Ложь над Чернобылем

25.07.2019

«Читая историю Холокоста, следует отождествлять себя не с жертвами, а с преступниками», считал Питерсон. Иначе можно самому стать охранником в концлагере.

Невероятная популярность недавнего сериала HBO про Чернобыль и столь же удивительная популярность канадского профессора психологии Джордана Питерсона имеют больше общего, чем может сходу показаться. Имя Питерсона – у всех на слуху. За прошедший год он стал самым популярным и узнаваемым интеллектуалом к западу от Дуная. Его лекционный тур по городам Европы, Австралии и Северной Америки посетили более 300 тысяч человек. Рекорд же был поставлен в Дублине, где 14 июля 2018 года около 8,5 тысячи человек заполнили арену, обычно принимающую музыкантов порядка Eagles и Cher.

Лекции Питерсона, которые осенью этого года планируются и в России, развлечением в прямом смысле не назовешь. Это двухчасовые дискуссии на психологические, религиозные и философские темы на уровне защиты кандидатской диссертации. Чем же они так привлекательны для такой внушительной аудитории в многие тысячи человек? Сам Питерсон объясняет это «Второй Гутенбергской революцией», произошедшей с повсеместным распространением интернета, благодаря которому информация стала доступна огромному числу людей.

Питерсон одновременно и практикующий психолог, постоянно принимающий пациентов, и ученый. У него множество научных публикаций, которые в последнее время цитируют чаще, чем публикации его коллег. Последние 30 лет он посвятил исследованию и разработке нового подхода к преподаванию в Гарварде и университете Торонто. И один из выводов, к которым пришел Питерсон в своей исследовательской работе и ежедневной практике: «Никому ничего никогда не сходит с рук. За всю свою медицинскую практику я не встретил ни одного человека, которому ложь, обман и предательство сошли с рук». Вполне возможно, что этот тезис применим не только к отдельным людям, но и к целым системам и странам. И Чернобыль – один из ярчайших тому примеров.

В принципе, сериал «Чернобыль» – уникальный сплав исторической достоверности и увлекательного игрового повествования – тоже ведь продукт «Второй Гутенбергской революции». Сценарист Крэйг Мазин провел четыре года только за изучением исторических материалов про Чернобыльскую катастрофу: книг, государственных отчетов, свидетельств очевидцев. Он подробно разобрался в том, как устроен ядерный реактор. И в том, как был устроен СССР в 1986 году. И показал нам, какова цена лжи.

Ложь – ведь довольно-таки интересная штука. Подобно гидре, она множит себя быстрее, чем за ней можно уследить. Те, кто способны ее приручить, столь же искусны, сколь опасны для окружающих, но к счастью – крайне редки.

Все мы, конечно, лжём, но немногие поднимают ложь на щит, находя ее благом и добродетелью. Таких людей – и не только людей – можно по праву назвать «Империями зла», ибо то зло, которое они способны привнести в мир при сопутствующих обстоятельствах, неисчислимо. Но есть и другая категория: те, кто лгут и при этом считают себя добродетельными, а ложь – оправданной. И как мы можем убедиться из личного и исторического опыта, причиненное ими зло – ничуть не меньше.

Какую рекомендацию дает Питерсон? Когда он был еще студентом, то заметил, что практически вся его речь была испещрена ложью – по всевозможным причинам. Обнаружив это, он решил попробовать говорить правду или, по крайней мере, не лгать.

В то время он жил с женой Тэмми в съемной квартире в Монреале. Квартиру ему сдавал франкоязычный канадец-электрик, бывший в прошлом байкером и только недавно освободившийся из тюрьмы. Каждый месяц байкер уходил в запой и пропивал все деньги, после чего заявлялся к Питерсону с микроволновкой или тостером в руках – он хотел выручить еще денег на выпивку.

После нескольких таких случаев Тэмми убедила мужа, что так больше продолжаться не может. И когда байкер постучал в дверь в следующий раз, перед Питерсоном встала серьезная проблема: что сказать пьяному, склонному к насилию байкеру-уголовнику с плохим английским, когда тот в два часа ночи просит денег на выпивку? Как оказалось, ответ тот же: правду. Питерсон ответил прямо, хоть и осторожно, что в этот раз денег дать ему не может, а его супругу эти ночные пьяные визиты очень раздражают.

В этот момент байкер пристально посмотрел на Питерсона. Он искал в его взгляде усмешку, сарказм или надменность, которые позволили бы ему перейти к агрессии, но увидел только искреннюю правду, отраженную даже на лице. После чего развернулся и ушёл. С тех пор ночные визиты прекратились, а отношения между Питерсоном и байкером перешли в приятельские.

Говорить правду – пусть в минимальном количестве и с осторожностью, но правду – невыносимо трудно. Альтернатива же – гораздо хуже. Когда у вашей бабушки умирает муж, скрывать это от нее, считая неведение – счастьем, оказывается катастрофично. Когда ваши ядерные реакторы имеют смертельный изъян и правда приносится в жертву идеологии – катастрофа неизбежна.

Обнаружив себя в XXI веке, в отсутствии масштабных голода, нищеты и войн, люди не нашли жизнь, все так же полную зла, обмана и предательства, менее катастрофичной, чем прежде. Противостоять катастрофе невозможно без прочного фундамента. Им не может быть лицемерная идеология или бездумное потакание сиюминутным прихотям. Поиск прочного фундамента – это сложный вопрос, требующий серьезного обсуждения, и к нему оказались готовы больше людей, чем можно было ещё недавно себе представить.

Комментарии