Холокост с натуры

28.08.2019

Его карьера оборвалась, когда Геббельс объявил, что искусство будет служить нацизму. Вместо галерей и славы Феликса Нуссбаума ждали изгнания и лагеря – умирая от голода и побоев, он и писал картины об ужасе Холокоста.

Феликс Нуссбаум родился в 1904 году в Оснабрюке, в том же городе на северо-западе Германии, где за несколько лет до этого на свет появился Эрих Мария Ремарк. Отец Феликса, Филипп Нуссбаум, был торговым агентом и владельцем магазина скобяных изделий. В юности он увлекался рисованием и считался неплохим художником-любителем, оставившим творчество ради заработка. Во время Первой мировой войны он служил в кавалерии.

Будучи человеком, не лишенным художественного таланта, Филипп Нуссбаум поощрял тягу сына к живописи. В 1922 году он помог Феликсу поступить в художественную школу в Гамбурге, где тот быстро добился признания среди преподавателей и студентов. В следующем году Феликс продолжил учебу в частной художественной академии в Берлине, стал учеником немецкого экспрессиониста Вилли Якеля и вошел в авангардистскую группу «Новая вещественность», составив компанию ведущим немецким художникам того времени – Отто Диксу, Жоржу Гросу и Максу Бекманну. В 1927 году состоялась первая выставка Нуссбаума – писал он картины в то время под сильным влиянием Винсента Ван Гога. В том же году он сотворил, кстати, «Автопортрет в зелёной шляпе» – работу с явной отсылкой к знаменитому «Автопортрету» великого голландца.

В 1929 году живописец открыл совместную студию с польской художницей Фелькой Платек – тоже еврейкой. Фелька обратила внимание Нуссбаума на художников вроде Анри Руссо, Джорджи Де Кирико и Карла Хофера – и это заставило его отдалиться от постимпрессионизма Ван Гога и прийти к собственному стилю. По словам Нуссбаума, он начал писать «абсолютно безучастный мир», в который «каждый раз вкладывал долю своего душевного состояния».

В 1932 году Феликс получил Большую государственную премию Прусской Академии искусств, за счет которой вместе с Платек, вскоре ставшей его женой, уехал в Рим – изучать живопись на вилле Массимо. Покидая Германию, пара и представить себе не могла, что больше никогда не вернется на родину.

В декабре 1932 года Феликс Нуссбаум получил страшное известие из Берлина – его студия сгорела, в огне погибли 150 работ художника. Ходили слухи, что поджог совершили пронацистски настроенные студенты. В январе следующего года Адольф Гитлер стал рейхсканцлером Германии, а через несколько месяцев его министр пропаганды Йозеф Геббельс посетил виллу Массимо, где выступил перед студентами Прусской Академии и прочел лекцию о художественной доктрине фюрера.

«Арийская раса и героизм станут главными темами всех немецких художников», – пообещал Геббельс. Нуссбаум, присутствовавший на лекции, понял, что с творческими задачами Гитлера ему не по пути. Он уехал из Рима в начале мая и практически сразу лишился стипендии из-за политических конфликтов с однокурсниками.

Какое-то время Нуссбаум и Платек жили в Алассио. На итальянской Ривьере Нуссбаум воссоединился со своими родителями, которые уехали из Оснабрюка, опасаясь за свою жизнь. Однако после нескольких месяцев мирной жизни у моря Нуссбаумы затосковали по Германии и, несмотря на отчаянные протесты Феликса, летом 1934 года вернулись в страну. Увидеть сына снова им было не суждено.

В январе 1935 года Феликс и Фелька прибыли в Париж, а оттуда переехали в бельгийский курортный город Остенде. Начался период, когда пара кочевала из одного бельгийского города в другой в поисках жилья, пропитания и работы. Но Феликс продолжал рисовать, где бы он ни находился. В это время живопись стала его единственным утешением. Перенося на полотна свои мысли и чувства, он мог хотя бы на время укрыться от страха перед ужасом происходящего в Европе безумия.

В 1937 году пара поселилась в Брюсселе в надежде получить бельгийские паспорта. После нескольких месяцев угнетающего ожидания – отказ. Нуссбаум и Платек почувствовали себя абсолютно чужими, будущее было полно неизвестности. Эта «жизнь без корней», как назвал ее художник, побудила его написать многочисленные автопортреты. Нуссбаум создавал меланхоличные изображения самого себя, в которых исследовал свою личность в разных ролях: художника, мужа, сына и беженца.

Его картины наполнились мотивами бесконечного ожидания и ощущением захлопывающейся за спиной ловушки. В 1938 году работы Нуссбаума были представлены на выставке в Париже, проходившей под лозунгом «Свободное немецкое искусство». Так художники Германии, с отвращением наблюдавшие за происходящим в их стране, бросали вызов выставке «Дегенеративное искусство», которую нацисты с помпой провели в Мюнхене в том же году.

В мае 1940 года германские войска вошли в Бельгию. Феликс Нуссбаум был арестован и вместе с семью тысячами других «враждебных стране иностранцев» отправлен в лагерь для интернированных Сен-Сиприен, расположенный на юге Франции. Здесь, пребывая в условиях разрушающегося вокруг него мира, художник на скорую руку сделал набросок картины «Лагерная Синагога». На ней пять обернутых в талиты фигур молятся у стены барака. Сгустившееся над лагерем небо цвета пепла и кружащие вороны предвещают ужасы истребления, которые вот-вот падут на еврейский народ.

Нуссбаум провел в лагере три месяца, а затем, не в силах выдержать напряжение от неизвестности, написал просьбу о возвращении в Германию. На контрольно-пропускном пункте в Бордо ему удалось бежать от конвоиров и сесть на пассажирский поезд, идущий в Бельгию. Через несколько дней он уже был в Брюсселе.

Воссоединение с женой было радостным. Появились проблески надежды, что удастся жить и работать подпольно, скрываясь от нацистов. Бельгийские друзья оказывали художнику поддержку: покупали краски, кисти и холсты, позволяли ему работать в своих мастерских. Нуссбаум писал новые картины в бешеном темпе, в каком-то неистовстве от осознания того, что в любой момент его могут схватить, лишить последней крупицы свободы и отправить в могилу. Его полотна превратились в хронику расчеловечивания, в записки о том, как объявленный нацистами «Триумф воли» реализуется как триумф смерти.

Тем временем в Амстердаме были арестованы родители художника и его старший брат Юстус с семьей. Филипп Нуссбаум решился бежать с женой из Оснабрюка только после событий «Хрустальной ночи» в 1939 году. Они жили в доме Юстуса до 1943 года, пока их не отправили в лагерь Вестерборк. Восьмого февраля 1944 года Филиппа и Рахель Нуссбаум депортировали в Освенцим, где вскоре убили.

Зимой 1944 года Феликс Нуссбаум написал «Портрет с еврейским паспортом». Острые скулы, свидетельствующие о недоедании, поднятый воротник, тревожный взгляд и желтая звезда Давида – художник, загнанный в квадрат стены, показывает зрителю свое еврейское удостоверение личности. Поверх замазанного немецкого гражданства стоит штамп: «Juif-Jood». Мастер будто предъявляет свой паспорт самой судьбе, ожидая её приговора.

В конце июля 1944 года на Феликса и Фельку донес сосед – их арестовали и отправили сначала в транзитный лагерь Мехелен, а после – в Освенцим. В августе 1944 года Феликс Нуссбаум был убит в возрасте 39 лет. Он пережил смерть своей жены Фельки всего на несколько дней.

«Если я погибну, не дайте погибнуть моим картинам. Покажите их людям», – умолял друзей художник Феликс Нуссбаум незадолго до своего ареста в Брюсселе. Часть картин художника удалось спасти его друзьям и почитателям. Другие были найдены на чердаке дома в Брюсселе, где Феликс и Фелька прятались от преследователей, а также в доме родителей Нуссбаума в Амстердаме.

Посмертный путь Нуссбаума к зрителю был долгим. Только в 1971 году впервые состоялась полная выставка его работ в Доминиканской церкви Оснабрюка. Затем последовали персональные выставки на территории ФРГ. В 1985 году большие экспозиции работ мастера прошли в Нью-Йорке и Манчестере, в 1987 году – в Иерусалиме. Через три года крупнейшая выставка произведений Нуссбаума состоялась в Культурно-историческом музее Оснабрюка. Позже ее организаторы начали скупать картины Нуссбаума для создания самого полного собрания работ художника. С 1998 года оно хранится и выставляется в музее Феликса Нуссбаума в его родном Оснабрюке.

Алексей Сурин

Комментарии