На кухне у Голды Меир

10.08.2007

golda.jpgГолда Меир была не только прекрасным политиком — мало кто мог сравниться с ней в искусстве заваривания превосходного турецкого кофе и приготовления гефилте фиш. Во времена пребывания на посту премьер-министра она выпивала за сутки не менее дюжины чашек любимого напитка.

 На кухне ее небольшой квартирки пребывали в состоянии полной боеготовности, как в профессиональной кофейне, два чайника с крепким кофе. При этом кофе был не единственной ее слабостью этой великой женщины. Лова Элиав, в те времена возглавлявшая партию «Авода», вспоминает: «Она еще курила крепкие сигареты без фильтра. Когда ее предупреждали, что это вредно, она отвечала:“Я не умру молодой”».

Аромат свежесваренного кофе, сочетавшийся на ее кухне с дымом ее любимых «Chesterfield»или «Superfine», был традиционной декорацией к разговорам о политике и государственных делах. «Получить приглашение на кухню Голды было особенно почетно. Это свидетельствовало о том, что ты важная персона, — рассказывает Лова Элиав, частенько бывавшая на подобных встречах. — Она прекрасно умела готовить выпечку, и мы просто обожали собираться у нее раз в неделю. Там часто сидели люди из “наших министров” и “наших союзников”, а она угощала гостей кофе и сырным пирогом или яблочным штруделем. И при этом решительно отметала все предложения о помощи».

В декабре 1972 года представители партии «Мапам», которых перестали приглашать на эти маленькие собрания, даже выступили с публичным протестом. «Мы требуем, чтобы нам позволили принимать участие на обсуждениях всех уровней включая кухню-кабинет Голды», — гремел член партии Хайкель Рамон. Позже газета «Едиот Ахронот» сообщила, что на следующий день после этого заявления премьер-министр с улыбкой обронила: «Моя кухня может вместить лишь ограниченное количество людей». Надо сказать, обида партийцев, лишенных доступа к штруделю госпожи Меир, встретила в политических своего рода понимание. Глава Гистадрут Ицхак Бен-Аарон, например, выступил с предложением «сделать кухню размером с киббуц», а один партийный соратник Рамона даже предлагал обязать министра жилищного строительства увеличить кухню Голды. Так сказать, во избежание…

Тем не менее, не все считали, что кухня со всеми ее чайниками и кастрюлями — подходящее место для принятия важных политических решений. Депутат Кнессета Шуламит Алони частенько метала по этому поводу громы и молнии: «Мне не кажется, что кухня Голды является тем местом, в котором можно обстряпывать дела государства. Не лучше ли было бы найти более подходящее место?» Кстати, дома у Шуламит до сих пор красуется на стене карикатура на пресловутую кухню: премьер-министр помешивает ложечкой содержимое чайника, вокруг нее сидят министры Пинхас Сапир и Исраэль Галили; а в сторонке стоит сама госпожа Алони с выражением вселенской горечи на лице…

Завтрак Голда готовила себе сама. Обычно он состоял из кофе или чая, бутерброда сыром и меда. Эстер Шейхкорн, выполнявшая обязанности секретаря Голды, рассказывала, что премьер-министр «совсем не была гурманом и не придавала большого значения еде, предпочитая простоту, и на приемах обычно довольствовалась куском мяса, несколькими гренками и стаканом сока».

«У Голды вместо еды была политика, — вспоминал хорошо знавший ее Шимон Авиземер. — Помногу она не готовила, потому что дома бывала редко. И все же раз в неделю она готовила гефилте фиш и брала ее с собой во время своего еженедельного посещения киббуца Ревивим в Негеве, где жила ее дочь». Во время одной из ее поездок в США ее спросили: «Миссис Меир, ваш семилетний внук Гидон говорит, что вы готовите самую вкусную гефилте фиш на свете. Если это так, то поделитесь вашим рецептом». Премьер-министр улыбнулась и ответила: «Мой внук не может судить обо мне объективно, как и я о нем», — и отказалась огласить рецепт. Во время того же визита, как, впрочем, и всегда, когда ей доводилось бывать в США, особенно в Нью-Йорке, Голда часто заходила в магазинчики кухонной утвари — кухонные новинки были ее главной слабостью.

В автобиографии, рассказывая о своих первых днях в киббуце Мерхавия после эмиграции из США, она написала: «Печь хлеб было для меня чудом. Нас тогда было где-то 30-32, и мы ходили покупать муку у арабов из Нацерета, и мука была не очень хорошей, отчего хлеб часто получался кисловатым. Но труднее всего для меня было месить сухое тесто. Когда добавляешь много воды, месить гораздо легче, но сделать хлеб из этого невозможно. Фокус в том, чтобы месить тесто с добавлением небольшого количества воды. Когда я наконец-то научилась это делать, то очень собой гордилась».

Некоторые киббуцники покупали у арабов и масло, но Голда считала его «горьким как смерть». «Все, что с ним готовили или пекли, было несъедобным», — вспоминала она. Воду для чая они брали прямо из бака с водой. «Не знаю, сколько раз в неделю мы пили чай с кипяченой водой. Ну у кого могло хватить терпения дождаться, пока вода в баке закипит? Вода становилась теплой — и они пили чай. Чтобы сделать себе хоть каплю чая, каждый раз приходилось идти на кухню. Мне кажется, что если бы у киббуцников тогда были свои ванные и возможность вскипятить воду у себя в комнате, возможно, тысячи покинувших киббуц остались бы».

«Ингредиенты:

3 томата; 1 огурец; 3 моркови;
пучок салата; 1 зеленый перец; 7 редисок; 3 пучка зеленого лука; 1 сваренное вкрутую яйцо.

Для приправы:

1 чайная ложка лимонного сока; 3 чайных ложки масла; 1 чайная ложка майонеза; соль и черный перец по вкусу.

В 70-е годы была опубликована книга рецептов знаменитых людей. Есть там и рецепт от Голды Меир.

Называется он «Завтрак в киббуце»:

1. Нарежьте зеленый лук и салат.

2. Натрите морковь и яйцо и нарежьте остальные овощи на маленькие кусочки.

3. Положите все в большую салатницу.

4. Положите в салат приправы и аккуратно размешайте»
.

Татьяна Володина