Эсфирь Тобак — королева жестяных коробок

02.05.2001



У нее очень красивое имя. Эсфирь в переводе означает Звезда. Она занималась монтажом кинолент, выходивших в 30-е, 40-е, 50-е годы, работала с крупнейшими мастерами кино — Эйзенштейном, Довженко, Роммом, Александром Зархи и Григорием Александровым. Эта женщина, отметившая свой 93-й день рождения, 60 лет провела за монтажным столом, склеивая кадры великих фильмов.

Эсфирь Вениаминовна Тобак родилась в Одессе, в многодетной семье биндюжника, развозившего керосин. В 1917-м отец умер, и девочка попала вместе с сестренкой в Школу коммуны, а когда через три года умерла и мать — оказалась в детском доме, над которым шествовала Одесская кинофабрика. Всех воспитанников детдома трудоустраивали — и в марте 1924 года 16-летняя Эсфирь стала монтажницей негативов в кинолаборатории Одесской кинофабрики. И, по ее словам, — буквально прилипла к своей профессии. Она приходила в цех за час до начала работы и ждала, когда придет заведующий.

Техника тогда была крайне примитивна. Все делалось вручную. На столе стоял графин со спиртом, которым и обрабатывалась пленка. Постоянно вдыхая воздух, пропитанный "винными" парами, Эсфирь Тобак прониклась убеждением, что никогда не возьмет в рот спиртного. Через шесть часов работы руки опухали, но девушка старалась этого не замечать. А в 1925-м Эсфирь познакомилась с Александром Довженко, который тогда делал свои первые и пока не совсем удачные шаги в кино (одну из его первых работ, "Ягодка любви", забраковали и положили "на полку").

В феврале 1927-го Тобак переехала в Киев, где собирались строить "украинский Голливуд". Через какое-то время она вновь встретилась с Довженко. Он пригласил ее, чтобы в картине "Земля" сократить кадры с метущейся по избе обнаженной женщиной — обезумевшей от горя дочерью Опанаса. А в июне 1930 года Эсфирь навестила в Москве сестру, и та уговорила ее не возвращаться на Украину (все имущество, что у нее там осталось, состояло из четырехтомника Сергея Есенина). Молодая монтажница оказалась на Лесной улице, совсем радом с фабрикой звуковых фильмов... Сначала опять монтировала негативы, но вскоре ей доверили монтаж "говорящей", как тогда говорил, картины "Дела и люди", где снимались Николай Охлопков и Виктор Станицын. Сбывались мечты: "Великий немой" заговорил, но мало еще кто представлял, как надо работать со звуком.

В то время возле подмосковной деревни Потылиха как раз заканчивалось строительство первого павильона будущего "Мосфильма" и сотрудников с Лесной постепенно переводили туда. Однажды директор студии Захар Даревский познакомил Эсфирь Тобак с молодым режиссером Григорием Александровым и сообщил, что она будет работать вместе с ним над комедией "Веселые ребята". Вскоре эта лента о пастухе, ставшем музыкантом, произвела фурор и на многие десятилетия полюбилась зрителям. Режиссер же умелую монтажницу не забыл, и пригласил Тобак работать еще и над документальным фильмом "Ленин в Швейцарии". Григорий Александров остался в ее памяти жизнерадостным человеком и великолепным рассказчиком. Например, он рассказывал ей о поездке в Голливуд, о своих встречах с Чарли Чаплиным, о работе с Эйзенштейном над "Броненосцем "Потемкиным".

Самой Эсфирь Вениаминовне вскоре тоже довелось начать работать с Сергеем Михайловичем Эйзенштейном. Впервые она увидела его еще в Одессе, в клубе работников искусств. Его представил зрителям Алексей Яковлевич Каплер, тогда помощник заведующего клубом. Сергей Михайлович рассказывал тогда как идут съемки на знаменитой Одесской лестнице, и как одесситы ему помогают. Уже тогда у Эсфирь родилась мечта поработать с этим человеком. И эта мечта сбылась — Тобак стала монтажером фильмов Эйзенштейна "Александр Невский", "Иван Грозный", а также его незаконченной ленты "Бежин луг". Сергей Михайлович просил не выбрасывать и сохранять все не вошедшие в фильм кусочки, и Эсфирь предоставляла ему их по первому требованию. Он даже удивлялся: "Дьявольская память у Эсфири!" Он иногда подтрунивал над ее небольшим ростом: "Фира — человекоединица, хотя ростом — полуединица!" Но за ее работоспособность дал этой маленькой хрупкой женщине прозвище "Гигант".

Когда за материал "Бежина луга" режиссер был подвергнут острой критике, и уже почти готовый проект был остановлен, Эсфирь переживала это как потерю собственного ребенка. Вскоре из Главка пришло распоряжение смыть "Бежин луг", уничтожить этот "вредный" фильм. Тобак бросилась в Эйзенштейну: "Что делать?". Тот опечалился, а потом попросил ее сделать срезки из каждого эпизода — по 5-7 кадров — и сохранить. Это работа не прошла даром. Спустя годы, в начале 70-х исследователь творчества Сергея Эйзенштейна киновед Наум Клейман, размножив и удлинив сохранившиеся срезки, смонтировал получасовой фильм "Бежин луг" и донес до зрителя замысел классика российского кинематографа.

С Эйзенштейном Тобак собиралась работать и над фильмом о полководце Фрунзе, и о строительстве Ферганского канала (в Коканде и Ташкенте было уже снято девять коробок пленок), но тем замыслам не суждено было осуществиться. Весь снятый материал о канале было велено сдать на студию хроники, в то время как мастер собирался делать большую игровую ленту.

В записях Эйзенштейна можно найти много трогательных отзывов в адрес своей верной монтажницы. Например: "Тяжелый хлеб у Фиры Тобак! Но муравьиные черты нрава, вплоть до резких ответных брызг муравьиного яда, удерживают ее на этом тяжком неблагодарном посту". "Любой кусок в любой момент!" — этот лозунг над армией жестяных коробок обеспечен вредными чертами человека-муравья, ставшими добродетелями человека-монтажера. Но не только за это я терплю уже одиннадцать лет вредный нрав самого низкорослого и драгоценного моего сподвижника". А на подаренной ей книжке о Чарли Чаплине сделал такую надпись: "Не унывай, Фира! Чарли Чаплин тоже маленький, а какой большой!"

Работали они с Эйзенштейном слаженно и быстро, помногу часов. Эсфирь заряжала пленку и фонограмму, включала монтажный стол, останавливала в нужном месте, а Сергей Михайлович подходил сзади, опирался на спинку стула и из-за ее головы смотрел в линзу. И отмечал, что у Тобак очень верное чувство ритма, когда надо сократить или увеличить какой-то план. Пленку тогда резали ножницами, склеивали ацетоном.

Новый метод склейки пришел на "Мосфильм" лишь в 1955 году. В тяжелые годы войны, когда студия была эвакуирована, монтажнице приходилось работать в шубах и носить перчатки со срезанными пальцами. Чтобы не отморозить ноги, насвою обувь она надевала огромные валенки из реквизита. Изо рта шел пар, но под руками рождались ставшие потом знаменитыми эпизоды "Ивана Грозного". Технический прием сборки отснятого материала ей удавалось превращать в искусство монтажа.

Эсфирь Тобак работала не только с опытными мастерами, но и с начинающими режиссерами. Например, делала с Самсоном Самсоновым его первую картину "Попрыгунья" (1955). С Александром Миттой — его первую самостоятельную работу "Без страха и упрека" (1963).

Еще в начале 40-х годов Эйзенштейн предлагал ей вести практические занятия со студентами ВГИКа. Тобак отказалась. "Во-первых, я настолько вплелась в свою профессию, что не могла себе позволить отвлекаться на другие занятия, -- поясняет она. — По этой причине не хотела и свою семью создавать. Во-вторых, с 1936 года у меня были ученики в цехе, но обучала их не оптом, а по одному". Свою работу на "Мосфильме" она закончила в 1982-м, картиной Бориса Бушмелева "Вечерний лабиринт". Уйти со студии заставил возраст. Кроме того Эсфирь Вениаминовна очень пристрастилась к турпоездкам, и ей хотелось еще многое успеть повидать.

Сегодня ее поддерживают друзья и ученики, которые не забывают свою "учительницу" и помнят ее доброжелательное к ним отношение. Она всю жизнь занималась любимым делом. Сотни тысяч метров пленки прошло через руки Эсфирь Тобак. Ведь каждый фильм это приблизительно 2500 метров. А фильмов в ее биографии — 100. Эта женщина — живая легенда нашего кино, и она готова поделиться своими воспоминаниями о тех, с кем свела ее судьба — о Михаиле Ромме, Любови Орловой, Григории Александрове. У нее готовы мемуары о Сергее Эйзенштейне, но пока старейшина нашего кино ищет издателей и надеется, что кто-нибудь из них ее услышит.

Петр ЧЕРНЯЕВ

(по материалам газет "Мосфильм" и "СК-Новости")