Как Тополь на Плющихе

14.03.2023

Он играл Воланда не хуже Басилашвили, а за Тевье-молочника был номинирован на «Оскар». Умер действительно великий израильский актёр Хаим Тополь.

Я встретился с Тополем после его скандального ухода из спектакля «Сатана в Москве», поставленного по роману Булгакова в тель-авивском театре «Гешер». Мне дважды довелось быть на той постановке: два корифея израильской сцены – Хаим Тополь в роли Воланда и Саси Кешет в роли Пилата – откровенно затмевали остальных актеров. Вскоре после ухода Тополя спектакль закрыли, так как равноценной замены ему так и не нашлось. Я и сейчас временами сравниваю в уме двух Воландов – Тополя и Басилашвили – и думаю, что, при всем моем пиетете перед последним, Тополь сыграл ничуть не хуже.

– Так что же все-таки случилось? Почему вы вдруг разорвали контракт с «Гешером»? – спросил я великого артиста.
– Если честно, мне эта постановка с самого начала не нравилась, еще на репетициях. Так что играл я в ней через силу. С каждым новым спектаклем мне становилось все труднее преодолевать себя. Дело в том, что в «Мастере и Маргарите» очень чувствуется глубоко чуждый мне христианский дух. И режиссер «Сатаны в Москве», на мой взгляд, решил этот дух усилить…

Эта фраза была очень характерна для Хаима Тополя, который был во всех своих проявлениях прежде всего евреем. Одним из тех крепких евреев, которых в нашей традиции принято было сравнивать с дубами – им даже памятники на могилах нередко устанавливали в виде обрубленных деревьев. Я был поражен, увидев множество таких памятников на старом еврейском кладбище в Гродно, где покоился мой дед.

Помню, как Тополь рассказывал мне о детстве и юности в тель-авивском квартале Флорентин. Это сегодня там израильская богема эпатирует саму себя, изображая близость к народу. А в 1940-х на Флорентине обреталась городская голытьба. Его отец Яаков был членом подпольной организации «Эцель», и от него Хаим Тополь унаследовал правые политические взгляды, которым остался верен всю жизнь. Для мира израильского искусства это явление довольно редкое: из всех актеров, которых мне довелось знать, таких же взглядов придерживался разве что замечательный комик Сефи Ривлин – тоже, увы, покойный.

Долгое время все в жизни Тополя было обычным. Подростком он из чистого любопытства пришел в самодеятельный театр, втянулся и после призыва попал в армейский ансамбль. Демобилизовавшись, вместе с будущим великим актером и режиссером, а потом ультраортодоксальным раввином Ури Зоаром создал Хайфский театр. К 25 годам Тополь стал сниматься в кино. В 1964-м ему досталась главная роль в культовом израильском фильме «Салах Шабати». Это принесло ему «Золотой глобус» за лучший дебют и мировую известность.

«В 1967 году, – рассказывал мне Тополь, – в Лондонском Королевском театре решили поставить мюзикл “Скрипач на крыше”. Стали искать актера на роль Тевье-молочника, и кто-то предложил пригласить на эту роль “того израильтянина, который играл Салаха Шабати”. Вот так и вышло, что в один из дней я получил приглашение на кастинг в Лондон.

Мне изначально было понятно, что из этого ничего не выйдет. Хотя бы потому, что английского я вообще не знал. Но я подумал: “А почему бы на халяву не смотаться в Лондон, раз уж они сами приглашают?!” И поехал. Явился на пробы, услышал свое имя. Подошел, а мне в ответ: “Простите, я вас не звала! Мне сейчас нужен тот израильтянин, который Салаха Шабати играл, пожилой такой…” “Так я его и играл!” – отвечаю я и вижу, как у всех вытягиваются лица».

Тополю было тогда 28 лет, и никто не мог поверить, что это он так точно сыграл 60-летнего. Но в итоге, конечно, его оставили играть. Несмотря на английский, который он за год репетиций все-таки выучил. Так в 1970-х годах Хаим Тополь стал одним из ведущих актеров Лондонского Королевского театра. Он сотни раз сыграл на сцене Тевье-молочника в «Скрипаче на крыше», потом получил главную роль в легендарной экранизации этого мюзикла и после очередного «Золотого глобуса» даже был номинирован на «Оскар», который он, увы, проиграл Джину Хэкмену.

«Не скажу, чтобы мне в Англии очень уж нравилось, – признавался мне Тополь. – Но работать было интересно, да и платили прилично. А потом ко мне в гримерку временно “подселили” уже немолодого английского актера. Какое-то время мы почти не общались, но однажды разговорились. Узнав, что я из Израиля и мой отец был членом еврейского подполья, он сказал: “Правда? А я до 1948 года служил в британской полиции в Палестине и ломал ребра такому еврейскому дерьму, каким был твой отец!”

Кровь бросилась мне в голову после этих слов. “Если ты ломал ребра моему отцу, то я тебе сейчас разобью твою антисемитскую морду!” – сказал я. И сдержал свое слово. В общем, грянул грандиозный скандал, и хотя никто не требовал моего увольнения, я ушел из Королевского театра и вернулся в Израиль».

Его фильмография в итоге насчитывает около 30 фильмов – и это не считая двух телесериалов. Его вышедшие на английском мемуары Тopol by Topol читаются как роман. Всего Тополь написал, проиллюстрировал и выпустил 20 книг, самой популярной из которых, безусловно, была и остается «Антология еврейского юмора». Транслируемые по ВВС телепередачи «Это Тополь» и «Израиль глазами Тополя» помогли многим американцам понять всю лживость арабской пропаганды. Написанные им портреты 20 великих израильтянок легли в основу серии марок. Наконец, немногие израильтяне знают, что именно он дублировал Хаггрида в фильмах о Гарри Поттере. Еще он, вне сомнения, был великим филантропом, не жалевшим денег и сил для тех, кто нуждался в помощи, и прежде всего – для детей с ограниченными возможностями или тяжелыми заболеваниями.

Почему-то невольно вспомнился Паустовский:
«Я помню, как ошеломило меня одно похоронное объявление и своим содержанием, и своим умелым набором. Выглядело оно так:

Рухнул дуб
ХАИМ ВОЛЬФ СЕРЕБРЯНЫЙ.
И осиротелые ветви низко склоняются
в тяжелой тоске.
Вынос тела на 2-е еврейское
кладбище тогда-то и там-то».

Что тут еще скажешь? Рухнул еще один наш еврейский дуб, и мы низко склоняемся в тяжелой тоске.