Интервью

Евгений Брик

«Моя мама – еврейка. Денег дашь?»

22.10.2021

Зачем говорит о расстрелах в парках отдыха и почему делит Холокост на большой и малый, в интервью Jewish.ru рассказал исполнительный директор Института иудаики Молдовы Евгений Брик.

Ваши ролики о Холокосте наделали шума: многие не знали, что людей убивали прямо там, где сегодня в Кишинёве места отдыха.
– Да, один из отзывов так и звучал: «Я каждый день гуляю по бывшему Комсомольскому озеру, но даже и представить не могла, что в этой сосновой тиши, где мамы с детками кормят уток и белок, происходило такое».

Было и много другой обратной связи на видео, которые Елена Савина сделала по моим работам для Института иудаики Молдовы. В одном ролике, например, свидетельница Холокоста рассказывает, как осталась в живых. Она родилась в Одессе, но её отец, военный, смог посадить семью на последний корабль с беженцами. При этом в предыдущий корабль попала авиабомба, судно тонуло, людей спасали как могли. Так вот мне позвонила знакомая и сказала: «Женя, мы смотрели ролик с мамой, и она расплакалась. Она сказала, что была на том предпоследнем корабле. И её, тогда ещё девчонку, вытащили из воды». Кстати, оказалось, что в некоторых семьях ту же историю о последнем пароходе, вышедшем из Одессы, воспринимали как легенду. Но наш ролик подтвердил, что рассказы прадедов в этих семьях были правдой – это стало для многих настоящим открытием.

В одном из выступлений вы разделили Холокост на большой и малый. Что вы имели в виду?
– Делю не я: существует принятое в мире определение. Слово «холокост» буквально означает «всесожжение» – так называли жертвоприношения, которые проводили древние. В XX веке под этим термином начали понимать массовый геноцид во время Второй мировой войны. В первую очередь термин стали использовать в связи с Катастрофой европейского еврейства: понятно, почему – наибольшее количество жертв, около шести миллионов, выпало именно на еврейское население. Но в то же время массовому истреблению подвергались самые разные слои населения – ромы, славяне или, например, советские военнопленные. Так слово «холокост» применительно к еврейству стали писать с большой буквы. Оно стало условно большим Холокостом, чтобы можно было отличать эту трагедию от других – без сомнения, не менее драматичных.

Но все же, на мой взгляд, более правильно использовать другой термин – «шоа», который ввёл иерусалимский историк Бен-Цион Динур. Это еврейское слово означает «бедствие», «катастрофу». Используя слово «Холокост», мы чаще всего имеем в виду Катастрофу именно европейского еврейства. Но она была шире и коснулась всех евреев – например, тех, что жили в Северной Африке: в годы войны пять тысяч евреев Туниса и Алжира были убиты немецкой зондеркомандой «Египет».

С какого возраста нужно начинать говорить о Холокосте?
– Я никогда не читал лекций на эту тему ребятам младше десятого класса. Считаю, что пятиклашкам рассказывать о Холокосте нет смысла: они ещё дети и воспримут всё как страшную сказку. Тем более что долгое время молдавские школьники вообще едва ли слышали об этой трагедии. Учебники истории о ней молчали, и только с недавнего времени усилиями местной еврейской общественности в старших классах ввели курс по Холокосту.

Помимо Холокоста, какие ещё эпизоды еврейской истории вас привлекают?
– Привлекают белые пятна, которые требуют прояснения. Когда евреи появились на территории Молдавии? Некоторые говорят: сто лет назад. Тем временем на юге республики существуют захоронения, которым две тысячи лет, эпохи ещё римских легионеров – и там надписи на иврите.

Привлекают и личности. Вот жил в XVI веке интересный человек – гражданин Турции по имени Шломо Бен Натан Ашкенази. Выходец из Италии, он умудрился сделать карьеру врача и дипломата при турецком султане, а глубоким старцем побывал в Молдове. Здесь правил тогда господарь Иммануил Арон. Ему нужны были деньги, потому что правила были такие: кто больше денег даст турецкому султану, тому и трон. И вот Арон пришел к Ашкенази и сообщил: «Скажу тебе страшную тайну. Моя мама на самом деле еврейка. Денег дашь?» Ашкенази выделил ему энную сумму, но взамен взял обещание вернуть евреев Молдовы из изгнания. Господарь же обещания не выполнил, а напротив, отослал своего мецената в Трансильванию, где его хотели казнить. В итоге Ашкенази, который в прошлом был известен как спаситель еврейских общин – и по легенде, уберег от изгнания евреев Венеции – был сам спасён общиной. Венгерские и британские евреи собрали нужную сумму денег и выкупили старика. Подобные истории привлекают меня.

Что можете сказать про современное отношение к евреям в Молдавии? Есть ли тут антисемитизм?
– На государственном уровне юдофобии нет и не было. Только в Кишинёве сегодня действуют четыре синагоги. Власти Молдовы вообще всегда поддерживали еврейскую общину и осуждали акты антисемитизма, которые имели место.

Я не встречал открытой юдофобии даже у прорумынских праворадикальных партий. Лет восемь назад возле библиотеки Ломоносова я видел рекламную газету неких русских фашистов, где прочёл антисемитские лозунги: как евреи привели нацистов к власти, чтобы убивать русских. Да, ещё в начале 1990-х кто-то из представителей «Народного фронта» выкрикнул: «Русских за Днестр, евреев – в Днестр!» Моего знакомого врача спросили, почему он не уезжает? И он ответил с юмором: «Я хорошо плаваю». Юрий Рошка, лидер «Народного фронта», пообещал, что подобных лозунгов больше не повторится.

Если же говорить об интернет-среде, то в комментариях нередко пишут неприятные высказывания в адрес евреев. Я называю это «кухонным антисемитизмом». К тому же мы не можем знать, живой человек комментирует или бот, пишет он искренне или для провокации за деньги.

Как вышло, что вы, доктор экономических наук, вдруг занялись историей евреев? Связано ли это с вашей семьей, личной историей?
– Моя фамилия Брик – это аббревиатура от Бен Раби Йосеф Коэн. Отец рассказывал мне семейную легенду, что первый человек с этой фамилией появился в Бессарабии в начале XIX века. То есть я коренной житель: моей родовой ветке больше 200 лет. При этом удалось установить, что моя семья родом из Барселоны: фамилия появилась уже в XVIII веке. И сразу возникает вопрос: почему наш предок оказался именно здесь? Ведь он уехал из Голландии в Молдову.

Как еврей я всегда увлекался еврейской историей. Что творилось с еврейством на молдавской земле? Что происходило здесь во времена Холокоста? Ведь даже цифры жертв у разных исследователей до сих пор серьёзно разнятся: сколько убитых принадлежало к местной общине, сколько были привезены из других мест – это вопросы большого системного исследования. Или другой феномен: еврейские сельскохозяйственные колонии в Молдове. По законам Российской империи, евреи долгое время не имели права работать на земле. Однако ещё в Молдавском княжестве действовал закон, по которому им это разрешалось. На юге Молдовы около десяти тысяч евреев были аграриями. А в середине XIX столетия возникли бессарабские сельхозколонии, в основном на севере Бессарабии.

В советское время источники для научных исследований были закрыты. А в 1990-е годы они открылись, и я увидел лакуны, пустые пространства – мне захотелось их заполнить.

Олег Дашевский

Комментарии