Интервью

Руту Модан

«Две бабули в одной»

22.03.2021

Не Супермен, а еврейская бабушка из Варшавы стала главным героем комикса «Имущество», впервые выходящем на русском языке. Его создатель Руту Модан рассказала Jewish.ru, как ей работалось с писателем Этгаром Керетом и думалось о Холокосте в Польше.

Для многих комиксы – это по-прежнему истории о супергероях или мультяшных персонажах. Но ваш комикс «Имущество», который выходит на русском языке, о старушке Регине Сегал: она едет в Польшу со своей внучкой, чтобы попробовать вернуть родительский дом, конфискованный в годы Второй мировой. Сюжет – максимально реальный, да и тема довольно серьезная. Это уже, может, и не комикс, а роман в картинках?
– Можно назвать мою книгу и так – не зря ведь появился термин «графический роман», который применяют к некоторым комиксам. Просто ситуация с комиксами изменилась – художники стали другими, да и их аудитория. Ты теперь не ограничен рамками мультяшного. Так же, скажем, как анимация – это сегодня не только про мультфильмы. Комиксы – это способ рассказать свою историю с помощью иллюстраций, сопровожденных текстом. Конечно, мне пришлось пройти определенный путь в Израиле, чтобы расширить круг читателей. Израиль – это не США, здесь комиксы никогда не были особо популярны – думаю, как и в России. Когда мы в далеком 1995 году основали группу художников комиксов Actus Tragicus и стали выпускать наши сборники, их читали прямо исключительно только фанаты. Но постепенно круг заинтересованных рос. Мне, например, помогло, что я издала детскую книгу «Майя устраивает беспорядок». Так я вошла в израильские семьи – родители, прочитав с детьми эту книгу, уже были готовы воспринимать мои другие, скажем так, «взрослые» комиксы.

Наверняка многие узнали о вас и после сотрудничества с Этгаром Керетом. Сначала вы вместе выпустили книгу «Никто не говорил, что это будет смешно», потом вы проиллюстрировали его книгу «Папа убегает вместе с цирком» и завоевали много международных наград – например, премию Андерсона.
– Мне повезло начать работать с Этгаром Керетом прямо незадолго до того, как он стал очень знаменит. Израиль ведь очень маленький, многие друг друга знают. Я достала контакты через подружку и прямо написала – не хочет ли он поработать над книгой вместе. Ему это показалось интересным! В итоге был очень обогащающий опыт. Когда два человека работают вместе – это всегда ведь таинство встречи двух миров, каждый приносит в книгу что-то свое. Керет многому меня научил, особенно что касается работы с текстом. Думаю, после сотрудничества с ним я и поняла, что созрела для самостоятельной работы над книгой. Это вообще довольно естественно – захотеть однажды рассказать свою историю самому. Моя сестра Дана Модан – популярная в Израиле актриса. Так вот она тоже в какой-то момент стала писать сценарии. Это произошло и со мной – мне стало недостаточно иллюстрировать книги, появилась потребность создавать их самой, управлять процессом от начала и до конца.

Из серии ваших комиксов «Смешанные эмоции», которые вы рисовали для The New York Times, я узнала, что ваша бабушка была из Польши. Получается, история в основе книги «Имущество» – это история вашей семьи?
– Это микс самых разных историй. Например, Регина Сегал – это комбинация сразу обеих моих бабушек. И да, обе они были из Польши. Мой папа тоже родился там. Он приехал в Израиль, когда ему было восемь лет, в 1940-м, то есть уже после оккупации Польши немецкими войсками. При этом о Польше в нашей семье никто не говорил – вообще ни одной детали не упоминалось. И на польском никто после переезда в Израиль больше не заговаривал. Даже после того, как с падением коммунистического режима Польша открылась для израильтян, никто из моих родных не изъявил никакого желания туда поехать. Для них эта страна была одним сплошным еврейским кладбищем. Поэтому никак нельзя назвать «Имущество» мемуарами. Это в принципе очень современная история, которая происходит в Варшаве в наши дни. Чтобы сделать ее такой, мне пришлось много о Польше узнать. Когда у меня появилась идея книги, я для начала просто прочитала статью в «Википедии» об этой стране. Потом несколько раз туда съездила. Но даже во время поездок я не искала там никаких корней – лишь посмотрела на дом, где родился мой отец. Мне нужно было понять дух Польши, чтобы развернуть там действие своей книги максимально реалистично.

Какой же в итоге он, польский дух?
– Я не почувствовала, что нахожусь в каком-то странном месте, но и не словила ощущения, что я – дома. Красивая страна, некоторые культурные особенности – как люди далеко стоят друг от друга при разговоре, как они в принципе разговаривают – показались мне близкими. Ну и еда, конечно. Как на бабушкиной кухне оказалась.

Но Холокост так или иначе стал одной из главных тем вашей книги?
– Надеюсь, что нет. Конечно, он чувствуется везде на фоне, но это не про то, чтобы опять выписать евреев с позиции жертвы. Кстати, моих родных все время в Израиле называли «везунчиками» – из-за того, что они смогли из Польши вовремя уехать. Но согласитесь, относительное такое везение – покинуть родные края, оставить за спиной десятки друзей и близких, которым всем в будущем суждено погибнуть. Это травма, которая на них повлияла. Да и на нас. Я родилась через 16 лет после окончания войны – не такой большой срок, чтобы все переживания улеглись. Но мне было важно показать в книге скорее преемственность поколений и памяти. Что необходимо порой вернуться к событиям дней минувших, переосмыслить их, осознать. Безусловно, мне было важно в том числе показать и отношения двух народов – евреев и поляков.

Было любопытно узнать, что в начале работы над этой книгой вы наняли профессиональных актеров – по одному на каждого главного героя. Чтобы уловить жесты, мимику и использовать это при создании иллюстраций.
– Я сначала в любом случае делаю наброски сама, но потом, чтобы прорисовать персонажа и сделать все его движения по-настоящему естественными, очень полезно иметь рядом живого человека. Поначалу я эксплуатировала мужа. Но потом поработала со своей подругой, профессиональной актрисой, и поняла, насколько она хороша в этом. Она не только на лету схватывала мои объяснения о той или иной мизансцене, но и много привносила в раскрытие персонажа. Поэтому в работе над «Имуществом» я использовала уже сразу несколько профессиональных актеров. И еще раз убедилась, что это придает иллюстрациям дополнительную глубину.

Эта предварительная работа над книгой вам по душе?
– Может, это вообще самая веселая и приятная часть работы над комиксом – ты исследуешь, разговариваешь с людьми, читаешь книги по теме, пытаешься понять другую культуру. А вот потом ты остаешься один на один со своей идеей и со своими героями. Работаешь по 14–16 часов, часто не понимаешь, удается ли тебе хоть что-то. В плане иллюстраций я еще более или менее себе доверяю, но что касается текста, это ж просто бездна отчаяния порой. Нужно родить слова из пустоты, и демоны появляются один за одним: а вдруг мне нечего сказать, а вдруг то, что я говорю, никому не нужно и не интересно? Такие вот творческие муки. Но в жизни уж так устроено – самое важное для тебя, что в итоге приносит больше всего счастья, в какие-то моменты дается с большим трудом. Дети, муж, любимая работа, студенты – я уже ведь многие годы преподаю в своей альма-матер, Академии искусств «Бецалель» в Иерусалиме.

Стиль ваших иллюстраций изменился по сравнению с тем, что было в начале? Или вы верны себе?
– Стиль очень изменился, потому что изменилась я. Когда я начинала, я рисовала свои короткие истории в крайне гротескной манере, приправляла все с лихвой черным юмором. Но потом я поняла, что реальность, она уже сама по себе гротескная и экстремальная, мне тут не нужно ничего сверху придумывать. Так стиль становился все более и более реалистичным.

Ваш стиль, кстати, многим напоминает работы французского иллюстратора Эрже. Его комиксы «Приключения Тинтина» в итоге даже экранизировал Стивен Спилберг. Не думаете, что в один день и по вашим комиксам снимут кино?
– Моя сестра уже работает над тем, чтобы экранизировать «Имущество». Конечно, мне будет приятно увидеть это на большом экране, но все-таки это целиком ее проект. Моя часть – это, собственно, комикс. Когда работа над ним закончена, мое дело сделано. Дальше, безусловно, мне очень интересно, как произойдет встреча этого комикса с читателем. Понравится ли он людям, что они из него вынесут. Например, по мотивам «Имущества» в Чикаго поставили оперу. Но эта опера – детище польского композитора Влада Мархулеца, который ее написал. Мой комикс просто послужил толчком к ее созданию.

Как вы все-таки думаете, ждет ли ваш комикс успех в России? Ведь что у нас вообще из комиксов было – «Мурзилка» и «Крокодил» в советские времена, «Масяня» и «Заяц ПЦ» – в нулевые. Готовы ли русские читатели к этому жанру?
– Вот и проверим. Мне очень интересна русская культура. Все мои любимые писатели творили на русском языке. Израиль немыслим без русскоязычных репатриантов, без их вклада в культуру страны. И студентов у меня много из постсоветских стран. Я только того и жду, что отменят ковидные ограничения и я смогу впервые посетить Россию.

Найти книгу «Имущество» можно на сайте издательства «Бумкнига».

Комментарии