Отец «хрущёвок»

16.05.2017

Собянин собирается снести все «хрущевки», а подарил их стране архитектор Натан Остерман. Он построил первые «панельки» на Октябрьском поле, создал легендарный квартал «хрущевок» в Новых Черемушках и задумал прекрасный дом будущего, из которого вышло мрачноватое общежитие – ДАС МГУ.

Натан Абрамович Остерман родился в 1916 году в Харькове. Архитектура начала привлекать его еще в детстве, так что после школы поступил он в индустриально-строительный техникум в Москве. Отучившись четыре года в техникуме и поднабравшись практического опыта на нескольких стройках в качестве прораба, Остерман продолжил обучение уже в Московском архитектурном институте. За годы учебы в институте он неоднократно становился призером всевозможных профильных конкурсов, получив первые премии, например, за типовой проект клуба и текстильного комбината.

Учебу в институте совмещал он и с работой в творческой мастерской архитектора Андрея Бурова и в Институте жилища Академии архитектуры СССР. В 1940-м Остерман стал аспирантом этой самой Академии архитектуры СССР и темой своей кандидатской диссертации избрал область комплексного жилищного строительства. Но его объемное исследование, посвященное критическому анализу проблем формирования жилого микрорайона, было завершено уже в послевоенные годы.

Большую часть военных лет Остерман проводил в командировках как уполномоченный по делам строительства для эвакуированного населения на Урале. Затем Остерман руководил восстановительным строительством на освобожденных территориях, а после победы над фашистской Германией находился в качестве уполномоченного от Комитета по делам архитектуры при Совнаркоме СССР в Берлине. Первые послевоенные годы Остерман, работая в Институте жилища, продолжил заниматься разработкой проектов и строительством жилых домов в восстанавливаемых городах. По разработанным им в те годы проектам шести типов стандартных жилых домов было построено более 25 тысяч зданий по всей стране. В конце 40-х приступил он и к проектированию экспериментальных домов, которые были построены в подмосковном Болшеве и Карачарове.

Эксперимент заключался в поиске эффективных материалов и способов строительства, чтобы наиболее экономично запустить массовое жилищное строительство в стране, разоренной войной. Работа Остермана в соавторстве с другими архитекторами Института жилища и легла во второй половине 1950-х годов в основу типового проектирования и индустриального строительства жилищ. Это позволило относительно быстро решить проблему с жильем для большинства населения страны.

Значительным вкладом в этот эксперимент стало проектирование и строительство (с 1953 по 1956 годы) бескаркасного крупнопанельного жилого дома на Октябрьском поле в Москве. На его примере и показывались преимущества и недостатки изготовления домов из несущих панелей на бескаркасной основе.

К решению жилищной проблемы привлекались в то время лучшие архитекторы, конструкторы и технологи строительной индустрии. Все найденные таланты как-то сами собой распределялись между двумя основными центрами проектных работ. Первый возглавлял Остерман – с 1953 года и до конца жизни он руководил одной из мастерских Специального архитектурно-конструкторского бюро. Вторым центром был ЦНИИЭП жилища, его возглавлял Борис Рубаненко. На деле Остерман и Рубаненко друг с другом всегда тесно взаимодействовали. Просто Остерман работал в основном на застройку Москвы, а Рубаненко – на весь Союз.

Разработкой проектного центра Остермана и стал один из первых жилых комплексов конца 1950-х – 9-й квартал Новых Черемушек, строительство которого велось в 1956-1958 годах. В квартале площадью 12 га было построено 16 жилых домов, 13 из которых были четырехэтажными и отличались друг от друга планировкой квартир. Три оставшихся дома были восьмиэтажными, и квартиры в них были созданы по одному проекту. Строительство этих односекционных восьмиэтажек растиражировали потом по всей Москве, но 9-й квартал стал одним из первых жилых комплексов, где располагались детские ясли и детсад, школа и столовая, магазины, кинотеатр, гаражи и многое другое для удобства жильцов. Архитекторы, приезжая в Москву, в первую очередь стремились увидеть 9-й квартал Новых Черемушек. В 60-е годы строительство своих «Черемушек» началось во многих городах страны. Само слово «Черемушки» стало нарицательным для спальных районов, строились которые по образцу 9-го квартала.

Вслед за этим реализованным проектом Остермана следуют созданные 10-й и 12-й кварталы, где коллектив Остермана предлагает уже другие проекты. Всего же по технологиям, разработанным Остерманом и его коллегами, с 1964 по 1970 годы было введено 7,2 млн квадратных метров жилья. Занимался архитектор, конечно, в то время не только панельным строительством. Он вел и многие теоретические изыскания, представив, к примеру, проекты 16-этажных каркасно-панельных домов, целую серию проектов полносборных гостиниц. Остерман все это время также был постоянным участником всевозможных международных конкурсов.

Одним же из последних и самых любимых его проектов стал Дом Нового Быта, построенный все в тех же Черемушках. Основной идеей команды архитекторов под руководством Натана Абрамовича было создание многофункционального жилого комплекса с развитой системой общественных пространств и бытового обслуживания. Две с половиной тысячи жителей будущего дома должны были быть избавлены от обременительного домашнего хозяйства. Вместо этого в свободное время они могли заниматься спортом, хобби и самообразованием. А главное – общаться друг с другом, ведь, по мнению Остермана, главной задачей нового жилья было преодоление одиночества, потерянности и отчуждённости человека в современном городе. И это было далеко не его сугубо личное мнение. Проектированию комплекса предшествовали десятки научных исследований на основе опросов граждан – пожелания обычных людей и закладывались в цели проекта.

Квартиры в этом Доме Нового Быта проектировались компактными: кухни в них были заменены на ниши в стенах для холодильника, электроплиты и мойки, так как дом предусматривал столовую на каждом этаже. Помимо этого были библиотека, спортзал, бассейн, здравпункт. Все это было предусмотрено в блоке обслуживания, соединявшем между собой два 16-этажных корпуса этого комплекса. Но придерживаясь духа коллективизма, без которого обойтись, естественно, было нельзя, авторы под руководством Остермана все-таки стремились привнести в квартиры хоть немного уникального дизайна. Например, кое-где светильники передвигались на специальных скрытых конструкциях по всей площади потолка.

Чиновники, конечно, сомневались, не слишком ли «вычурным и прозападным» будет такое жилье для советского человека. Однако архитекторам удавалось отстаивать каждое свое новшество аргументами вроде: «Передовое жильё будет воспитывать передового человека». И до определенного момента им это удавалось. Строительство по проекту велось около пяти лет, пока «дом будущего» не был признан чересчур хорошим для трудового человека и больно уж дорогим.

В ходе строительства социальную программу упростили и сократили, а здание в итоге и вовсе передали МГУ под общежитие и гостиницу для профессоров, аспирантов и стажёров. Впрочем, сем Остерман до вынесения этого чиновничьего вердикта не дожил. Уйдя в возрасте 53 лет, он не увидел крушения своего замысла, не увидел ликвидацию проекта, которому он отдавал все силы и вкладывал душу. Из прекрасного по замыслу жилого дома здание превратилось в большое серое общежитие.