Рецензия

04.09.2017

Близнецы в зверинце

Ева начала процесс по сбору свидетельских показаний бывших врачей Освенцима, а потом сообщила, что прощает их, в том числе и доктора Менгеле. Сама власть прощать, по словам Евы Мозес-Кор, делала её сильнее её мучителей, и только прощение помогло ей отрешиться от тягостных воспоминаний, перечеркнуть их...

24.07.2017

Поездом из ада

Больше поездов из Риги, к которой подступали немцы, не было. Вся остальная семья погибла. Они же добрались до Алма-Аты, где все шпыняли их как «буржуев» – за европейские костюмы и кожаные сумки. После вернулись в Ригу, уже советскую и «уплотненную» – в родном доме властвовал дворник, разжигавший печь их молитвенными книгами

21.06.2017

Простой еврейский вундеркинд

В детстве он прослыл чудаком-вундеркиндом – наизусть цитировал книги Шолом-Алейхема. Когда же вырос, стал писать сам – о Холокосте, юности и старости, а также о мире с арабами, в котором он не разуверился, даже потеряв сына на Ливанской войне. На днях израильский писатель Давид Гроссман получил 16-ю по счету литературную награду – престижнейшую Букеровскую премию. 

20.06.2017

Сопротивленье по-французски

Сначала она сдала фашистам свою лучшую подругу-еврейку, но раскаявшись, спасла 18 еврейских детей, спрятав их в монастыре. Так её бросало от предательства к подвигу. «Если я чему и научилась за свою долгую жизнь, то одному: любовь показывает нас такими, какими мы хотим быть, а война показывает нас такими, какие мы есть».

24.05.2017

Оскорбление чувств кающихся

В прокат вышла олдскульная комедия «Однажды в Германии». Режиссер Сэм Гарбарски пробует шутить над чувством вины раскаявшихся немцев, рассказывая историю о выживших узниках концлагерей, которые хотят подзаработать немного денег в послевоенной Германии

22.05.2017

Память Лунгиных

«Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещен», «Трое в лодке, не считая собаки» и многие другие фильмы – вот что создавал Семен Лунгин. В это время его жена Лиля переводила для нас «Малыша и Карлсона» и другие сказки Линдгрен. Оба они писали мемуары. И в памяти Лунгиных – весь двадцатый век, удивительная хроника драматической эпохи

08.05.2017

Отец-невидимка

Бабушку я запомнил «сумасшедшей», «бандершей». Деда она убила из ревности, причем суд ее оправдал. Потом она вырезала деда со всех фотографий, так что у папы был отец-невидимка. И, знаете, папа до конца жизни старался быть на него похожим, быть воплощением холода и пустоты. Сестре, страдающей шизофренией, всё советовал «встряхнуться» и найти работу

13.04.2017

Укус блохи Сорокина

Тёмные века Исламской революции миновали, мир ещё наводнен беженцами и солдатами, но в целом люди выдохнули и переживают Ренессанс. Еду теперь готовят на кострах из раритетных книг. Евреи здесь на высоте: форшмак на Шолом-Алейхеме, гефилте фиш на «Одесских рассказах» Бабеля. Таким Владимир Сорокин рисует мир будущего в своем новом романе

06.04.2017

«И я подвергся еврейскому влиянию»

Ричард Гир сыграл главного еврея в фильме израильского режиссера Джозефа Сидара. Наш корреспондент в Нью-Йорке побывала на закрытом предпоказе фильма «Стратегия Оппенгеймера» и узнала у Ричарда Гира, каково ему было вживаться в роль еврея.

28.03.2017

Душа концлагеря

«Зона интересов» – не первый роман Мартина Эмиса о Холокосте. До него была книга, награждённая букеровской премией, – «Стрела времени, или Природа преступления». В ее основе – история чудовищных экспериментов доктора Менгеле, книга полна фирменного «эмисовского» чёрного юмора, горькой иронии. Однако «Зона интересов» стилистически отличается и от предыдущей книги о Катастрофе, и от творческого метода Мартина Эмиса в целом: здесь меньше абсурда, усмешливой желчности, больше неприкрытого и ясно выраженного гнева

20.03.2017

Еврей Парфенова средь русских

Во второй часть трилогии «Русские евреи» Леонид Парфенов сомневается, стоит ли выделять евреев среди русских. Рассуждая о Троцком, уверяет, что тот навряд ли считал себя евреем. И тут же называет его «местечковым златоустом». Сказать такое о Троцком – это как назвать самого Парфенова «провинциальным дарованием»

14.03.2017

От диссидента слышу

Двадцать легендарных советских диссидентов вспомнили о выбитых зубах, отравленных при обысках псах и дружбе в застенках, а также объяснили, почему почти никто из них так и не стал политиком

28.02.2017

Палец и пистолет

Будущий израильский поэт Хези Лескли родился в семье, только что репатриировавшейся в Израиль из Чехии. И первый серьезный скандал произошел тогда, когда он шестилетним ребенком заявил матери, что будет разговаривать только на иврите. Не по рождению, а по собственной воле поэт выбрал язык, который стал ему родным

17.01.2017

Вся правда Палестины

Существует ли «палестинский народ» как таковой или это просто сообщество кочевых племен, среди предков которых были цыгане, курды и бедуины? В своей новой книге востоковед Михаэль Чернин доказывает, что многие палестинцы произошли от евреев

10.01.2017

Поэт эпохи хиппи

Всю свою недолгую жизнь Йона Волах прожила на окраине Тель-Авива – в домике, перестроенном из птичника, который она представляла то необитаемым островом, то Ясной Поляной. Она никогда не бывала за границей, не владела иностранными языками и не сподобилась получить аттестат зрелости. Несмотря на это, она всполохом прошлась по мировой поэзии

Загрузить еще