Колумнистика

Алина Фаркаш

Иудаизм от обратного

20.05.2015

Иудаизм от обратного

20.05.2015

Недавно я принесла домой мороженое – очень вкусное, шоколадное. «Я съем его потом», – сказал сын. Ему девять лет, и еще недавно слова «мороженое» и «потом» не могли встретиться в его речи в одном предложении. «Потом», – сказал он и поставил в раковину пустую тарелку от куриного бульона. Я не сразу осознала связь между двумя этими событиями, но осознав – была поражена. Он выдерживает промежуток между мясным и молочным!

Итак, вот краткая история нашей семьи и нашего мальчика. Муж начал соблюдать, когда сыну было три года. У него всё началось всерьез и с максимально высоко задранной планкой – он тогда взял на себя все известные ему на тот момент устрожения, даже молоко в доме должно было быть только с экшером.

Сначала я изо всех сил старалась соответствовать, но надолго меня не хватило: я устраивала революции на отдельно взятой кухне, плакала, возмущалась и покупала себе без экшера, но гораздо более вкусное молоко. С сыном всё было сложнее: он интроверт, он гораздо глубже и продуманней. Он довольно долго соблюдал все правила, пока не сказал однажды, что «он не такой, как остальные евреи», что ему стыдно быть евреем, что он не чувствует никакой принадлежности к сообществу мальчиков в кипах, и больше всего на свете ему бы хотелось никогда не бывать на еврейских праздниках и в синагоге. Потому что ему там невыразимо скучно. Ему было тогда лет пять.

Муж горевал открыто, я дергалась про себя: в моих планах было воспитать пусть и не ортодоксального, но всё же еврейского мальчика. После многих дней и недель обсуждений решили отстать от сына глобально и навсегда: никакого давления, никаких установок для него, он ребенок, ему всё можно. И несколько лет он с большим удовольствием пользовался этой полученной свободой. И вдруг он сам, без малейших усилий с нашей стороны разделяет мясное и молочное. Не выходит из дома без головного убора, соблюдает по мере своих девятилетних сил шаббат, начинает интересоваться традициями. Удивительно, как это проросло в нем?

В самом начале пути муж говорил, что если не контролировать, если не ограничивать, то ни один нормальный ребенок никогда не станет ничего соблюдать: ведь жить в некошерном мире гораздо проще и приятней. Я отвечала, что ведь он же сам по какой-то причине стал соблюдать. Хотя и взрослому тоже в некошерном мире и проще, и чаще всего приятней.

Меня поражает сложность человеческой натуры и невероятные пути, которыми следуют наши разум и сердце. И какими удивительными путями в них проникают вера и Б-г. Вот, например, у меня есть подруга. Она вышла замуж за араба и приняла ислам. Казалось бы, ничего удивительного, банальная история. Но там всё гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд. Муж моей подруги был революционер, анархист, талантливый альтернативный художник, принципиальный атеист, на дух не переносящий всё, что хоть сколько-нибудь связано с любой религией. Он также был и радикальным феминистом. Поэтому однажды, когда в их квартире сломался шкаф, он сказал: «Мария, у тебя есть две руки, два высших образования и отличная голова. Уверен, ты можешь починить его не хуже меня!»

Моя подруга ужасно обиделась, шкаф, естественно, собрать не смогла и поделилась историей с коллегой-мусульманкой. Та возмутилась, всплеснула руками, кинула клич по знакомым – и назавтра из местной мечети в гости к подруге пришли несколько крепких ребят, которые быстро справились со шкафом. А спустя несколько дней девушка вместе с той коллегой уже сама пришла в мечеть – на лекцию. Так они с мужем и развелись –на почве непримиримых религиозных и идейных разногласий. Он не смог смириться с платком на ее голове, скромной одеждой и молитвами. А она – с его всем.

Сейчас она замужем за правоверным мусульманином, соблюдает, счастлива. Удивительно, как изменилась история ее жизни, а также жизнь ее будущих детей и внуков из-за какого-то, черт побери, шкафа.

Еще одна моя знакомая жила в небольшой литовской общине, старательно соблюдала и была бесконечно далека от хасидизма. Пока однажды весной из какого-то случайного подъезда навстречу ей не вышел высокий парень с огненно-рыжей, не знавшей ножниц бородой, переливавшейся в лучах солнца. И через полгода девушка уже стояла под хупой с руководителем одной из хасидских общин.

Традиции сидят в каждом еврее, а дальше происходит, как с родителями: мы либо боремся с их голосами в наших головах, либо слушаемся их. Игнорировать ни у кого еще не получалось.

Удивительными путями мы ходим! Совершенно непредсказуемыми. Видя начало пути, никогда нельзя предугадать его конечную точку. Например, у меня были два знакомых брата – «евреи по бабушке». Старший –отличник и умница, серьезный мальчик, самостоятельно в четырнадцать лет уехал учиться в ешиву и стал одним из лучших учеников. Младший – крещеный панк, веселый бабник и хулиган, не верящий ни в черта, ни в Б-га. Как вы думаете, кто из них сейчас живет в Бней-Браке с женой, семью детьми и бородой до пояса, а кто путешествует автостопом по Индии, совершенствуясь в медитациях? Если предположили логичный и очевидный ответ, то не угадали. Не знаю, почему так получилось, но уверена, что старший брат с его ешивой, шляпами и соблюдением послужил неким катализатором для младшего.

Половина из моих друзей, закончивших еврейские школы, стали очень соблюдающими. Вторую половину трясет от любого упоминания о религии. Иногда это происходит даже в рамках одной семьи: моя подруга и ее брат, погодки. Он –раввин, а она даже замуж принципиально выходила за не еврея. Одни и те же стартовые условияи такой фантастически разный результат. Мне кажется, что внутренние традиции и тяга к поиску Б-га сидит в каждом еврее, а дальше происходит, как с родителями: мы либо боремся с их голосами в наших головах, либо слушаемся их. Игнорировать ни у кого еще не получалось.

Я видела массу невероятных историй, где катализаторами выступали совершенно невообразимые вещи. 

Еще я знаю одного ныне влиятельного раввина, который подростком начал ходить в синагогу в крошечном украинском городке, потому что это было единственное место, где он мог поесть.

Соблюдающий ученый,физик с мировым именем, которого впервые пригласили на праздник в еврейский дом во время учебы в Швейцарии. Студент ожидал веселой вечеринки, красивых девушек, развлечений и вкусной еды, а вместо этого почти до утра просидел за пустым столом, подчиняясь странному медленному ритуалу –тот праздник оказался Пейсахом. В общем, еле ноги унес! Однако, вернувшись домой, парень через некоторое время неожиданно стал соблюдать шаббат и искать еврейскую девушку для брака.

Я знаю, например, одного «еврея по папе», который пошел проходить гиюр только потому, что однажды его выцепили на улице благодаря специфической внешности, спросили, не еврей ли он, и, услышав положительный ответ, попросили вместе пройти в синагогу на общественную молитву. Но, расспросив по дороге подробнее о родителях, извинились и ушли искать другого, настоящего еврея. Что для моего знакомого оказалось как-то неожиданно и очень обидно.

Еще знаю одного ныне влиятельного раввина, который подростком начал ходить в синагогу в крошечном украинском городке, потому что это было единственное место, где он мог поесть.

Никто в мире не может предугадать, какие процессы происходят внутри человеческой души, как внешние события переплетутся в его сознании и каким результатом обернутся в итоге. Что послужит триггером для первого (или последнего) шага. Но, так или иначе, стоит приглашать на праздники еврейских мальчиков и девочек и кормить их там вкусно, красиво расчесывать свои бороды, чтобы они восхитительно сияли на солнце, а также чинить шкафы всем попавшим в трудную ситуацию девушкам. Кто его знает, какой наш поступок и как отразится на жизни окружающих, поэтому на всякий случай надо быть лучшей версией себя.

Я, кстати, спросила сына, почему он без всякого нашего участия начал вдруг соблюдать? Надеялась, что он сможет объяснить этот удивительный механизм трансформации. А он ответил: «Я подумал, что это было бы правильно». Ну что с него взять? Он технарь и интроверт, от него слова лишнего не дождешься.

Автор о себе:
 
Я родилась в 1980 году, у меня есть сын-второклассник и годовалая синеглазая дочка, которая сейчас больше сладкая булочка, чем девочка. Я родилась и выросла в Москве, окончила журфак МГУ и с одиннадцати лет только и делала, что писала. Первых моих гонораров в районной газете хватало ровно на полтора «Сникерса», и поэтому я планировала ездить в горячие точки и спасать мир. Когда я училась на втором курсе, в России начали открываться первые глянцевые журналы, в один из них я случайно написала статью, получила баснословные 200 долларов (в августе 1998-го!) и сразу пропала. Последние несколько лет я редактировала всевозможный глянец, писала о людях и тех удивительных историях, что с ними случаются.

Мнения редакции и автора могут не совпадать