Бойкая перечница

28.11.2018

Пока Гитлер аплодировал ей стоя, она основала кабаре «Перечница» и высмеивала нацистов по соседству с баром, где те выпивали. Потом сбежала в Швейцарию с дочерью Томаса Манна и стала звездой цюрихского театра. Последняя роль Терезы Гизе была в кино – она играла, уже будучи прикованной к постели.

«Быть младшим – лучшее, что может случиться с ребенком», – любила повторять Тереза Гизе, уточняя, что «родители радуются поздним детям, как подарку небес». Она появилась на свет 6 марта 1898 года и была пятым ребенком в семье Соломона и Гертруды Гифт. Отец вел успешный бизнес по торговле тканями, и девочка, ни в чем не знавшая отказа, росла капризной и редко задумывалась, чем она хочет заниматься в жизни. «Я всегда была колоссально ленивой, – рассказывала актриса. – Никогда не делала ничего через силу, мной двигал исключительно интерес. Если бы мне вдруг разонравилось играть – не сомневайтесь, я легла бы на диван и валялась целыми днями».

Воображать себя другими людьми Терезе нравилось, но всегда с оглядкой на мысль, что ее внешность далека от идеала. «Я думала, кем могла бы быть. Конечно, не роковой женщиной, для этого мне не хватало женственности и красоты, – объясняла актриса. – В своих мечтах я всегда была странным персонажем, уродцем. Немного туповатым и комичным, но трогательным и уникальным». В 1918 году, ведомая желанием постичь искусство игры, Тереза стала брать уроки актерского мастерства у Тони Виттельса-Штури, а спустя два года впервые вышла на сцену и взяла псевдоним Гизе.

Несколько лет актриса играла в провинциальных театрах в Зигене, Гляйвице и Ландсхуте, а вот в 1924 году получила действительно выгодное предложение. Пол Барни, в то время управляющий Оперой Бреслау, предложил ей работу, которая открывала для Терезы двери в лучшие театры Берлина и Мюнхена. Конечно, Гизе согласилась. Стоит отметить, играла актриса почти всегда пожилых женщин, несмотря на то, что ей тогда было всего 26 лет. Впрочем, это ее не смущало – Тереза радовалась, что вообще может выходить на сцену. Впоследствии именно за это умение перевоплощаться в кого угодно ее стали называть «великой лицедейкой Германии». «Говорили, что я – как подводное течение, которое способно менять климат незаметно ни для кого, – говорила Тереза. – По-моему, сравнение неверное, ведь я скорее бельмо на глазу, меня уж точно нельзя не заметить».

В середине 20-х Гизе стала работать в Камерном театре Мюнхена, которым руководил режиссер и сценарист Отто Фалькенберг. Это место стало для Терезы настоящей отдушиной, хотя и здесь она продолжала играть преимущественно пожилых женщин. За роль Селии Пичем в «Трехгрошовой опере» Бертольта Брехта актриса даже получила похвалу от нацистов. Тогда в газете «Народный обозреватель», которая с 1920 года была партийным рупором НСДАП, про Гизе написали: «Наконец-то мы увидели настоящую немецкую женщину на сцене этого театра, зараженного евреями». «Мне было смешно и грустно одновременно. Я думала, что их незнание может меня спасти, но вместе с тем чувствовала, как отрекаюсь от своих предков», – рассказывала Гизе.

В гримерку актрисы часто приходили зрители, в том числе известные люди, желающие лично познакомиться с ней. Так, после одного из спектаклей к Терезе подошли Томас Манн и его дети Клаус и Эрика, с которыми у Гизе вскоре сложилась крепкая дружба. Но простым общением дело не ограничилось – в начале 1933 года они втроем основали антинацистское кабаре «Перечница», где Тереза исполняла сатирические песни, написанные Эрикой. Молодые люди играли с огнем: выступления проходили в здании на Нойтурмштрассе, совсем рядом с пивным рестораном «Хофбройхаус», который облюбовали нацисты. Впрочем, в Мюнхене кабаре работало недолго – спустя несколько месяцев после его создания Тереза и Эрика перебрались в Швейцарию.

Первое время «Перечница» располагалась в отеле «Хиршен» в Цюрихе, но Гизе и Манн не могли долго сидеть на месте – вскоре они отправились в турне по европейским странам. Конечно, со сцены никогда не назывались истинные имена и организации – это были просто песни, басни и притчи, призванные привлечь внимание к политической ситуации в Германии. Но даже высмеивая НСДАП, Тереза понимала, что нацистский каток может прокатиться по ней, если не принять экстренных мер. Чтобы защититься от потенциальной опасности, в 1936 году актриса вышла замуж за английского писателя Джона Хэмпсона и получила спасительное британское гражданство.

В 1937 году, когда «Перечница» была на гастролях в Нью-Йорке, отношения между Терезой и Эрикой стали портиться. Ходили слухи, что между женщинами была любовная связь, и когда они решили расстаться, совместная работа тоже сошла на нет. Впоследствии Тереза, не опровергая слухи, но и не подтверждая их, говорила: «Когда ты в гармонии с другим человеком, ты перенимаешь его образ мышления. Мы были настроены на единый лад и ничего не боялись, но потом эта магия закончилась». После ссоры с Эрикой Гизе вернулась в Швейцарию и устроилась на работу в драматический театр Цюриха. Именно здесь в 1941 году она блестяще сыграла главную героиню пьесы Бертольта Брехта «Мамаша Кураж и ее дети» – эта роль сделала ее знаменитой на всю Европу.

Следующие несколько лет Тереза была звездой цюрихского театра и играла почти во всех постановках. Но никакие аншлаги не смогли удержать ее в Швейцарии после того, как война закончилась. Актриса почти сразу вернулась в Германию и стала работать в драматическом театре «Берлинер ансамбль», а в середине 50-х вновь вышла на сцену мюнхенского «Каммершпиле». Здесь Тереза нашла второго «своего» автора – швейцарского драматурга Фридриха Дюрренматта. Он даже посвятил ей пьесу «Физики», где Терезе досталась роль врача-психиатра Матильды фон Цанд.

Но чем старше становилась Гизе, тем интереснее ей было работать с начинающими режиссерами и авторами, такими как Петер Штайн и Франц Ксавер Крец. Даже когда актрисе было уже за 70, сцена будто бы придавала ей сил, позволяла забыть о возрасте. «Мне просто быстро становится скучно. Вся эта классика, однотипные персонажи и традиционный взгляд на игру – тоска зеленая, – рассказывала Гизе. – Зато новые лица и идеи – как свежий ветер, что распахивает дверцы шкафа, насквозь пропахшего нафталином».

Тереза играла в спектаклях до последнего – в 1974 году она прощалась со своими зрителями со сцены театра «Берлинер ансамбль», чувствуя, что время ее на исходе. Последний год жизни актриса провела в постели: после серьезной операции у нее развилась почечная недостаточность. Третьего марта 1975 года она умерла в своей квартире в Мюнхене. Перед самой смертью, уже будучи прикованной к постели, Гизе сыграла одну из главных ролей в фильме Луи Маля «Черная луна», и эту свою работу режиссер посвятил ей. «Тереза снялась в двух десятках фильмов и полвека провела на сцене, восхищая зрителей своей искренностью и чувством юмора, но она была очень скрытным человеком, склонным к меланхолии, – рассказывает писательница Гунна Вендт. – Гизе считала, что ни красота, ни востребованность не имеют значения, главное – иметь возможность выходить на сцену, каких бы усилий это ни стоило».

Мария Крамм

Комментарии

Самое читаемое

Хроники

Казни ради

Трупы повешенных были сожжены. Прах передали двум агентам госбезопасности. На зимней дороге в пригороде Праги их машина забуксовала. Прах высыпали под колеса, чтобы ехать дальше...

Общество

Еврейка из прошлого

«Муж умирал, и я сказала: “Можно ли мне обнять тебя, хотя я нечиста?” (ибо у меня были месячные, и я не смела коснуться его). Он ответил: “Упаси Б-же, детка, подождем еще немного, и ты очистишься”. Увы, когда это произошло, было уже поздно!»...

Литература

Близнецы в зверинце

Ева начала процесс по сбору свидетельских показаний бывших врачей Освенцима, а потом сообщила, что прощает их, в том числе и доктора Менгеле. Сама власть прощать, по словам Евы Мозес-Кор, делала её сильнее её мучителей, и только прощение помогло ей отрешиться от тягостных воспоминаний,...