Миллиард по почте

23.12.2021

На его идеях поднялся Генри Форд и сотни других. Ещё бы – ведь ещё в начале XX века он создал, по сути, Amazon – продавал американцам товары по почте. Все заработанные миллионы Юлиус Розенвальд тратил на евреев и чернокожих – почти как Билл Гейтс.

Его отец, приехавший в Америку из Германии, стал на новой родине разносчиком – с этого начинали многие иммигранты. В 1857-м он женился на соплеменнице, немецкой еврейке, и остепенился: стал владельцем магазина одежды, развил бурную деятельность в делах местной еврейской общины. А в 1862-м у Сюмюэля Розенвальда родился сын Юлиус.

Предпринимательская жилка, которая позже вознесет его на вершину мира, жила в нем с детства. Первые свои деньги мальчик заработал в 12 лет: продал пачку брошюр об истории памятника Аврааму Линкольну, который в тот день открывали в Спрингфилде. Получил 2,5 доллара, из которых тут же потратил десять центов на хот-дог. Тогда же он увидел первого президента в своей жизни – Улисса Гранта.

Весной 1879 года юноша бросил школу ради практики в компании дяди – крупного продавца текстиля в Нью-Йорке. Изучив бизнес, на пару с младшим братом Юлиус открыл небольшой магазин мужской одежды рядом с Бродвеем. Дела шли неплохо, но вскоре братья перебрались в Чикаго – достаточно далеко от Нью-Йорка, чтобы не вступать в конкуренцию с дядьями, зато близко к родителям. Так в 1886-м родилась компания Rosenwald&Weil, продававшая мужские костюмы. Четыре года спустя Юлиус женился на Августе Нусбаум – разумеется, немецкой еврейке, чей отец тоже начинал разносчиком, а потом вырос до торговца готовым платьем.

Именно брат Августы сделал шурину предложение, от которого тот не смог отказаться – вложиться в розничную компанию Sears & Roebuck. Та торговала всем чем угодно – от часов и перьевых ручек до музыкальных инструментов, швейных машин, оружия, сельхозтехники и даже надгробий. Торговлю при этом вели «дистанционно» – по каталогу, который компания рассылала жителям сельской местности и небольших городков. Розенвальд уловил потенциал и без колебаний выложил 37 500 долларов – это как если бы сегодня вложить во что-то миллион долларов! Он не прогадал.

О корпоративной культуре тогда имели смутное представление. Многих товаров, которые рекламировал каталог Sears, просто не было в наличии. Розенвальд положил этому конец, превратив компанию в Amazon.com своего времени. Сперва он привлек семь тысяч рабочих для возведения огромного логистического комплекса. Потом заказал специальные аппараты, вскрывавшие по 27 тысяч писем в час. Была разработана оригинальная система конвейерных лент и желобов для объединения различных товаров в единый заказ. Появились пневматические трубки, цветные ярлыки и другие диковинные новшества – так торговец готовым платьем стал отцом революции распределения, изменившей мировую экономику в XX веке. Говорят, именно после посещения Sears & Roebuck Генри Форд внедрил на своих предприятиях сборочные линии. И автомобильный король был не единственным гостем – производственные мощности компании Розенвальда стали выставочной площадкой, куда мог заглянуть любой желающий.

Многие товары выпускались непосредственно на 25 фабриках Sears, что устраняло из цепочки посредников и позволяло держать умеренные цены. Бизнес-кредо компании Розенвальд формулировал так: «Качественный продукт за небольшие деньги». Все позиции были детально изображены и описаны в фирменном каталоге, прозванном «Библией» или «Книгой желаний». Здесь же содержалась подробная инструкция по возвращению товара, если он был испорчен или неисправен – бизнесмен принципиально возмещал деньги недовольным клиентам.

В 1908 году он занял пост президента Sears & Roebuck, и вскоре выручка крупнейшего ритейлера Соединенных Штатов вдвое превысила доходы ближайшего конкурента. К 1910 году в компании работало 6160 сотрудников, а за последующее десятилетие их число выросло втрое, хотя зарплаты в Sears были не выше рыночных. Секрет – в схеме распределения прибыли среди работников. Служащие получили право инвестировать часть заработной платы в специальный фонд, становясь акционерами фирмы – по сути, ее совладельцами. Отныне самый мелкий клерк воспринимал компанию своей. Капитаны большого бизнеса придут к этой идее десятилетия спустя, а для немецкого еврея, повторявшего, что главный грех американцев – в отсутствии бережливости, она была естественной стратегией.

В 1910-е годы активы предпринимателя, управлявшего розничной империей с миллионами постоянных клиентов, достигли 200 миллионов долларов. И нет, он не стал самым богатым человеком в США, он даже не входил в топ-20. Запомнился этот сын разносчика не размером состояния, а невиданным размахом благотворительности. Виной тому – религиозный сантимент. Хотя Юлиуса сложно назвать традиционным евреем, глубочайшее влияние на его мировоззрение оказал раввин Эмиль Хирш. Этот патриарх реформистского иудаизма проповедовал, что собственность влечет за собой обязанности, а благотворительность – не добровольная уступка нуворишей, а их долг.

Первые пожертвования прихожанин Розенвальд сделал в пользу Sinai Relief Fund, Чикагского дома для еврейских сирот и Еврейского института Чикаго. Так он помогал десяткам тысяч еврейских иммигрантов, которые осели в городе ветров на рубеже XX века. Кроме того, он взвалил на себя миссию шнорера – попрошайки, просителя, посещавшего дома единоверцев и уговаривавшего их последовать его примеру.

В 1910 году международная христианская организация YMCA обратилась к Юлиусу с просьбой спонсировать строительство их нового здания в Чикаго. Он согласился, но при условии, что это будет центр для афроамериканцев. Более того, предложил выделять 25 тысяч долларов любому населенному пункту, где изыщут 75 тысяч долларов на подобный проект. За два десятилетия благодаря этой программе в 24 городах США появились 25 центров YMCA для черной молодежи.

Свой 50-летний юбилей глава Sears & Roebuck отметил грандиозным пожертвованием в размере 700 тысяч долларов. Свою философию благотворительности он формулировал просто: «Я стремлюсь вылечить то, что кажется мне неправильным». В последующие годы это были школы для чернокожих. После Гражданской войны лишь пять процентов бывших рабов были грамотными, да и в первой половине XX века законы Джима Кроу лишали большинство афроамериканцев доступа к качественному образованию. «В то время как белые колледжи могли рассчитывать на постоянную поддержку, – отмечал Розенвальд, –образованием чернокожих никто не интересовался, и я счел разумным сосредоточить свои усилия в этом направлении».

Итогом стали 5357 школ в 15 южных штатах, построенных в сотрудничестве с местной властью и афроамериканскими общинами. Розенвальд был категорически против подачек, требуя от местных жителей финансового соучастия. Известны трогательные истории о разнорабочих, опустошавших свои копилки, чтобы поддержать эти школы, издольщиках, откладывающих часть урожая хлопка на строительство нового здания, и бесчисленных благотворительных ужинах с жареной курицей для сбора средств. Многие чернокожие семьи жертвовали стройматериалы или физически работали на стройке. Моделью послужило учение Маймонида о восьми уровнях благотворительности, высший из которых – дать ему работу. Недаром мецената-еврея называли «первым социальным филантропом Америки».

Примерно треть всех чернокожих детей на Юге в 1920–1950-е годы окончили «школы Розенвальда». Среди их выпускников и преподавателей – предки Опры Уинфри, оскароносного режиссера Спайка Ли, драматурга Джорджа Вулфа, лауреата Пулитцеровской премии Юджина Робинсона. Портрет бизнесмена украшал стены классных комнат рядом с портретом президента Линкольна, а ученики сочиняли стихи и писали песни в его честь.

Розенвальд не просто выписывал чеки, отмечал его внук и биограф Питер Асколи. Он вкладывал весь свой управленческий опыт и знания в благотворительность, повторяя, что легче заработать миллион долларов, чем разумно им распорядиться. В этом предприниматель тоже оказался впереди планеты всей, на сто лет предвосхитив Клятву дарения – кампанию, запущенную Биллом Гейтсом и Уорреном Баффеттом, в рамках которой самые богатые люди планеты жертвуют большую часть своего состояния на филантропию.

В то же время Юлиус упорно отказывался «светить» свое имя – и не только из-за природной скромности. Спонсор полагал, что проект станет успешным, лишь если бенефициар возьмет за него личную ответственность. Так, пожертвовав миллионы на создание Музея науки и промышленности в Чикаго, филантроп настоял именно на этом названии, хотя для горожан он оставался Музеем Розенвальда.

При этом ко всем благотворительным инициативам он подходил с бизнес-меркой, категорически возражая против «вечных» фондов, расходующих ежегодно небольшую часть своих активов. Такой фонд, полагал Юлиус, неизбежно превратится в синекуру для топ-менеджеров и бюрократический междусобойчик, озабоченный собственным выживанием. «Поколение, взрастившее миллионера, должно воспользоваться плодами его щедрости», – убеждал он, призывая фонды активнее тратить свои средства, оставляя будущие проблемы будущим донорам. Его собственный благотворительный фонд закрылся в 1948-м, спустя 16 лет после смерти основателя.

Имя выдающегося филантропа сегодня не на слуху, хотя многие школы Розенвальда продолжают служить афроамериканским общинам, а некоторые из них внесены в список национального достояния. Один из журналов назвал Юлиуса «величайшим донором XX века, о котором вы никогда не слышали», а на обложку биографии бизнесмена вынесены восхищенные слова Билла Гейтса. Пятеро детей Юлиуса унаследовали взгляды родителей, они активно жертвуют на благотворительность, а две его внучки помогают восстанавливать школы, построенные дедом.

К началу 1970-х Sears & Roebuck стала крупнейшей розничной компанией мира, а ее штаб-квартира – 108-этажная башня Sears Tower в Чикаго – самым высоким зданием планеты. Финансовые проблемы начались в 1990-х, еще до того, как интернет-магазины окончательно перетянули одеяло на себя. Тем не менее компания и сегодня остается одним из символов и самых узнаваемых брендов Америки. В отличие от самого Розенвальда, который предпочел увековечить не свое имя, а свои идеи.

Комментарии