Другое кино

11.04.2003

Амос Гитаи Спустя почти 30 лет он вспоминает: “До войны Кипур бывало, что мы верили каждому слову наших лидеров, и люди, которые бежали из страны, знали, что делали. Война Йом Кипур была большим потрясением, потому что она подвергла сомнению устоявшиеся концепции. Когда я выбрался из горящего вертолета, то был на волосок от смерти. Тогда я решил, что то, о чем я думаю, не стоит произносить вслух”.

Это решение он принял практически на взлете своей карьеры. Два документальных фильма, которые он сделал для израильского телевидения, были подвергнуты цензуре, а его фильм “Field Diary”, хроника арабо-израильского конфликта, был встречен с сенсационной враждебностью. Амос говорит: “Некоторые люди не хотят, чтобы Израиль показывали с критической точки зрения. Для меня еврейские традиции – что-то вроде критической мысли. Все люди на земле имеют критическую позицию, и я считаю, что евреи делают вклад в мировую критику, будучи критичными”.

Решив придерживаться этой традиции, Амос покинул свою родину и обосновался в Париже. 20 лет спустя он вернулся в Хайфу, но это уже совсем другая история. Признанные на международном уровне, его фильмы были отобраны для показа на престижных кинофестивалях в Каннах и Венеции. Затем в течение нескольких недель Институт современного искусства в Лондоне и Корнерхауз в Манчестере провели ретроспективный показ его работ. Среди ретроспективы был и фильм под названием “Кадош”, одна из самых критикуемых картин Гитая, где он изобразил религиозную жизнь в Меа-Шеарим. В кинокартине показана судьба двух сестер, которым приходится жить порознь из-за бессердечных ограничений раввина, никак не идущего на компромисс. Многие считают, что фильм показывает иудаизм в искаженной форме. “Кадош” был показан в нескольких странах, и многие зрители осознали, что в фильме рассказывается об отношениях между мужчиной и женщиной, характерных для определенных обществ. Например, одна индийская феминистская газета назвала фильм лучшей кинокартиной года, потому что в нем говорится о подобной ситуации в их стране.

Израильские власти более или менее лояльно относятся к показу социальных конфликтов и противоречий на большом экране. Амос говорит: “Они осознают, что кинематограф – это взгляд творческой индивидуальности, у которой есть собственное мнение, и государство не может его подвергать цензуре или контролю”. Такая позиция позволяет Гитаи фокусировать свое внимание практически на всех аспектах общества, будь то культура, религия или политика: “Мои фильмы – это почти сокровенные исповеди, основанные на темах, глубоко задевших меня, обсуждать которые, по моему мнению, как раз пришло время”.

Неудивительно, что последняя картина режиссера стала результатом пережитой им войны 1973 года. Фильм, приобретший шумную популярность, — видеоряд ужасов двух воюющих резервистов, призванных в команду, основная цель которой – вывоз убитых и раненых с Голанских высот. Тогдашняя и сегодняшняя ситуация глубоко задевает Гитаи, как и каждого израильтянина: “Все жители ближневосточного региона должны осознавать, что война ни в коем случае не приведет к прогрессу. Мы должны учиться на чужих ошибках. Взять, к примеру, Европу, которая всего 50 лет назад едва не уничтожила целый континент. Из этого следует простое заключение: никакой конфликт не может быть разрешен только вооруженным путем”.

Последняя работа режиссера “Eden” была премьерой на 58-ом Венецианском кинофестивале. Сценарий написан по мотивам произведения Артура Миллера “Homely Girl”. Режиссер превратил роман о Нью-Йорке в картину о реалиях Палестины 40-х годов прошлого столетия. Амос рассказывает: “В романе говорится о группе первопроходцев, возомнивших построить утопическое общество. Но так сложилось, что с течением времени судьба этих людей изменилась. Некоторые члены этой группы все же остались в Коннектикуте, и одного из них сыграет Артур Миллер”. Но возвратимся к “Eden”. Уже судя по предыдущим работам Гитаи, можно предположить, что мечты главного героя реализовать утопию закончатся провалом. Амос соглашается: “Я считаю, что проект создания еврейского государства был попыткой осуществить мечту, но реальность противоречива сама по себе. Люди должны понять, что Израиль не рассадник зла, но и отнюдь не чистая добродетель. В этом и состоит жестокий конфликт реальности. Проблема существования государства и социальных институтов всегда была полна противоречий”.

В свете мирового взгляда на Израиль как на слабое государство, некоторые с осторожностью говорят о существующих в стране двух противоположных мнениях. Амос считает: “Я думаю, что Ближний Восток слишком много терроризируют по одному-единственному вопросу. Я хочу показать его запутанность и противоречивость. Тем, кто видел мои фильмы, раскрывались различные аспекты этого вопроса, и я надеюсь, что в один день эта головоломка разрешится, и мы увидим более полный образ Израиля”.

Марина Костылева