Еврейский голос Египта

21.01.2022

Один еврей сделал её звездой на сцене. Другой – превратил в героиню культового кино. Творчество Лейлы Мурад – это золотой фонд египетской культуры. Но антисемиты вынудили её бежать.

В сентябре 2021 года премьер-министр Израиля Нафтали Беннет посетил Египет – подобного рода визит состоялся впервые за десять лет. Незадолго до этого египтяне, чтобы показать свою готовность к «перезапуску мирного процесса», открыли в Александрии синагогу. А в 2011 году, готовясь к приему предыдущего премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху, в Египте показали сериал «Мое сердце – мой проводник». Так называлась одна из самых известных песен еврейки Лейлы Мурад – египетской звезды и кинодивы. Именно ей, вдруг резко покинувшей сцену и кинематограф в середине 1950-х, и был посвящен сериал. И в нем впервые никто не скрывал происхождение Лейлы.

Главная мысль сериала: Египет всегда был местом, где мусульмане, христиане и евреи жили очень дружно. А испортили все «проклятые сионисты». И тем не менее, сериал стал чуть ли не первой за долгие годы попыткой показать, что «и среди евреев есть хорошие люди». И Лейла Мурад подошла под эту роль идеально. Обладавшая чувственной внешностью и удивительным голосом, она была всенародной любимицей. Но даже это не смогло уберечь ее от обвинений в поддержке сионизма – наистрашнейшего преступления в арабском мире в середине прошлого века.

Будущая звезда египетского кинематографа родилась в начале 1918 года в многодетной семье известного в еврейской общине Египта кантора и музыканта Ибрагима Заки Мордачи, или, в англоязычном варианте, Мурада. Полное имя актрисы при рождении – Лилиан Заки Мурад Мордехай. Мать Лейлы была дочерью еврейских эмигрантов из Польши. Семья жила в городе Эль Дахер на побережье Красного моря – современной Хургаде.

Лилиан с детства увлекалась музыкой и пением. Ей было девять, когда знакомые отца-музыканта устроили ей роскошный дебют на сцене концертного зала Саалат Бадия в Каире. Тогда же было придумано и сценическое имя – Лейла Мурад. Через шесть лет попробовала девушка себя и в кино, но роль была незначительной, и никто юное дарование не приметил. Зато когда на смену немому кино пришел звук, стало понятно, что Лейла, красавица с бархатным голосом – настоящая находка для кинематографа!

Преподавателем вокала у Лейлы был еврейский композитор Давуд Хосни – автор первой египетской оперы «Самсон и Далила» на арабском языке. Для своей же талантливой ученицы он сочинил несколько легких песенок, тут же ставших хитами. «Почему ты не можешь выбрать из возлюбленных?» – пела Лейла в одной. «Почему ты меня избегаешь?» – вопрошала она в другой. Исполнение понравилось египетскому композитору Мухаммеду Абд аль-Ваххабу, и он пригласил Лейлу в 1938 году в свой фильм «Да здравствует любовь!».

Однако настоящего расцвета Мурад достигла с помощью еще одного крайне талантливого еврея – режиссера Того Мизрахи. К моменту встречи с юной актрисой Мизрахи уже успел сделать себе имя в египетском кинематографе. Основанная им в 1929 году кинокомпания выпускала один хит за другим. Главной звездой у Мизрахи был еврей Леон Виктор Анхель, которого все звали просто Шалом – именно под этим именем актер неизменно появлялся в различных комедиях. Играл он всегда смешных евреев, которые дружили с такими же смешными арабами, но все равно ощущали на себе, что все это «единство египетской нации» – некий маскарад.

Вообще, для Мизрахи было важно поднимать в фильмах вопросы еврейской идентичности в арабском государстве и подчеркивать необходимость построения по-настоящему многонационального и сплоченного государства. Однако, видимо, в реальном мире «дружба народов» давала сбои – в 1937 году Леон Анхель ушел из мира кино и вскоре эмигрировал с семьей в Австралию. Через год Мизрахи увидел Лейлу Мурад в фильме «Да здравствует любовь!» и понял, что нашел новую звезду.

И он не ошибся: под его руководством Лейла блестяще развила свой актерский талант. Она сыграла главные роли в пяти фильмах Мизрахи, которые стали культовыми и вошли в золотой фонд египетского кино. В их числе «Дождливая ночь», «Лейла» и «Лейла в деревне». Лейлу Мурад стали заслуженно считать самой популярной киноактрисой Египта. Однако в какой-то момент отношения между ней и Того разладились – в жизни актрисы появился другой режиссер, Анвар Вагди. А у Мизрахи появилась другая звезда – набирающая популярность певица Умм Кульсум, с которой режиссер в 1945 году снимает картину «Саллама».

В это время весь Египет следит за развитием любовной истории Лейлы Мурад и Анвара Вагди – в том числе потому что Вагди был мусульманином. Родители Лейлы, как могли, отговаривали ее от продолжения этих отношений. Однако в 1945-м пара отпраздновала свадьбу – прямо в финальной сцене фильма «Лейла, дочь бедняка». Режиссером картины был Вагди, отдавший невесте главную роль. Тем не менее ислам актриса приняла тайно и больше чем через год – после смерти отца-кантора, на фоне ухудшающегося отношения к евреям в стране: впереди были резолюция ООН по разделу Палестины, создание Государства Израиль и Арабо-израильская война. Тот же Того Мизрахи, например, был обвинен в заговоре с сионистами – ему пришлось бежать из страны.

О еврейских же корнях Лейлы на время все как будто забыли. Она продолжала много сниматься в кино – сначала у мужа, потом, после развода в 1950 году, у других режиссеров: Анри Бараката, Хусейна Сидки и Юсуфа Шахина. Всего на счету Лейлы 28 картин. Кроме того, она много выступала с сольными концертами – в 1953 году ее даже официально назвали «голосом египетской революции»: в июле 1952-го в Египте был совершен военный переворот, которым руководил Гамаль Абдель Насер. Интересно, что за это звание боролась и Умм Кульсум, но в 1953-м Лейла ее обошла. В последний раз – дальше Кульсум стала медленно, но верно вытеснять Лейлу с египетской сцены.

Однако добило карьеру «египетской Золушки» – так часто называли Лейлу – все то же обвинение в связях с сионистами. Сначала в сирийской, а потом и в остальной арабской прессе появились слухи, что в сентябре 1952 года Лейла тайно посетила Израиль и спонсировала местную армию на сумму 50 тысяч фунтов стерлингов. Мурад все отрицала. «Я египетская мусульманка», – заявила она в единственном интервью по этому поводу.

У Лейлы проверили тогда все счета. Были допрошены многочисленные свидетели, в том числе ее бывший муж, который подтвердил, что Лейла Мурад была «самой настоящей арабской мусульманкой, любимой всеми арабами, которых она любила в ответ». Также он подчеркивал, что между ними никогда не было никаких религиозных или политических разногласий. Интересно, что позже ряд исследователей придут к мысли, что именно Вагди оклеветал бывшую жену в глазах сирийцев. Это она инициировала развод, после которого карьера Вагди пошла под откос: без красавицы Лейлы его фильмы были никому не интересны. Однако он быстро изменил тактику, когда сирийские власти наложили запрет на все творчество Лейлы Мурад – а там были в том числе и фильмы Вайди, с проката которых он вдруг резко перестал получать деньги. И тогда Вагди принялся обелять жену.

Но, кстати, была и версия, связанная с Умм Кульсум – дескать, многих влиятельных арабов разозлило, что не она стала «голосом египетской революции», а «какая-то еврейка». Тем не менее по итогам расследования египетские власти пришли к выводу, что Лейла Мурад невиновна. Сирийцы, тем не менее, так и не сняли запрета на фильмы с ее участием, а также на исполняемые ею песни.

При этом отношение египтян к ней абсолютно не изменилось – вплоть до 1955-го актриса продолжала сниматься в кино, а ее концерты собирали полные залы. Но потом в прокате провалился фильм «Неизвестный любовник» с ее участием. И Лейла вдруг начала отклонять одно предложение за другим. А затем и вовсе перестала показываться на публике. Она вышла замуж во второй раз и родила сына. Потом развелась, связала себя узами брака в третий раз и родила второго сына. Поклонники же связывали ее затворничество с сирийскими обвинениями. В итоге во время переговоров о создании Объединенной Арабской Республики в 1958 году президент Египта Гамаль Абдель Насер лично настоял на том, чтобы Сирия отказалась от бойкота песен и фильмов Лейлы Мурад. Сирийцы подчинились, но Лейла все равно так и не появилась больше на сцене.

Она оставалась в уединении до самой смерти, отказываясь от участия в любых церемониях. В частности, награду на Каирском международном кинофестивале в 1992 году от ее имени принимал сын от третьего брака Заки Фатин Абдул Вахаб. Он уже после смерти матери раскрыл тайну добровольного затворничества Лейлы Мурад: «Моя мать ушла со сцены, потому что хотела сохранить именно тот образ в памяти публики и не желала увядать у всех на глазах».