Отрава для нацистов

06.05.2019

<p>THE WAR OF INDEPENDENCE. IN THE PHOTO, ABBA KOVNER (R) BRIEFING "HAGANA" MEMBERS AT KIBBUTZ YAD MORDECHAI. ����� �������. ������, ��� ����� ����� ���� ����, ����� ����� �� �����.</p>

Он организовал восстание в Вильнюсском гетто и превратил сбежавших узников в мстителей, убивавших нацистов даже после войны. Но расправиться с шестью миллионами немцев, отравив воду в Берлине и Мюнхене, израильтяне ему не дали. Из тюрьмы будущего поэта Аббу Ковнера спасла сама Голда Меир.

Масштаб личности этого человека потрясает: поэт и прозаик, подпольщик Вильнюсского гетто, а еще и партизан, и боец за свободу Израиля. Но как героя Аббу Ковнера прославлять почти никто не решается: есть немало фактов в его биографии, которые могут позволить кому-то назвать его террористом, кому-то – мстителем-убийцей, легко готовым отравить шесть миллионов немцев, «око за око». Да и соль вся в том, что ответить на вопрос, кем на самом деле был этот человек, можно было, весьма вероятно, лишь прожив его жизнь, воочию наблюдая муки своего народа и скрежет фашистской машины уничтожения, переламывавшей человеческие тела и судьбы.

Абба Ковнер родился в марте 1918 года в Севастополе – там его семья беженцев из Ковно оказалась в результате Первой мировой войны. В 1926-м семья переехала в Вильно – литовский Иерусалим того времени. Здесь Абба закончил гимназию «Тарбут», вступил в виленскую ячейку движения «А-Шомер а-цаир», быстро стал ее лидером и поступил на первый курс факультета искусств университета Стефана Батори. И тут – Вторая мировая война, вступление в город немецких войск и ад гетто. Абба Ковнер стал одним из создателей подпольной партизанской организации, целью которой было незаметно подготовить людей внутри гетто к эффективной самообороне, устроить побег и присоединиться к партизанам или войскам Красной армии.

Первый призыв к восстанию на территории гетто был написан именно Ковнером в январе 42-го – возможно, это был вообще первый за всю историю Катастрофы призыв к борьбе с оружием в руках. «Мы не пойдём, как скот, на бойню! Еврейская молодёжь, не давай сбить себя с пути. Из 80 000 евреев Вильнюса, Литовского Иерусалима, осталось всего 20 000. На наших глазах отняли наших родителей, наших братьев и сестер. Где сотни людей, которых забрали на работу? Где раздетые догола женщины и дети, которых увели в страшную «ночь провокации»? Где евреи, которых увели в Судный день? Где наши братья из Второго гетто? Все, кого увезли из гетто, никогда больше не вернутся. Все дороги гестапо вели в Понары. А Понары – это смерть! Сомневающиеся! Избавьтесь от иллюзий! Ваши дети, ваши мужья и жены погибли. Понары – это не лагерь. Их всех убили там. Гитлер намерен уничтожить всех евреев Европы. Евреям Литвы суждено стать первыми на этом пути. Не будем же овцами, покорно идущими на убой! Правда, что мы слабы и беззащитны, но сопротивление должно стать единственным ответом врагу! Братья! Лучше погибнуть свободными борцами, чем выжить по милости убийц. Сопротивляйтесь! До последнего вздоха!»

Уже этого манифеста было достаточно, чтобы имя Ковнера навсегда осталось в истории еврейского народа, но его история на этом только начиналась. Лидером «Объединённой партизанской организации» в гетто с момента ее основания был Ицхак Виттенберг – нацисты вычислили его и заманили в ловушку в июле 43-го. Бойцам подполья удалось отбить его у полицейских и спрятать, но следующим утром немцы выдвинули требование: либо Виттенберга тут же отдадут на растерзание, либо и гетто, и все его узники будут ликвидированы. Виттенберг сам решил свою судьбу, выйдя из укрытия и сдавшись. Перед этим он назначил преемника – Аббу Ковнера.

Вскоре на стенах гетто появились листовки: «Немецкие и литовские палачи уже у ворот гетто. Они пришли убить нас! Защищайте себя с оружием в руках! Мы не подставим свои шеи под нож, как овцы! Возьмите топор, лом, дубину, палку. Бейте палачей! Да здравствует вооруженное сопротивление!» В сентябре 43-го, перед очередной из нацистских акций уничтожения, периодически проводившихся в гетто, подпольщики дали убийцам первый ощутимый отпор, решившись пойти на прорыв в сторону леса. К сожалению, добраться до леса удалось тогда лишь немногим. К концу сентября 43-го гетто было полностью ликвидировано.

Из числа сумевших прорваться к лесу был собран партизанский отряд под командованием Аббы Ковнера. Его назвали «Местью», в нем насчитывалось порядка 300 бойцов. До прихода советских войск они совершали диверсии на автомобильных и железных дорогах, нападали на немецкие гарнизоны и освобождали конвоируемых заключенных.

Многие из этих бойцов после войны вошли в созданную Ковнером бригаду «Мстители». Это была строго засекреченная организация, которая действовала на территории послевоенной Германии – планомерно выявляла и уничтожала нацистов, участвовавших в геноциде еврейского народа и избежавших наказания. Операции были так тщательно спланированы и организованы, что почти каждая новая смерть воспринималась как результат несчастного случая: никаких следов внешнего насилия найти не удавалось. Они становились жертвами автомобильных аварий, их находили повешенными в своих же домах или сбитыми на дорожных обочинах. Вот только умирали все сплошь высокопоставленные в прошлом чиновники или военные Третьего рейха.

В 1946 году «Мстители» провели самую крупномасштабную операцию, отравив хлеб, предназначенный для 2000 заключенных лагеря, который состоял в основном из бывших эсэсовцев. Несколько сотен заключенных оказались в больнице. По другим данным, пострадавших было более 400 человек. Но все это было лишь подготовкой к более масштабной операции – Ковнер планировал отравить водные запасы в крупнейших немецких городах, включая Берлин, Мюнхен и Гамбург.

С обсуждением этого плана Ковнер прибыл в подмандатную Палестину в конце 45-го. Идея не нашла отклика у лидеров ишува. Тем не менее, по одной из версий, в Европу Ковнер отправился уже с ядом. Как и в чем он его вез, где раздобыл и когда собирался применить – по большей степени догадки, о которых сам Ковнер, естественно, никогда не распространялся. Но в том, что его «сдали», он был уверен: слишком узок был круг знавших о его цели.

Британцы арестовали его при заходе корабля во французский порт Тулон. Обыски каюты, а затем и всего корабля – видимо, в поисках яда – ни к чему не привели. Официально Ковнер был арестован за использование поддельных документов. Его отправили в каирскую тюрьму, а затем перевели в иерусалимскую «Кишлу». И вдруг чудесным образом Ковнер был освобожден. Лишь спустя 20 лет он узнает, что добиться у британцев его освобождения удалось лично Голде Меир.

После освобождения Ковнер поселился в кибуце «Эйн а-Хореш». В конце 1947 года он добровольно вступил в действовавшую на юге страны бригаду «Гивати», воюя за независимость Израиля. Именно он издавал ежедневный «Боевой листок» израильской армии, укрепляющий силу и дух молодых новобранцев. Боевой же опыт Ковнера, по словам его товарищей, был колоссален. Да и неудивительно: война заняла целое десятилетие его жизни. Напряжение этого десятилетия, рвавшееся наружу, привело его к письменному столу. Первые прозаические произведения были основаны на личных воспоминаниях и переживаниях: «Лицом к лицу», «Последняя минута», «Перекресток» и «Книга свидетельств» – все это книги, посвященные Холокосту и борьбе еврейского народа за независимость в Эрец-Исраэль.

Сегодня собрание сочинений Аббы Ковнера, возглавлявшего в свое время Союз писателей Израиля и награжденного за писательский труд высшей государственной премией Израиля, включает шесть томов прозы, поэзии и личного архива. Именно Ковнер положил начало многотомному проекту публикации еврейских народных песен и разработал концепцию Музея Еврейской Диаспоры на территории Тель-Авивского университета. Еще он был куратором Музея Катастрофы и героизма в кибуце «Яд-Мордехай», а также создал Центр изучения и исследования Холокоста «Морешет» в кибуце «Гиват-Хавива». Скончался Абба Ковнер в возрасте 69 лет в сентябре 1987 года.

Комментарии