, показывая кадры, как у нас это получилось. И эта идея стала распространяться по стране. А штаб Полка находился в Томске. Был даже написан Устав Полка.

И что в нем было?
– В нем было четко зафиксировано, что Полк не может быть использован ни в политических, ни в рекламных, ни в каких бы то ни было иных целях. А цель наша одна – выйти с портретами своих родственников. И был создан сайт, на котором люди рассказывали очень личные истории о своих родных.

Когда вы почувствовали, что «Бессмертный полк» уже не тот?
– Сначала акция проходила в 10 городах, затем в 15 и даже захватила некоторые страны. А потом случилось то, что случилось с телекомпанией ТВ-2. И одна из причин, которую нам озвучивали, когда нас отстраняли от эфира и отбирали лицензию, – это то, что мы «приватизировали Победу», посягнули на святое и «прикарманили» идею. И что якобы не мы это все придумали. И вот после этого наша акция стала праздником, который спускается сверху и по разнарядке.

Случилось то, чего мы больше всего боялись, потому что изначально это была исключительно народная инициатива. Когда мы начинали, представители власти имели только одно право – выйти на улицу с портретом своего родственника и пройти. И больше никто в это не вмешивался. Так и должно было быть. Там не должно было быть ни «Единой России», ни КПРФ, никакой другой политической силы. Это единственный день, который объединяет людей самых разных взглядов. А сейчас это государственное действо, и я знаю, что людей часто сгоняют на марши.

Как же так получилось, что такая светлая и хорошая идея была так извращена?
– Разве это единственная светлая идея, которую постигла эта участь? А скоро акция вообще превратится в то же, во что уже превратился Парад Победы. Людям она осточертеет, потому что в этом уже почти не остается главного – инициативы самих людей. Это невероятно обидно.

В Израиле люди тоже выходят на такие акции. Как вы к этому относитесь?
– Я не берусь судить. Я не очень понимаю, что здесь с этой акцией происходит. Но предполагаю, что всё примерно так же, как и в России.

Грустно, когда в «Бессмертном марше» идут люди с пустыми глазами и выданными им «сверху» однотипными портретами.
– Да, а потом их выбрасывают на помойку. Мы все видели эти кадры. Это ужасно. День Победы всегда был самым святым днем для всех граждан бывшего СССР. И мы исходили из этого. Всегда. Но постепенно эти принципы стали вымываться.

Как, на ваш взгляд, надо отмечать 9 мая? Это праздник вообще?
– Я считаю это очень личным днем для каждого. Самое главное – это скорбь и память.

Комментарии

Самое читаемое

Хроники

Казни ради

Трупы повешенных были сожжены. Прах передали двум агентам госбезопасности. На зимней дороге в пригороде Праги их машина забуксовала. Прах высыпали под колеса, чтобы ехать дальше...

Общество

Еврейка из прошлого

«Муж умирал, и я сказала: “Можно ли мне обнять тебя, хотя я нечиста?” (ибо у меня были месячные, и я не смела коснуться его). Он ответил: “Упаси Б-же, детка, подождем еще немного, и ты очистишься”. Увы, когда это произошло, было уже поздно!»...

Литература

Близнецы в зверинце

Ева начала процесс по сбору свидетельских показаний бывших врачей Освенцима, а потом сообщила, что прощает их, в том числе и доктора Менгеле. Сама власть прощать, по словам Евы Мозес-Кор, делала её сильнее её мучителей, и только прощение помогло ей отрешиться от тягостных воспоминаний,...