Георгий Юнгвальд-Хилькевич, почти одессит , в душе мушкетер

12.04.2001

Георгий Юнгвальд-Хилькевич

Название одной из последних его работ — "Аферы, музыка, любовь" — вполне может служить эпиграфом ко всему творчеству этого мастера экрана.

Фильмы этого режиссера популярны, любимы зрителем. Это "Опасные гастроли", "Д' Артаньян и три мушкетера" "Мушкетеры двадцать лет спустя", "Ах водевиль, водевиль...", "Узник замка Иф", Искусство жить в Одессе" и другие. А название одной из последних работ Георгия Юнгвальд-Хилькевича — "Аферы, музыка, любовь" — вполне может служить эпиграфом ко всему творчеству этого мастера экрана.

Он родился в Ташкенте в семье оперного режиссера и балерины. Знает наизусть весь оперный репертуар, поскольку у них в квартире его репетировали с утра до ночи. Но оперу ненавидит. Поскольку у Георгия сильно развит дух противоречия, с некоторых пор предпочитает только легкую музыку.

Закончил Ташкентский строительный институт, затем театрально-художественный. Как художник-декоратор и художник по костюмам сделал много спектаклей. А потом — пошел на Высшие курсы сценаристов и режиссеров. И один из первых же поставленных Георгием фильмов — "Опасные гастроли" с Владимиром Высоцким в главной роли — имели грандиозный успех в начале 70-х. Хотя критика нещадно ругала автора за безыдейность и легкомысленную трактовку революционной темы.

Сценарий, кстати, был написан по воспоминаниям Коллонтай о том, как они с Литвиновым с 1909 по 1915 год ввозили оружие в Россию.

"Меня вызвали в ЦК, запрещали снимать, — рассказывает Георгий Юнгвальд-Хилькевич. — Потом долго не утверждали Высоцкого. Он был опальным артистом, и вообще революционная тема под канкан полуголых девочек шокировала власти. Сейчас выяснилось, что 22 копии "Опасных гастролей" были напечатаны специально для правительственных дач. А моя судьба была ужасной: не принимали в Союз кинематографистов даже после того, как я снял "Трех мушкетеров". До этого я сделал фильм "Формула радости". Его положили на полку за "антисоветскую пропаганду" — там теплоход был покрашен в сине-желтый цвет, и мне приписали пропаганду украинского национализма. А после того, как 87 миллионов зрителей посмотрели "Опасные гастроли" — это был рекорд того времени — моя биография стала совсем странной: все знают мои фильмы, но никто не знает меня. Картины эти были выгодны, их запускали в производство, а меня третировали. Пресса утверждала, что я бездарь".

Да, время меняет акценты: "Три мушкетера", "Ах, водевиль, водевиль.." были уничтожены критикой, а теперь считаются классикой. "Опасные гастроли" вошли в золотой фонд советского кино и до сих пор хорошо идут на кассетах. Фильм Юнгвальд-Хилькевича "Дерзость" получил на Пражском фестивале приз за лучшую режиссуру, а постановщик узнал об этом лишь пять лет спустя.

"Искусство жить в Одессе" с участием Алексея Петренко, Виктора Авилова. Андрея Соколова, картина, в которой художник экрана отдал дань и прекрасному, долгие годы запрещенному писателю, "певцу еврейских кварталов" и своему еврейскому происхождению — настольная кассета всех эмигрантов. Режиссер снял этот фильм на заре перестройки, когда коммунистическая партия была еще у власти, и картину не выпустили на широкий экран.

Когда он снял шесть серий "Мушкетеров", началась инфляция, поменялись деньги, и финансирование кончилось. "Я открыл ночной валютный бар на Трубной площади и заработанную валюту использовал для завершения съемок, — признается режиссер. — Слава Б-гу, не было тогда еще ни рэкета, ни налогов. И все деньги можно было пустить на кино. А потом произошла трагедия: в этом баре убили и ограбили человека, внука знаменитого драматурга и лучшего ведущего "Кинопанорамы" Алексея Каплера, и мы закрыли свое заведение".

Однажды, когда Юнгвальд-Хилькевич был в Америке, он проехал от Нью-Йорка до Вашингтона. Его встречали как триумфатора, люди благодарили его за фильмы — их там прекрасно знают.

...Он всегда жил в Москве, а снимал на Одесской студии, которую очень любит. К сожалению, сейчас она практически умерла. Там ничего не снимается, оборудование "разбазарено и разворовано". В монтажных комнатах течет вода, все давно без ремонта. От безысходности ситуации и безнадежной слабости украинского государства много кинематографистов ушло в другие профессии, а многие просто умерли. Причем умирали в страшной нищете: когда, например, ушел из жизни режиссер и сценарист Игорь Старков, то даже гроб купить было не на что — на студии не осталось ни одной доски, и гроб сделали из шкафа. Заглох кинофестиваль "Золотой Дюк", практически ничего не происходит в Одесском отделении Союза кинематографистов, а директором студии назначена женщина — сменный инженер цеха обработки пленки. Так что о творчестве там речи не идет. А студия ведь была блестящая, там снимали Марлен Хуциев, Петр Тодоровский, Кира Муратова.

Вот этот идиотизм нашей жизни Юнгвальд-Хилькевич и попытался показать в своем фильме "Аферы, музыка, любовь" (1977), который, по сути, тоже экрана в России не увидел.

Сейчас режиссер хотел бы снимать по произведениям Набокова (но возникли проблемы с авторскими правами) и Дюма. В юности он прочел очень много его произведений, так как, занимаясь спортом и получив серьезную травму, с 14 до 18 лет провел на больничной койке. Нога болит до сих пор, не смотря на металлический сустав, сделанный ему несколько лет назад в Торонто, но любовь к Дюма сохранилась.

Сейчас режиссер столь популярных фильмов возглавляет "Театр кошек" клоуна и дрессировщика Юрия Куклачева. Это самый оригинальный театр мира и имеет даже приз за эту уникальность от французского телевидения. Правда, сам Георгий кошек никогда не держал — у него было десять собак. Иногда этот "одессит" снимает в Москве сюжеты для детского киножурнала "Ералаш", написал книгу "За кадром", готовит для себя сценарии, и впервые получил от телевидения (ОРТ) деньги за прокат своих фильмов. Потому что катают их в эфире много лет, но денег никогда не платили.

Он признается, что, делая развлекательные картины, по сути, прятался от жизни. "Но сейчас снимают много развлекательной порнухи и чернухи, а я снимал светлые картины, — говорит он. — Кино это ведь не великое искусство, а массовое зрелище. Кинорежиссура — такая вещь, где нет критериев. Критерии придумала критика. Фильм надо смотреть в зале и в толпе. Это — искусство куража. Оно сродни цирку. Если театр — живое искусств, но кино — целлулоид. Документальное и хроникальное кино — документы времени. А художественное кино — мода и философия. Но и документ тоже. Фильмы 50-х годов ужасны, фальшивы и нехудожественны, но сейчас мы не можем оторваться от них, потому что они — документ эпохи".

К сожалению, в Госкино, которое теперь переименовано в Службу кинематографии Министерства культуры Российской Федерации, по-прежнему существует система "чистых" и "нечистых" режиссеров — удобных и неудобных. И Георгий Юнгвальд-Хилькевич, похоже, опять попал в компанию "нечистых". Поэтому от Государства помощи он не ждет. Но клянчить деньги у частных лиц, понимая, что при системе разрушенного кинопроката вернуть их нереально, не говоря уже о прибыли, тоже не рискует. Одним из его проектов заинтересовалась продюсерская компания "НТВ-ПРОФИТ", но потом некие эксперты высчитали, что музыкальные фильмы стоят по рейтингу лишь на шестом месте. И проект отодвинули в долгий ящик. А седой 66-летний мастер вновь мечтает пройти по одесским улицам и снять что-нибудь в жанре плаща и шпаги. Но пока приходится сидеть дома и учиться рисовать на компьютере.

Материал подготовил киновед

Петр ЧЕРНЯЕВ