Рецензия

31.10.2017

На костях истории

Перипетии человеческой жизни на фоне драмы украинского еврейства. Так гораздо острее чувствуется масштаб свершившейся потери – и гибели людей, и полного исчезновения их уникальной культуры. По напряжённости, по насыщенности событиями перед нами скорее триллер, то есть убийство там есть, и даже не одно, а расследования нет – и так всё понятно...

02.10.2017

Дунай-учитель

Любовь к Доре приблизила его к иудаизму и рискованному приключению совместной жизни. «Река – старый учитель дао, проповедующий на берегах о великом. Не заботясь об оставшихся на берегах сиротах, Дунай течет к морю, к великому убеждению»...

04.09.2017

Близнецы в зверинце

Ева начала процесс по сбору свидетельских показаний бывших врачей Освенцима, а потом сообщила, что прощает их, в том числе и доктора Менгеле. Сама власть прощать, по словам Евы Мозес-Кор, делала её сильнее её мучителей, и только прощение помогло ей отрешиться от тягостных воспоминаний, перечеркнуть их...

24.07.2017

Поездом из ада

Больше поездов из Риги, к которой подступали немцы, не было. Вся остальная семья погибла. Они же добрались до Алма-Аты, где все шпыняли их как «буржуев» – за европейские костюмы и кожаные сумки. После вернулись в Ригу, уже советскую и «уплотненную» – в родном доме властвовал дворник, разжигавший печь их молитвенными книгами

21.06.2017

Простой еврейский вундеркинд

В детстве он прослыл чудаком-вундеркиндом – наизусть цитировал книги Шолом-Алейхема. Когда же вырос, стал писать сам – о Холокосте, юности и старости, а также о мире с арабами, в котором он не разуверился, даже потеряв сына на Ливанской войне. На днях израильский писатель Давид Гроссман получил 16-ю по счету литературную награду – престижнейшую Букеровскую премию. 

20.06.2017

Сопротивленье по-французски

Сначала она сдала фашистам свою лучшую подругу-еврейку, но раскаявшись, спасла 18 еврейских детей, спрятав их в монастыре. Так её бросало от предательства к подвигу. «Если я чему и научилась за свою долгую жизнь, то одному: любовь показывает нас такими, какими мы хотим быть, а война показывает нас такими, какие мы есть».

24.05.2017

Оскорбление чувств кающихся

В прокат вышла олдскульная комедия «Однажды в Германии». Режиссер Сэм Гарбарски пробует шутить над чувством вины раскаявшихся немцев, рассказывая историю о выживших узниках концлагерей, которые хотят подзаработать немного денег в послевоенной Германии

22.05.2017

Память Лунгиных

«Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещен», «Трое в лодке, не считая собаки» и многие другие фильмы – вот что создавал Семен Лунгин. В это время его жена Лиля переводила для нас «Малыша и Карлсона» и другие сказки Линдгрен. Оба они писали мемуары. И в памяти Лунгиных – весь двадцатый век, удивительная хроника драматической эпохи

08.05.2017

Отец-невидимка

Бабушку я запомнил «сумасшедшей», «бандершей». Деда она убила из ревности, причем суд ее оправдал. Потом она вырезала деда со всех фотографий, так что у папы был отец-невидимка. И, знаете, папа до конца жизни старался быть на него похожим, быть воплощением холода и пустоты. Сестре, страдающей шизофренией, всё советовал «встряхнуться» и найти работу

13.04.2017

Укус блохи Сорокина

Тёмные века Исламской революции миновали, мир ещё наводнен беженцами и солдатами, но в целом люди выдохнули и переживают Ренессанс. Еду теперь готовят на кострах из раритетных книг. Евреи здесь на высоте: форшмак на Шолом-Алейхеме, гефилте фиш на «Одесских рассказах» Бабеля. Таким Владимир Сорокин рисует мир будущего в своем новом романе

06.04.2017

«И я подвергся еврейскому влиянию»

Ричард Гир сыграл главного еврея в фильме израильского режиссера Джозефа Сидара. Наш корреспондент в Нью-Йорке побывала на закрытом предпоказе фильма «Стратегия Оппенгеймера» и узнала у Ричарда Гира, каково ему было вживаться в роль еврея.

28.03.2017

Душа концлагеря

«Зона интересов» – не первый роман Мартина Эмиса о Холокосте. До него была книга, награждённая букеровской премией, – «Стрела времени, или Природа преступления». В ее основе – история чудовищных экспериментов доктора Менгеле, книга полна фирменного «эмисовского» чёрного юмора, горькой иронии. Однако «Зона интересов» стилистически отличается и от предыдущей книги о Катастрофе, и от творческого метода Мартина Эмиса в целом: здесь меньше абсурда, усмешливой желчности, больше неприкрытого и ясно выраженного гнева

20.03.2017

Еврей Парфенова средь русских

Во второй часть трилогии «Русские евреи» Леонид Парфенов сомневается, стоит ли выделять евреев среди русских. Рассуждая о Троцком, уверяет, что тот навряд ли считал себя евреем. И тут же называет его «местечковым златоустом». Сказать такое о Троцком – это как назвать самого Парфенова «провинциальным дарованием»

14.03.2017

От диссидента слышу

Двадцать легендарных советских диссидентов вспомнили о выбитых зубах, отравленных при обысках псах и дружбе в застенках, а также объяснили, почему почти никто из них так и не стал политиком

28.02.2017

Палец и пистолет

Будущий израильский поэт Хези Лескли родился в семье, только что репатриировавшейся в Израиль из Чехии. И первый серьезный скандал произошел тогда, когда он шестилетним ребенком заявил матери, что будет разговаривать только на иврите. Не по рождению, а по собственной воле поэт выбрал язык, который стал ему родным

Загрузить еще