Ушли под рёв ракет

Инвалид не дополз до убежища, нянечка из детсада – до родителей. Число жертв войны растет. Взаимовыручка – тоже.

Когда ночью 18 марта Ярон Моше и его супруга Илана услышали вой сирен в Рамат-Гане, то действовали, как обычно. 70-летний Ярон мог передвигаться только при помощи ходунков. Илана помогла ему подняться с постели и одеться. Вдвоем им нужно было преодолеть лишь несколько метров до мамада. Оба проделывали этот нехитрый путь десятки раз и были спокойны. И хотя ходунки Ярона замедляли движение, каждый раз они успевали. Однако в ту ночь все случилось иначе.

Кассетный боеприпас от иранской ракеты влетел прямо в стену их квартиры. Он проделал дыру в потолке и разрушил перегородки. «Взрыв был очень, очень громкий. Сила удара и ударная волна были невообразимы. Я понял, что попало прямо по нам», – рассказывал журналистам Хен Амир, сосед супругов Моше. Через несколько минут он вышел из своего мамада и увидел, что взрывом выбило входную дверь. Все стекла были разбиты. В подъезде стоял запах гари. Хен вышел на лестничную клетку и увидел, что из квартиры четы Моше идет дым – их дверь тоже сорвало с петель. Внутри было темно, не было слышно ни голосов, ни звуков движения. Подоспевшие спасатели вывели Амира на улицу. Уже от них он узнал, что Ярон и Илана мертвы: они погибли на месте буквально в двух шагах от мамада, который, в отличие от остальной квартиры, остался цел и невредим. В эпицентре взрыва, посреди разрушенной мебели и техники спасатели нашли ходунки Ярона – в этот раз промедление из-за его инвалидности оказалось роковым.

Вечером 24 марта стало известно о новых жертвах. В результате обстрела северных районов Израиля боевиками ливанской «Хезболлы» погибла 27-летняя Нуриэль Дубин. Девушка жила и работала в мошаве Маргалиот: она была воспитателем в детском саду. Тревога застала ее в дороге. Нуриэль была за рулем – ехала в гости к родителям в мошав Бен-Йегуда на Голанах. Она сделала все по инструкции: остановила машину, выбежала из нее и легла в небольшую канаву у шоссе. Увы, эти меры не помогли: Нуриэль погибла от прямого попадания ракетного осколка.

Ее родители ждали несколько часов, а затем выехали навстречу дочери. На перекрестке Маханаим они увидели полицейское оцепление – а внутри него, на обочине, открытую машину Нуриэль. Они поняли, что случилось самое страшное. «Она была такой открытой, такой доброй. Любила мечтать, у нее было столько планов!» – рассказала Гила Израэли, тетя погибшей девушки. По словам родственников, Нуриэль совмещала работу в детском саду с учебой в педагогическом колледже – хотела работать с детьми и уверенно шла к этой мечте. А еще девушка планировала свадьбу: торжество должно было состояться в сентябре. Со своим женихом Ядидом она познакомилась зимой 2024-го. Оба оказались в числе эвакуированных из северных районов Израиля: их поселили в одну гостиницу. Молодые люди начали встречаться, между ними вспыхнул роман. «Мы все радовались в нашем мошаве, глядя на эту красивую пару! – сказал один из соседей погибшей. – Это была настоящая любовь. Нуриэль и Ядид не мыслили жизни друг без друга».

С конца февраля в результате обстрелов со стороны Ирана и его ливанских прокси в еврейском государстве погибли уже 22 человека. Среди них 20 израильтян, гражданка Филиппин и гражданин Таиланда. Число раненых достигло 5045 человек. Из них около 120 остаются в больницах с травмами разной тяжести. Министерство здравоохранения Израиля сообщило, что только во вторник и среду на этой неделе из-за интенсивных обстрелов в больницы доставили более 200 пострадавших. Из них как минимум один человек находится в тяжелом состоянии, а ранения еще девяти требуют постоянного контроля врачей.

С самого начала войны служба тыла Израиля выпустила распоряжение о закрытии школ, детских садов и отмене всех массовых мероприятий. «Было тяжеловато. Мужа перевели на домашнюю работу, а мне нужно было ездить на работу, поскольку я работаю в медицине, – рассказала Jewish.ru Керен С., жительница Ашкелона. – Нервы на пределе! Сирены по многу раз на дню, а я на работе и каждый раз с замиранием сердца жду подтверждения – добежали мои в миклат или нет».

Но все же на юге, по словам Керен, ситуация была лучше, чем в северных и центральных районах Израиля, где сирены звучали чаще. Это подтверждает и статистика Тель-Авивского института стратегических исследований в области безопасности (INSS). По его данным, собранным за первые две недели войны, 40,56% предупреждений об обстрелах прозвучали в центре страны, 29,43% на севере, 12,3% на юге, 11,06% в Иудее и Самарии и 6,66% в Иерусалиме. Суммарно только за 14 дней войны Израиль услышал около 50 тысяч предупреждений об обстрелах.

Власти планировали поэтапное смягчение «школьных» ограничений. Так, например, с 5 марта занятия возобновились в онлайн-режиме. А позже в некоторых регионах страны, которые посчитали менее подверженными риску обстрелов, решено было открыть детские сады и учебные заведения. Это коснулось района Бейт-Шеан на севере, окрестностей Мертвого моря, некоторых городов на юге страны. В Минобразовании подчеркнули, что окончательное решение об открытии школ остается за местными властями. А «подвозка» школьников к месту учебы ляжет на плечи родителей: запускать автобусы для школьников было слишком опасно. Правда, уже вскоре эти планы поэтапного смягчения претерпели крах. 22 марта министр просвещения Йоав Киш вновь объявил об ужесточении ограничений – поводом стало падение иранских ракет в Димоне и Араде, где в общей сложности пострадали около 180 человек. Тогда же стало известно о попадании ракеты в детский сад в Ришон ле-Ционе. К счастью, тот был пуст – взрыв повредил только мебель, имущество и проделал дыру в потолке. «Видите, что происходит?! Вы бы отправили детей в такое место? Мы не откроем систему образования, пока не будем полностью уверены, что там безопасно», – прокомментировал происшедшее мэр Ришон ле-Циона Раз Кинстлих.

Но израильтяне не были бы самими собой, если бы не нашли выход из положения. Сегодня социальные сети полны предложений о помощи с детьми. Соседи объединяются в группы: неработающие родители днем берут к себе детей тех, кто ездит на работу, кормят их, проводят занятия – иногда проводят даже небольшие прогулки у дома. «У нас не домовое бомбоубежище, а прямо учебный центр! Одна женщина повторяет с подростками английские глаголы, другая учит йеменских детей основам русского языка. Я думаю, из этой войны все выйдут умненькие, благоразумненькие!» – шутит в разговоре с журналистом Jewish.ru Сева Гольков, житель Тель-Авива.

Подобная взаимовыручка происходит и в других сферах: например, одни жители помогают в закупке продуктов другим – тем, у кого нет машины или ограничена возможность передвижения. К частным инициативам подключаются и общественные структуры. Так, благотворительная организация «Лекет Израэль» на днях отчиталась о выдаче более 2000 тонн сельхозпродукции нуждающимся израильтянам. С начала войны она также устроила больше 70 000 обедов семьям, пожилым людям и ветеранам Холокоста.

Но война остается войной – она всегда рядом, она приносит смерти и разрушения. В момент подготовки этой статьи 26 марта стало известно об обстреле Нагарии, куда прилетели как минимум пять ракет из Ливана. По предварительным данным, пострадали шесть человек. Один из них скончался.