Третья нефтяная война

27.06.2019

Боевые действия против Ирана могут начаться с минуты на минуту. Каковы сценарии этой войны и точки первых ударов, рассказывает бывший аналитик израильской разведки.

Новая танкерная война, наподобие случившейся в 1987–1989 годах, стала бы кошмаром и для Ближнего Востока, и для США, и для всего остального мира: десятки катеров, принадлежащих элитным иранским отрядам Стражей исламской революции, атакующие и взрывающие саудовские, американские и европейские танкеры, а также уничтожающие нефтяную инфраструктуру Персидского залива, привели бы к резкому дефициту нефти на рынке и непрогнозируемому росту цен на неё. Причем к крайне долгосрочному, поскольку на восстановление нефтяной инфраструктуры ушли бы годы. И первые предпосылки к такой войне уже есть.

На днях в Персидском заливе танкеры сразу нескольких компаний подверглись минной атаке. И хотя нет прямых доказательств, что за этим стоят иранцы, но странным образом иранские корабли были засечены в этих районах, да и «ювелирная работа» не оставляет никаких сомнений: с таким профессионализмом рассчитать мощность и размер мины, чтобы она только повредила корабль, но не потопила его, способна лишь одна армия в регионе – иранская.

Если Иран начнёт массово взрывать и топить танкеры, то реакция Соединенных Штатов, считающих себя гарантом безопасности нефтяных перевозок в регионе, будет крайне жёсткая. Бомбардировкам и ракетным атакам будут подвергнуты многие иранские военные базы, в том числе и военные аэродромы, чтобы лишить Иран сил и возможностей для ведения долгосрочных боевых действий, в том числе и контроля в воздушном пространстве.

Впрочем, у Ирана остаётся еще один «нефтяной козырь» в руках: страна способна заминировать или иными способами заблокировать Ормузский пролив, вовсе перекрыв таким образом выход из Персидского залива и полностью остановив экспорт нефти из региона. Разминирование и полное восстановление судоходства может потребовать годы. Впрочем, на такое иранцы не решились даже во времена той – первой – танкерной войны.

Важно ещё, что та танкерная война в 1987-м началась не сама по себе, а была спровоцирована действиями Ирака против иранских танкеров на фоне кровавой ирано-иракской войны. Сейчас же международная конъюнктура и объёмы мировых нефтеперевозок совсем иные, и их прекращение ударит, прежде всего, по Китаю – предпоследней стране, которая поддерживает иранский режим, последовательно выступает против антииранских санкций и закупает в их обход иранскую нефть. Если Иран заминирует Ормузский пролив, то после этого у него останется только последний союзник – Россия, которой, впрочем, мировой дефицит нефти и резкий рост цен на неё окажутся на руку.

К тому же перекрытие Ормузского пролива приведёт к еще более мощному американскому возмездию – бомбардировке будут подвергнуты уже не только военные объекты Ирана, но и промышленная инфраструктура: заводы, мосты, туннели. Гражданские потери среди иранского населения, хотя американцы и будут стараться их минимизировать, станут измеряться в этом случае многими тысячами человек. При этом на наземную операцию ни США, ни их союзники не решатся, да и в этом, с их точки зрения, не будет необходимости – достаточно будет того, что Иран потерпит колоссальный урон и будет отброшен в доиндустриальную эпоху.

Впрочем, эта война для американских сил может оказаться не такой уж и простой. На днях, примеру, иранские ПВО влёгкую сбили американский беспилотник, доказав тем самым свою эффективность. И у Ирана нет никаких внутренних ограничений на наземные операции – бойцы Корпуса стражей исламской революции уже долгие годы воюют и в Ираке, и в Сирии, а также присутствуют в качестве военных инструкторов во многих других «горячих точках» Ближнего Востока. И вполне можно представить, как в ответ на массированный удар по Ирану начнется не менее масштабная атака на американские объекты и на американских военнослужащих в Ираке и других странах, а также подрывы американских посольств по всему миру и просто атаки на американских граждан.

При этом вести такую войну Иран будет формально чужими руками – ему достаточно воспользоваться подконтрольными шиитскими формированиями в Ираке, которые способны, к примеру, обстреливать «катюшами» американские базы, не ввязываясь в открытое противостояние с американскими частями. Схожим образом были недавно обстреляны в Басре нефтяные объекты, принадлежащие американской компании ExxonMobil. За этим обстрелом стояло иракское шиитское вооруженное формирование «Народное Ополчение», которое полностью подчиняется Тегерану.

Иран вообще любит использовать эту тактику – «опосредованной» или даже гибридной войны, которая позволяет стране, по сути, воевать одновременно против Израиля, Саудовской Аравии и США, сохраняя при этом официальную непричастность. А в Йемене подобная тактика переросла в полномасштабную затяжную войну на Аравийском полуострове: хуситы обстреливают беспилотниками и баллистическими ракетами иранского производства саудовские города и военные базы, а ответные саудовские бомбардировки не дают желаемого эффекта. Кстати, лозунг у хуситов тоже явно иранского происхождения: «Смерть Америке, смерть Израилю, смерть Саудовской Аравии!».

Именно поэтому одно из главных требований США, из-за которых сверхдержава вышла из «атомной сделки» с Ираном и ввела санкции против этой страны, – это прекращение со стороны Ирана финансирования и военной поддержки террористических группировок ХАМАС, «Хезбалла» и «Исламский джихад», которые действуют на территории Израиля, Сирии, Ливана, Ирака и Йемена. В этом же состоит стратегическая цель и Израиля, и монархий Персидского залива, за исключением Катара, находящегося в тесном сотрудничестве с Ираном и также финансирующего ХАМАС и «Братьев-мусульман».

Для Израиля самым опасным развитием войны против Ирана может стать одновременно столкновение с «Хезбаллой» на севере у границ с Ливаном и с ХАМАСом на юге в секторе Газа. Параллельно, как по сигналу, может начаться интифада на территории Палестинской автономии, и израильская армия должна будет воевать на несколько фронтов. Несомненно, что иранский генштаб прорабатывает этот сценарий как один из ключевых, поскольку его реализация не позволит Израилю оказать поддержку американо-саудовской атаке по Ирану, заставив еврейское государство сфокусироваться исключительно на боевых действиях у собственных границ, и всё это вдобавок не потребует никакого прямого задействования иранских войск.

Войны против ХАМАСа и «Хезбаллы» будут тяжелыми и кровопролитными. Очевидно, что военная реакция Израиля на эту атаку со всех сторон, сравнимую с Шестидневной войной или Войной Судного дня, будет сверхсерьезной и приведёт к невиданным жертвам и небывалым разрушениям и в Ливане, и в секторе Газа. Причём независимо от конечного результата.

В иранских военных кругах осознают, что в экстремальной ситуации в случае большой войны Израиль пойдёт на полное уничтожение ХАМАСа и «Хезбаллы». И если лидеры ХАМАСа еще смогут выдать тотальное разрушение сектора Газа за священную войну против евреев, то руководству «Хезбаллы» придётся объяснять ливанскому населению, зачем они влезли в чужую, собственно говоря, войну. Помнится, в 2006-м, во время Второй ливанской войны, у шейха Насраллы это не очень получилось, и на его победные реляции арабский же журналист ответил: «Если разрушенный Ливан и тысячи убитых – это божественная победа, то как же тогда будет выглядеть сатанинское поражение?!»

Однако разрушение Ливана и сектора Газа – это та цена, которую запросто готово заплатить иранское руководство для отвлечения части сил противника. Это для Ирана совсем не непомерная цена. Поэтому во время последних широкомасштабных учений Армия обороны Израиля отрабатывала именно такой сценарий – войны на два фронта.

Разумеется, невозможно предвидеть, что именно сделает Иран, но вне зависимости от других сценариев войны «израильский фронт» будет активизирован при любых раскладах, поскольку это позволит доставить максимум неприятностей для ключевого американского союзника за относительно малую цену.

Александр Гринберг

Комментарии