Ушел из жизни искусствовед Игорь Голомшток

17.07.2017

12 июля в Лондоне в возрасте 88 лет умер искусствовед Игорь Голомшток, сообщает Colta.ru.

Игорь Наумович Голомшток родился в 1929 году в Калинине (ныне Тверь), закончил Финансовый институт в Москве, в 1948 году поступил на вечернее отделение искусствоведения филологического (впоследствии — исторического) факультета МГУ.

Работал во Всесоюзных научно-исследовательских мастерских по реставрации архитектурных памятников, в отделе передвижных выставок Дирекции художественных выставок и панорам Министерства культуры СССР, в Государственном музее изобразительных искусств имени А.С. Пушкина (1955–1963).

В 1960 году вышла книга «Пикассо», написанная Голомштоком в соавторстве с Андреем Синявским, — первая книга о художнике, которая была издана в СССР со времен революции. Ряд других работ Голомштока — в том числе о Босхе, о Сезанне и о современном зарубежном искусстве — по идеологическим причинам не были допущены к публикации.

В 1965 году привлекался к суду по делу Даниэля-Синявского, за отказ от дачи показаний был приговорен к шести месяцам принудительных работ.

В 1972 году эмигрировал в Великобританию. Выступал на BBC, писал о тоталитарном искусстве, печатался в журналах «Континент» и «Синтаксис», преподавал в Сент-Эндрусском, Эссексском и Оксфордском университетах. В 2015 году представил на «Радио Свобода» книгу своих воспоминаний «Занятие для старого городового: Мемуары пессимиста».

Комментарии

Самое читаемое

Общество

Замужем за Перестройкой

Сахаров перевёз в квартиру Боннэр чемодан, в котором была рукопись учебника, пара рубашек и несколько книг по физике...

Литература

Близнецы в зверинце

Ева начала процесс по сбору свидетельских показаний бывших врачей Освенцима, а потом сообщила, что прощает их, в том числе и доктора Менгеле. Сама власть прощать, по словам Евы Мозес-Кор, делала её сильнее её мучителей, и только прощение помогло ей отрешиться от тягостных воспоминаний,...

Генри Резник

«Иногда мы потявкиваем»

Хроники

Свидетель из Аушвица

Она полвека отказывалась говорить о Холокосте. А потом поняла: если не она – то никто. Теперь хрупкая 88-летняя старушка часто летает за океан – свидетельствовать против бывших служащих Аушвица, тех, кто убил её родителей, друзей и чудом не уничтожил ее саму