Жизнь по Фрейду

12.12.2016

Отец ее избивал, а она возбуждалась – Сабину Шпильрейн отправили лечиться в Швейцарию. В клинике она завела роман с Карлом Юнгом, увлеклась психоанализом и вскоре стала уважаемым в Европе психотерапевтом. А потом вернулась в Советскую Россию, где вскоре ее профессию запретили, а семью – расстреляли. Сабина укрылась в Ростове-на-Дону, но в августе 1942 года туда пришли немцы.

В 1977 году дневники Сабины Шпильрейн нашли в подвале Института психологии в Женеве. В одной коробке с ними находились письма профессора Зигмунда Фрейда и доктора Карла Юнга. Сабина переписывались с ними обоими, но с Юнгом состояла ещё и в любовных отношениях. Впрочем, возможно, и с Фрейдом тоже. Из писем следовало, что доктор Юнг неожиданно прекратил с ней все отношения в самый разгар романа. Причем, не отвечая на слезные письма самой Сабины, Юнг оправдывался за свой поступок перед Фрейдом. Писал, что психически неуравновешенная девушка просто перенесла на него глубокие комплексы, связанные с отцом. О том, что сам поощрял ее чувства и, возможно, даже сам в Сабину был влюблен, Юнг умолчал. Обо всем этом Сабина узнала от Фрейда, который, впрочем, на словах поступок Юнга поддержал – дескать, негоже психиатру иметь роман с пациенткой.

Для молодого Карла Густава Юнга Сабина Шпильрейн стала первой пациенткой, на которой он испробовал и изучил метод Фрейда – лечение истерии психоанализом. Суть лечения была в разговоре, в процессе которого глубоко прорабатывались внутренние переживания и конфликты пациента. Терапия должна была быть максимально дружелюбной – пациент должен был проникнуться к врачу доверием, выплакать ему всю свою боль. Так и получилось – Сабина Шпильрейн была выписана из клиники Бургхольцли в Цюрихе 1 июля 1905 года со справкой о выздоровлении от «нервического расстройства с исте­рическими симптомами».

Любовная связь возникла позже. В поздних своих письмах на эту тему Юнг писал Фрейду, что вызвался поддержать Сабину в первое время после выписки. Он и его коллега доктор Блейлер написали письмо её отцу, в котором просили избавить дочь от общения с семьей и родными. Такое наглое, казалось бы, письмо было абсолютно обосновано с медицинской точки зрения. В клинику Сабина попала именно из-за конфликтов в семье.

Отец Сабины, Нафтулий Шпильрейн, был купцом первой гильдии, энтомологом по образованию, наследником состоятельной фамилии. Его супругой, матерью Сабины, стала Ева Марковна, в девичестве Люблинская. До рождения детей (у Сабины было трое братьев и младшая сестра) она практиковала как зубной врач, что было несвойственно тогда ни женщинам, ни людям с полным медицинским образованием, как у нее. Сабина родилась в октябре 1885 года, до 1894-го семья жила в Варшаве, а после переехала в Ростов-на-Дону, где Сабина в 1904 году окончила Екатерининскую гимназию с золотой медалью. В рабочих записях Карла Юнга отмечалось, что в детстве пациентка подвергалась насилию дома: отец порол её по ягодицам с четырёх до семи лет и выработал довольно странную реакцию на агрессию – она возбуждалась. Те же ощущения рождались в ней, когда она видела, как порке подвергается кто-нибудь из младших братьев. Несдержанного отца, который в минуты отчаяния во всеуслышание грозился наложить на себя руки, дополняла мать. Она легко раздражалась и вовлекалась в скандалы – родители часто менялись ролями, из деспота превращаясь в жертву и наоборот.

После смерти младшей сестры Сабине стало совсем невыносимо – она ругалась с домочадцами, закатывала истерики и отказывалась от еды. Тогда ее и отправили на лечение в Швейцарию в частную клинику доктора Хеллера в Интерлакене. Там от манипуляций и истерик Сабины досталось всему обслуживающему персоналу, после чего её перевели в Бургхольцли, где поначалу она продолжила в том же духе. Но под патронажем доктора Юнга Сабина со временем преобразилась и смогла явить человека интеллигентного, тонкого, умного, мыслящего весьма оригинально. Например, она считала, что психотерапевт, не разрушивший себя однажды, не знавший кризиса, не выудивший себя руками из собственного болота, не может оказывать эффективную помощь пациентам. Не только Юнг, но и Фрейд находили ее идеи крайне любопытными и смелыми. Вот почему по завершении курса лечения Фрейд вместе с выпиской выдал ей рекомендацию для поступления на медицинский факультет в Цюрихский университет, а Юнг написал письмо ее отцу.

Отец Сабины не возражал против ее жизни вдали от семьи, так что девушка поселилась в Цюрихе в одиночестве. В июне 1905 года она поступила в Цюрихский университет и, судя по счетам, продолжила встречи с Юнгом, находясь на амбулаторном лечении в клинике Бургхольцли. Параллельно Сабина становилась все более ярким молодым ученым. Ее интересы касались стрессовой психологии ранней юности, а позже – психологии детства: суицидальные наклонности, взаимосвязь созидательного и разрушительного начала в человеке, позитивное влияние деструктивных состояний на становление личности, связь Эроса и Танатоса, в конце концов, столь будоражащая Фрейда. Эти идеи не обмельчали до сих пор.

Возможно, именно то, что Сабина являла для Юнга, по сути, уникальное сочетание бывшей истеричной пациентки и крайне способной студентки, и заложило основы их бурного, но непродолжительного романа. О нем в итоге узнало почти все их профессиональное сообщество – хотя оно было в те годы малочисленным. С позиции профессиональной этики Юнга осуждали, поэтому-то он и возложил всю вину на Сабину – вроде как не совсем оправилась девочка от насилия в семье, придумала себе любовь. Впрочем, сама Сабина быстро оправилась от потрясения, погрузившись в учебу.

В 1911 году она закончила университет с дипломной работой, посвященной исследованию шизофрении, и почти сразу переехала в Вену, где еще более сблизилась с Фрейдом и его окружением, каждую неделю принимая участие в заседаниях Психоаналитического общества. В 1912 году она опубликовала одну из своих самых известных работ – «Разрушение как причина порождения бытия». В тот же год Сабина вышла замуж за Павла Шефтеля, в браке с которым вскоре родила двух дочерей. Спокойная счастливая жизнь закончилась вместе с революцией в России – ее семья потеряла все состояние, жизнь в Европе для Сабины, ее мужа и их детей стала не по карману. Сабина решила вернуться в Россию, в чем ее очень поддержал Зигмунд Фрейд.

Психоанализу в советской России уделяли огромное значение. Большевики вырабатывали подходы к взаимодействию с пролетариатом, направление курировал Лев Троцкий. Под редакцией профессора Ивана Ермакова издавалась «Психологическая и психоаналитическая библиотека», благодаря которой труды Фрейда и его последователей стали известны российской аудитории. В 1923-м в Москве был создан Государственный психоаналитический институт и начало работу Русское психоаналитическое общество, основатели которого активно сотрудничали с зарубежными и российскими коллегами. Сабина Шпильрейн работала врачом-педологом в Москве, руководила секцией детской психологии в 1-м Московском государственном институте, была сотрудником Государственного психоаналитического института и детского дома-лаборатории «Международная солидарность», была лектором Русского психоаналитического общества, читала спецкурс «Психоанализ подсознательного мышления», вела амбулаторные приёмы, давала частные консультации.

Удивительно, но параллельно с ней в смежной сфере работал и ее младший брат Исаак. Ещё в первые годы советской власти он был провозглашен отцом российской психотехники, занимался психологией трудовой деятельности, утомляемости на производстве, оптимизацией труда, вопросами профпригодности, психологическими аспектами различных профессий. Ленин и Троцкий инициировали массовое движение за оптимизацию производственных процессов в экономике, и Шпильрейн активно его развивал. В том же году он организовал лабораторию промышленной психотехники и руководил подобными секциями в Институте психологии и Коммунистической академии, в 1924-м стал организатором и председателем Психотехнического общества, а позже редактором журнала «Советская психотехника». И это не считая многочисленных научных трудов в области психологии.

Однако в 1936 году психоанализ в СССР оказался под запретом. За год до этого арестовали Исаака Шпильрейна, сначала его приговорили к пяти годам исправительно-трудовых лагерей, а позже, в 1937-м, по обвинению в шпионаже – к расстрелу. Его расстреляли в Комунарке, там же в 1938 году закончил свои дни ещё один брат Сабины – профессор математики Ян Шпильрейн. Погиб от рук большевиков в 1938 году и последний брат Сабины, советский биолог Эмиль Шпильрейн.

Сабина тогда осталась в живых, но потеряла мужа, который в какой-то момент просто пропал, то ли погибнув в застенках НКВД, то ли сбежав. Тогда Сабина вместе с дочерями и перебралась в Ростов-на-Дону, что удивительно – в дом к отцу. Там она, несмотря на запрет профессии, продолжала практиковать, время от времени публиковаться в европейских медицинских журналах и переписываться с Фрейдом и Юнгом.

Перед самой войной отец умер, но Сабина решила остаться в семейном доме. Она не верила в слухи о зверствах фашистов. Вспоминая огромный опыт жизни в Европе, вспоминая Германию того периода, когда она была молода, Сабина оказалась неспособной допустить, что тонкий и культурный немецкий народ может превратить Восточную Европу в тот дичайший кошмар, который описывали в газетах. В последний раз Сабину Шпильрейн видели в августе 1942 года в колонне евреев, которых фашисты гнали к Змеевской балке на окраине Ростова. С ней были две её дочери. В те дни немцы уничтожили в Ростове порядка 27 000 человек. Под именем Сабины Шпильрейн числятся более 30 научных трудов в области психоанализа, однако в России о ней по-прежнему почти никто не знает.

Самое читаемое

Хроники

Казни ради

Трупы повешенных были сожжены. Прах передали двум агентам госбезопасности. На зимней дороге в пригороде Праги их машина забуксовала. Прах высыпали под колеса, чтобы ехать дальше...

Общество

Еврейка из прошлого

«Муж умирал, и я сказала: “Можно ли мне обнять тебя, хотя я нечиста?” (ибо у меня были месячные, и я не смела коснуться его). Он ответил: “Упаси Б-же, детка, подождем еще немного, и ты очистишься”. Увы, когда это произошло, было уже поздно!»...

Литература

Близнецы в зверинце

Ева начала процесс по сбору свидетельских показаний бывших врачей Освенцима, а потом сообщила, что прощает их, в том числе и доктора Менгеле. Сама власть прощать, по словам Евы Мозес-Кор, делала её сильнее её мучителей, и только прощение помогло ей отрешиться от тягостных воспоминаний,...