Уметь предвидеть

01.11.2004

Свое состояние предприниматель-инвестиционер Майкл Мориц (Michael Moritz) сделал на размещении акций «Google». При этом он твердо усвоил: «Ты хорош ровно настолько, насколько хорошо твое следующее вложение»… На главной странице «Google», самой популярной в мире Интернета поисковой системы, есть кнопка с надписью: «Мне повезет». Вполне возможно, она была размещена специально для Майкла. Недавно этот живущий в Калифорнии уроженец Уэльса получил от интернет-компании одну из самых крупных выплат. Это произошло благодаря потрясающе продуманному вложению, сделанному им во времена, когда «Google» была еще начинающий фирмой, сотрудники которой проводили свои совещания за столом для игры в пинг-понг.

Когда в августе «Google» разместила свои акции, начальное публичное предложение составило 1,67 миллиарда долларов, и, как сообщают финансовые аналитики, первые инвесторы компании были вознаграждены «крупнейшими в истории капиталовложений выплатами». Мориц получил гигантский возврат с 12,5 миллионов долларов, вложенных им в 1999 году от имени сотрудников компании «Sequoia Capital», чья девятипроцентная доля в «Google» составляет сейчас 3 миллиарда долларов (кстати, стоимость самой «Google» сегодня составляет 33 миллиарда).

Мориц слишком скромен, чтобы говорить о том, сколько получил с продажи акций лично он. Однако, по некоторой информации, ему было выплачено около 280 миллионов наличными плюс пакет акций стоимостью более миллиарда, хотя сам он называет слухи о том, что стал миллиардером, «чудовищно преувеличенными». Как бы то ни было, уже сейчас очевидно, что ему досталось (по крайней мере, на бумаге) целое состояние, и это значительно подняло его в рейтинге богатейших людей Великобритании. «Я не хочу говорить о том, сколько я стою», — с улыбкой говорит предприниматель, сидя в одном из кабинетов офиса «Sequoia Capital» в Силиконовой долине, где он работает с 1986 года.

Бывшего журналиста чествовали в инвестиционных кругах за проницательность, которая привела его не только к субсидированию коня-победителя по имени «Google», но и к целому ряду других технологических успехов включая и «Yahoo», чей потенциал он оценил еще в 1995-м, когда важность Интернета понимали лишь немногие.

Головной офис «Sequoia» расположен очень далеко от Кардиффа, где Мориц воспитывался в еврейской семье беженцев из Германии. Тогда, вспоминает он, слово «антрепренер» ассоциировалось с «местным парнем, который возит фургон с хот-догами и носит джинсы и синий блейзер». Однако после обучения в кардиффском колледже и Оксфордском университете Майкл начал осознавать, чего именно хочет в жизни. Занимаясь редактированием университетского журнала, он подхватил «журналистский вирус». В 1976-м, в надежде получить должность в «Daily Telegraph», он отправился на встречу с главным редактором, ставшую, пожалуй, важнейшим моментом в его жизни, хотя работать в газете он и не стал. Беседа направила его на путь новой карьеры, насыщенной магией капиталовложений. «Я рассказал ему об имеющейся у меня возможности уехать в Америку и о своих колебаниях, — вспоминает Мориц. — Наш разговор длился лишь полчаса, и для редактора в тот день был, наверняка, наименее важным из дел. Но для меня встреча стала самой значимой в жизни уже потому, что он сказал мне: “Если бы я сегодня был молодым, я бы на вашем месте поехал в Америку и не оглядывался назад”. Его совет и стал главной причиной моего отъезда в Штаты».

По окончании бизнес-школы в США и недолгой работы в еженедельнике «Time», которую он оставил, окончательно разочарованный ограничениями, которые ему виделись в журналистике, Майкл Мориц отправился в Силиконовую долину. Там он начал обивать пороги компаний, но отсутствие опыта заставляло их руководителей смотреть на его «профессионально-непородистое происхождение» искоса. К счастью, на одного человека он все же сумел произвести впечатление. Им оказался Дон Валентине (Don Valentine), основатель инвестиционной фирмы «Sequoia», который и дал ему работу. «Я получил должность исключительно благодаря программе по приему на работу меньшинств», — с присущей ему скромностью шутит Мориц, британский акцент которого так и не смогли убить проведенные в Америке годы.

Надо сказать, что Мориц, энергичность которого сочетается с крайней невозмутимостью, остался равнодушным ко «всей этой шумихе» вокруг размещения акций «Google», считая его «не более чем второстепенным событием»: «Я понимаю, почему все восхищены этим, но большой неожиданностью это не стало, к этому давно все шло». И потому взлет цен на акции компании особых эмоций у него не вызвал.

И все же история успеха «Google» поражает. Возникнув буквально из обломков, компания стала универсальным инструментом для миллионов пользователей, а ее брэнд — настолько популярным, что слово «Google» вошло в словарь. По мнению Морица, такая мощь отчасти объясняется «невероятной дисциплинированностью» подхода основателей — Ларри Пэйджа (Larry Page) и Сергея Брина (Sergey Brin), которые были еще молодыми выпускниками Стэнфорда, когда их встретил Мориц. Их маниакальная преданность своему бизнесу убедила Майкла вложить в эту компанию с десятком сотрудников 12,5 миллионов долларов. К тому же, решение было принято во время «ураганного 1999 года, когда безумство и безрассудство витали в воздухе, а здравый смысл был на время отложен в сторону». Что же окончательно повлияло на его решение? Прежде всего, потенциал товара и его «мифическое имя» — созвучие со словом «googol», обозначающим число 10 в степени 100: «Как и в случаях с “Apple” и “Yahoo”, люди забывают о том, что такое название звучит банально и глупо, но у него есть одно большое достоинство: однажды услышав, его уже не забудешь». Что касается других инвесторов, то они тогда сторонились проекта «Google» из-за «свободной» природы предлагаемых им услуг. Мориц же сумел разглядеть сходство с захватом теле- и радиоаудитории и огромными рекламными доходами, которые сулил выход к массам. Тем не менее, он все еще не уверен в успехе компании и медленно покачивает головой, когда его спрашивают, предвидит ли он подобный успех: «Каждый раз, когда одна из наших компаний переживает потрясающую удачу, мы, как и все, поражаемся».

Конкуренты, в свою очередь, поражаются стальным нервам Морица, когда тот признается в неустойчивости своей веры (что, впрочем, совсем не мешает ему успешно определять перспективные рынки сразу при их появлении). Один предприниматель-инвестиционер признался недавно, что был потрясен способностью Майка видеть ценность там, где ее не видят другие. Мориц же объясняет свои решения частично инстинктом, частично анализом: «Это постоянная проверка твоего характера: неважно, каких инвестиционных успехов ты достиг вчера, а важно восхождение на следующую вершину».

Сегодня Майкл Мориц живет в Сан-Франциско с женой, американской писательницей Харриет Хейман (Harriet Heyman), и двумя сыновьями. У него нет времени, чтобы «отвлекаться» на экстравагантные приобретения, богатство почти не изменило его образа жизни: «Все это вовсе не означает, что в один прекрасный день компания становится общественной, а к порогу твоего дома подъезжает машина, груженая золотыми слитками. Это всего лишь бумага». У Майкла есть дом в Тоскане, где он любит рисовать, однако желания уходить на пенсию и покупать футбольный клуб пока не возникало — он предпочитает оставаться в деле. Несмотря на то, что недавно он отпраздновал свой 50-летний юбилей, он и не помышляет о том, чтобы сбавить обороты: «Одному из моих партнеров — 74, другому — 71. Это такой бизнес, в котором ты должен сохранять молодость характера, иметь неизменно устойчивую веру в идеи 24–25-летних, и это очень стимулирует. Богатство намного упрощает некоторые вещи, но на саму жизнь слишком уж большого влияния не оказывает».

Йорам Шпыркин