Миллиарды в бумаге

22.01.2021

Газетная бумага принесла промышленнику Питеру Бранту первый миллиард, а двести картин Энди Уорхола – признание в мире. Ни то ни другое не оградило на днях его сына Гарри от передозировки.

Восемь лет назад 16-летний Гарри Джозеф Брант написал в своем Twitter: «На вопрос: “Чем ты занимаешься по жизни?”, я отвечаю просто: “Я – идол!”».

Братья Брант – младший, Гарри, Питер старше его на три года – были последние десять лет «самыми красивыми подростками Нью-Йорка», гордостью всех красных дорожек, светских событий, показов и шоу. Их бледные, как из вампирских саг, лица, жеманные жесты, экстравагантные одеяния – без всего этого не обходилась буквально ни одна знаковая тусовка Нью-Йорка. Вместе братья выпускали линию косметики унисекс и работали моделями.

19 января 2021 года 24-летнего Гарри Бранта нашли в его квартире мёртвым. Он умер от передозировки за несколько дней до того, как должен был отправиться в реабилитационную клинику. «Нам всегда будет грустно, что его жизнь оборвалась из-за этой разрушительной болезни», – коротко прокомментировала событие семья.

Предпоследний из восьми родных детей промышленника и коллекционера Питера Марка Бранта Гарри вырос в окружении роскоши и искусства. Наркотики, впрочем, тоже находились где-то поблизости. Во время скандального развода его родителей в 2009 году адвокаты отца вытащили на свет счета за пребывание в рехабе его матери Стефани Сеймур – одной из первых супермоделей. Женщину тогда обязали предъявить чистые анализы на наркотики, чтобы сохранить опеку над детьми. Стефани, со своей стороны, в долгу не осталась. В ходе процесса её адвокаты выявили махинации мужа с налогами: в «расходы бизнеса» Питер Брант записывал миллионы долларов на частные перелёты, шёлковые простыни, зарплату слуг и лечение кожи головы. Открытие обошлось Бранту-старшему в штраф и три месяца тюрьмы.

Через полтора года разорительного судебного процесса и взаимных обвинений в краже драгоценностей и предметов искусства супруги неожиданно помирились. Стефани Сеймур рассказывала журналистам, что примирение состоялось благодаря ее доброму жесту: прямо в зале суда она вернула мужу предмет из его коллекции – тканое одеяло из племени Навахо. Наркотики же, судя по всему, из жизни семьи никуда не делись.

Стефани Сеймур для Питера Бранта-старшего стала, конечно, роковой женщиной: во время так и не завершённого развода об этом говорил друг детства Питера, теперь уже бывший президент США Дональд Трамп. «Питер даже не заключил брачный контракт, удивляюсь я на него, – возмущался он. – Я-то король брачных контрактов, я в этом хорош. Когда имеешь дело с большими финансами, нужно быть кое в чём уверенным. Но Питер такой романтик. Могут ведь женщины с мужчинами такие штуки вытворять».

Когда Питер встретил Стефани, ему было 48 лет, ей – 26. Их познакомил фотограф Санте Д'Орацио. В тот момент Питер, впрочем, был женат на своей ровеснице Сэнди, матери его первых пятерых детей. Через год Стефани родила ему Питера-младшего – и он на ней женился. Вскоре у них появилось ещё двое детей: сначала Гарри, потом дочка Лили. Дети Стефани в итоге пошли по её стопам, в моду. С Питером Брантом работали только его дети от первого брака. Вот они-то сейчас, по сути, и контролируют его бизнес-империю.

Сын Кристофер – президент компании White Birch Paper Company, это второй по величине в США производитель газетной бумаги. Сын Келли заведует издательским домом отца, в который входят журналы Interview, Art in America и многие другие. Раньше Келли делил эти обязанности с братом Райаном, но тот умер два года назад в возрасте 49 лет от остановки сердца. В память о Райане у Питера Бранта осталась доля в его компании Take-Two Interactive с оборотом в миллиард долларов. Ну а дочери бизнесмена от первого брака – Элисон и Линдсэй – занимаются арт-бизнесом: у их отца одна из крупнейших в мире коллекций современного искусства.

На сегодня личное состояние Бранта оценивается в полмиллиарда долларов. Бывали времена, когда собственный капитал бизнесмена приближался и к 1,5 млрд долларов, однако потом газетный бизнес всё же пошел на спад. Зато картины, которые Питер Брант, входящий сегодня в топ-200 лучших коллекционеров мира, начал собирать ещё в 60-х, всё время растут в цене.

Такого достатка могло бы не быть, если бы отец вовремя не забрал его из школы, в которой Брант учился, а в основном – прогуливал уроки вместе с Трампом. «Мы были прогульщиками, вокруг были всякие искушения, наркотики, и меня послали в Чеширскую академию, а Дональда – в военное училище», – вспоминал Питер в одном из своих интервью.

Питер Брант родился 1 марта 1947 года. За шесть лет до этого его отец Мюррей Брант, еврей из небольшого городка недалеко от границы Румынии и Болгарии, вместе со своим двоюродным братом Джозефом Алленом создал в США фабрику по производству газетной бумаги Brant-Allen Industries. Предприятие быстро стало успешным – сын Питер смог пойти в престижную школу и подружиться с Трампом. «Я очень соревновательный, с детства, и Дональд тоже, это нас сблизило, – вспоминал Брант. – Он был такой атлет, все время лез играть с более старшими. Мы играли во всё, где есть мяч». Бизнесмен утверждает, что глядя на Трампа сегодня, он видит то же, что и в детстве: очень состязательного школьника-прогульщика на игровой площадке. Последние годы Брант и Трамп общаются, но уже не так близко, как в детстве.

Брант образ прогульщика сохранил и после школы: Чеширскую академию он не окончил, вместо этого пошёл работать к отцу в Brant-Allen Industries. В начале 1970-х годов сыновья учредителей – Питер Брант и его троюродный брат Джозеф Аллен – расширили бизнес, купив целлюлозную фабрику в Ривьер-дю-Лу в канадском Квебеке. Впоследствии партнёры докупили там ещё две фабрики. Потом они заключили партнёрское соглашение с Washington Post и Dow Jones и вместе с ними купили ещё один завод в Ашленде, штат Вирджиния. В 2008 году Брант выкупил долю своего партнера и изменил название компании на White Birch Paper Company. В том же году он приобрёл SP Newsprint Co – производителя газетной бумаги с заводами в Орегоне и Джорджии. Эти покупки обеспечили Бранту контроль над 22 % рынка газетной бумаги в Северной Америке. Но уже в следующем году стоимость газетной бумаги, а заодно и объём рынка упали вдвое – компании Бранта пришлось пройти через процедуру банкротства, часть заводов закрыть, а часть активов – продать.

Параллельно развивался роман Питера Бранта с искусством. Его любимых художников легко назвать по фильмам, которые он о них выпускал, – это Энди Уорхол, Жан-Мишель Баския и Джексон Поллок. Первую картину Уорхола он купил на деньги, добытые с фондового рынка ещё во время учёбы в колледже. Потом он покупал ещё и ещё – до тех пор, пока сам Уорхол не назначил ему встречу. Уорхол – известный контрол-фрик – заволновался, не слишком ли много его работ оказывается в одних руках. Встретившись с поклонником, он остался в смешанных чувствах: с одной стороны, было очевидно, что Брант его боготворит, с другой, что человек он весьма жёсткий. Эти близкие (художник, например, дважды писал портрет спаниеля Бранта), но сложные отношения продолжались до самой смерти Уорхола.

Брант всё же стал крупнейшим коллекционером его искусства – у него более 200 работ художника. После смерти кумира Брант также приобрёл права на основанный Уорхолом журнал Interview. А через несколько лет после свадьбы Питера со Стефани журнал Interview появился в России. Дело в том, что подружкой Стефани на свадьбе была супермодель Наоми Кэмпбелл, лицензию на журнал Interview купил её тогдашний бойфренд, российский бизнесмен Владислав Доронин. Главным редактором Interview пригласили знакомую Наоми, бывшего главреда Vogue Russia Алёну Долецкую, но через пять лет журнал пришлось закрыть – проект оказался убыточным.

Комментарии