Восток и запад в армии

22.01.2001

В гражданской жизни каждый выбирает себе друзей в зависимости от собственных интересов и возможностей. В армии это не так. Каждый из нас попадает служить не туда куда хочет, а туда, куда распределят. И соответственно люди, окружающие нас, не всегда приятны нам. Но с этим ничего не поделаешь, и приходится приспосабливаться к реальности.

В основном всё израильское общество состоит из евреев. Но так как евреи живут по всему свету, то в Израиле имеются выходцы из очень многих стран. И каждая община из той или иной страны имеет свою культуру, свои обычаи, традиции и праздники, даже когда они живут в Израиле уже далеко не в первом поколении. В обществе существует неписаное правило, по которому оно разделено на два "лагеря". "Лагерь" выходцев из Европы, России, Америки так называемые — ашкеназcкие евреи, "ашкеназим". И "лагерь" выходцев из стран северной Африки, Йемена, Ирака, Ирана и других восточных стран — сефарды. К сожалению, как бы это сказать помягче, эти общины недолюбливают друг друга.. Существует некая зависть одного "лагеря" к другому. Причина тут в том, что одна из половин приехала из примитивных и неразвитых стран и, оттого их уровень развития гораздо ниже, нежели у представителей другой половины. В среднем ашкеназим более образованы и — как результат — их уровень жизни выше, чем у сефардов. Безусловно, встречаются исключения из правил, и всё вышесказанное не относится к каждому индивидуально, а к массе в целом.

Всё это существует и чувствуется и в армейской жизни. Честно скажем не очень, но, по моему мнению, в армии различий на этнической почве не должно быть вообще.

Помимо евреев в Израиле живут ещё различные меньшинства (мусульмане, друзы, христиане, бахаисты). Некоторые из них служат в израильской армии. Но, как правило, с ними не бывает таких проблем, из-за того, что они чаще всего служат в отдельных подразделениях, созданных специально для них. Друзы, например: у них довольно малоизвестная другим религия, и служа в своих — часто элитных — подразделениях, они не имеют проблем с отправлением обрядов . Так что тут проблем нет. Но в нашей-то части, на нашем корабле служили одни евреи…

Прибыв на судно, я попал в среду абсолютно не знакомых мне людей. Ребята были из самых различных слоёв населения. Были дети как очень богатых, так и очень бедных родителей. У каждого были свои требования и желания, и приходилось идти на многие компромиссы, дабы сжиться друг с другом.

Одной из таких проблем была пища. Сефарды любят более острую и солёную еду, нежели ашкеназы, поэтому приходилось готовить так, что бы угодить и тем и другим. Как — то мне пришлось справлять праздник Пасхи (Песах), будучи дежурным, на корабле. Праздничный ужин готовили сами матросы, потому что корабельные повара- сверхсрочники, люди взрослые и семейные, находились в увольнении. Так как дежурный сержант был ответственным за питание, то тон в меню задавал именно он. А, следовательно, приготовленная еда была из национальной кухни того "лагеря", представителем которого являлся сержант. Но не всем матросам эта еда подходила, потому как каждый привык к своей домашней еде.

В тот самый праздник самаль торан дежурный сержант — был сыном выходцев из одной восточной страны, и пища приготовленная им, была весьма непривычна для меня — очень острая и солёная. И я решил внести свою "ашкеназийскую" лепту. Я предложил ему поставить на стол гефилте фиш, принесённую мною на корабль из увольнения. Он мне некультурно и бестактно объяснил, что мне следует сделать с этим самим фишем. Я всё понял и только понадеялся, что на следующий праздник дежурным будет ашкенази. Но, тем не менее, все всё съели: уж больно хотелось кушать.

Другой не менее важной проблемой была музыка. Во время отдыха, чтобы расслабиться многие слушали её (и, как правило, не очень тихо). И не всегда то, что нравилось другим. Восточная музыка имеет очень специфический стиль, который не всегда вызывает энтузиазм у выходцев из Европы. И поскольку в комнате положено по одному магнитофону, эта проблема вызывала постоянные споры и ссоры.

Сефарды по сравнению с ашкеназами имеют горячую кровь и очень вспыльчивы. У нас на корабле в одной из комнат жили сефард и ашкеназ. Когда сефард в очередной раз включил свою музыку на полную мощь, то ашкеназ попросил его выключить это произведение искусства. Далее диалог происходил на весьма высоких тонах в сопровождение нелитературных слов и выражений, не записанных в Уставе военно-морской службы. Правда, широко там употребляемых…

Одно из ругательств, употребляемое сефардами, — само слово "ашкенази". Они почему- то считают, что это оскорбление, но сильно ошибаются. Они делают нам комплимент тем, что мы не похожи на них. Это слово было последним в их запасе неуставной лексики.

Во всём этом конфликте была и жертва. Ею оказался тот самый магнитофон, вокруг которого разгорелся весь скандал. Магнитофон, каким то образом оказался на полу, и та самая восточная песня стала последним музыкальным произведением, когда — либо воспроизведённым им.

Почти весь высший армейский состав, включая начальника генштаба, состоит из ашкеназов. Это не очень нравится сефардам, и они считают, что все места, занимаемые ашкеназами получены "по блату". Но это не так. Ашкеназы на самом деле учатся и продвигаются по служебной лестнице (безусловно это не касается всех абсолютно и с той и с другой стороны).

Но, как правило, все эти споры остаются на бытовом уровне и не перерастают в более серьёзные инциденты. Несмотря на всё то, что творится в обществе: деление на "лагеря", всевозможные подковырки и споры, существует одно общее, что нас всех объединяет: то, что мы все евреи. И не менее важный фактор заключается в том, что мы все израильтяне. При общей беде, все мы забываем, какого мы происхождения и из каких стран приехали, поддерживаем, друг друга и если надо, то становимся плечо к плечу на защиту своей страны.