Сегодня — 100 лет со дня рождения композитора и музыканта Александра Цфасмана

Александр Цфасман сыграл колоссальную роль в истории отечественного джаза. В его творческой биографии то и дело встречается слово «первый».

Цфасман стал первым в СССР руководителем профессионального джазового коллектива. Ансамбль Цфасмана первым в стране сыграл джаз на радио (1928 год), а потом и на телевидении (1939). В 1945 году Цфасман принял участие в первом исполнении в СССР «Рапсодии в блюзовых тонах» Гершвина. Не следует забывать и о том, что Александр Наумович оказался первым советским джазовым музыкантом-профессионалом с консерваторским образованием.

С 1939 по 1946 годы яркий пианист, талантливый аранжировщик и композитор Александр Цфасман стоял во главе джаз-оркестра Всесоюзного радиокомитета. В 1946 году, в ходе гонений на джаз, он был снят с поста, однако продолжал выступать и вскоре возглавил оркестр при театре «Эрмитаж». Руководя оркестрами, музыкант одновременно выступал с сольными концертами как пианист. Сочинял он и концерты, и сюиты, но знаменит прежде всего, конечно, песнями — достаточно вспомнить, например, «Неудачное свидание» и «Мне бесконечно жаль».

Своими воспоминаниями об Александре Цфасмане с "Газетой" поделился известный композитор Геннадий Гладков.

"Александр Наумович Цфасман — наш семейный кумир. Мой папа работал у него в оркестре пианистом и аккордеонистом, а я могу сказать, что помню его с рождения! Прямо в роддом приехали папины друзья-музыканты и устроили там импровизированный концерт! А когда мне исполнилось четыре-пять месяцев, родители повезли меня с собой на гастроли в Сочи. Мама говорила, что когда джаз играл, я молчал, а когда смолкал, я начинал орать. Ну и дома у нас, конечно, все время звучала музыка Цфасмана — папа же репетировал, приносил пластинки.

Я встретился с Александром Наумовичем, уже будучи молодым композитором. Я что-то записывал в Радиокомитете на Качалова. И в дверях с ним столкнулся. Он посмотрел на меня, прищурившись: «Гладков- младший? Похож!» Признал то есть!

Мы все были от Александра Наумовича в восторге: он заряжал своей энергетикой и делал невероятные вещи. Помню, после победы в 1945 году мы пешком шли от Петровки до Консерватории, где Цфасман с симфоническим оркестром играл «Рапсодию в блюзовых тонах» Гершвина. Отец говорил, что у Цфасмана только один недостаток: он играет слишком быстро, техника не дает ему покоя. Действительно, он был блистательный профессионал: исполнитель, композитор, аранжировщик. И невероятно душевный человек, лирик. Сейчас у нас на эстраде — грубость, мерзость, кабак. И примитив: три аккорда на гитаре выучили — и на сцену. В сравнении с этим Цфасман выглядит небожителем. Он, Утесов, Юрьева — все эти люди по-настоящему серьезно и ежедневно занимались своей профессией. Поэтому они могли держать очень высокую планку, задавать тон. Это была высокая эстрада, поэтому ее и приглашали в Кремль вместе с артистами Большого театра. Вы только представьте себе уровень, если мой папа аккомпанировал оперным певцам, артистам балета. Он работал и со скрипачом Леонидом Коганом, и балетмейстером Асафом Мессерером — вот таких профессионалов приглашал в свой оркестр Цфасман. Ну а джазовый репертуар папа, конечно же, знал весь. Не секрет, что джазисты любят иногда побаловаться алкоголем. Папа мой — мужик крепкий, а Цфасман был в этом смысле послабее. В Грузии на приеме у какого-то князя, где было застолье и вино, там уж нельзя было отказаться. И к началу концерта Цфасман мог сказать папе: «Я не в состоянии, играй один». Но не только он был «не в состоянии», многие так же. И вот папа, буквально как в «Веселых ребятах», затыкал дыры: где-то — вместо трубы, где-то — вместо другого инструмента… Так что «Веселые ребята» — это почти правда. Но шутки шутками, а в целом у меня самые радостные воспоминания об Александре Наумовиче и самые высокие слова. Сколько он нам открыл зарубежной музыки, сколько подарил счастья и воодушевления! Таких сейчас нету. Его праздник — это и наш семейный праздник, так что мы, конечно же, его дома отметим!".