Альпинисты-террористы

30.09.2021

Они клялись в верности Сталину на вершине Эльбруса, а потом признались, что хотели расстрелять вождя. Их изничтожили: почти все жертвы «дела альпинистов» – евреи.

Чекисты явились в квартиру Соломона Слуцкина в Москве январским утром 1938 года. Поначалу тот подумал, что на Лубянке ошиблись и взяли не того: ведь он был убежденным коммунистом, парторгом московской секции альпинистов и даже в горах не забывал о политработе. Например, читал газетные сводки об успехах советского народа. Или заставлял всех после восхождения на вершину петь «Интернационал». На репутации Слуцкина было всего одно темное пятно: в 1925 году его задержали по подозрению в принадлежности к сионистской организации. Правда, никаких обвинений тогда не предъявили: выпустили из тюрьмы через шесть дней – и сам Слуцкин так и не понял, к какой именно враждебной группе он принадлежал. Теперь он пытался убедить в этом чекистов: «Товарищи, если вы по тому старому делу, то оно давно закрыто!»

Спустя два месяца Слуцкин подписал признания, что под видом горных восхождений собирал сведения о секретных военных аэродромах в Нальчике. Вместе с ним признательные показания дали десятки других арестованных советских альпинистов. Они признали себя шпионами, фашистами, троцкистами, вредителями и сионистами. И чтобы совсем оговорить себя – даже рассказали, что планировали застрелить Сталина во время первомайского парада. Так на Лубянке сфабриковали печально известное дело «О контрреволюционной террористической группе туристов и альпинистов». Для большинства его фигурантов оно завершилось Бутовским полигоном.

Датой начала советского альпинизма принято считать 1923 год. В августе того года 23 студента Тифлисского университета совершили массовое восхождение на Казбек. Вслед за ними энтузиасты начали массово ходить в горы Кавказа, а за ними осваивать и массивы Средней Азии – в первую очередь Памир. В Кремле поощряли новое увлечение: считалось, что альпинизм – хорошее подспорье в ковке идеального советского человека. О покорителях горных вершин много писали в прессе, повсеместно создавались кружки. В 1928 году учредили централизованное Общество пролетарского туризма и экскурсий, а в начале 30-х уже ввели официальные звания – мастера и заслуженного мастера альпинизма.

Атмосферу, которая царила в группах альпинистов того времени, лучше всего описал Григорий Розенцвейг. Этот 39-летний врач и доцент МГУ регулярно делал отчеты о восхождениях для советских журналов. Вот отрывок одного из них: «На вершине 7127 метров в 6 вечера обнаруживаем бюст В.И. Ленина, обернутый красным сукном. Мы кладем рядом с бюстом томик Сталинской Конституции. Раздается дружное “Ура!” в честь великой нашей Родины, в честь руководителей партии и правительства, в честь великого Сталина».

Покоренные горы альпинисты называли именами вождей. Так, в 1928 году один из «семитысячников» Памира стал «пиком Ленина». В 1932-м другая вершина этого массива получила название «пик Сталина» – соответствуя духу времени, она была выше «ленинской» на 360 метров. Пик руководителя ОГПУ Генриха Ягоды на Памире – ныне пик Кубертена – был куда как ниже. На Алтае получил именную гору нарком обороны СССР Климент Ворошилов. Как писал Розенцвейг, часто вместе со снаряжением альпинисты брали с собой и тяжелые бюсты вождей. Установить их на вершине считалось делом чести – хотя бывали и инциденты. В 30-х по Москве ходила мрачная легенда. Якобы Сталин поручил разобраться с альпинистами после того, как они не смогли доставить на вершину Эльбруса его бюст. Альпинистам тогда помешала погода. Они решили вернуться в следующем году, а бюст закопали в землю на одном из плато – считай, «похоронили» вождя.

Другим тревожным знаком стала попытка восхождения на пик Сталина в 1933 году, во время которой погибли два альпиниста. Часть других участников восхождения повернула назад, и в итоге на пик взошел только один альпинист Евгений Абалаков. Тот факт, что он стал первым покорителем «пика Сталина», спас ему жизнь. Абалаков, покоривший более 50 вершин и прошедший фронт, нелепо погиб в своей квартире в Москве от отравления угарным газом весной 1948 года.

Массовые аресты советских альпинистов начались в июле 1937-го. В Приэльбрусье, в ущелье Адыл-Су работала школа горных инструкторов – здесь арестовали сразу 13 человек. Осенью в Москве «взяли» руководителя горной секции ОПТЭ Василия Семеновского, а вслед за ним еще около десятка видных альпинистов. Семеновский после пыток признал себя виновным в создании «контрреволюционной террористической организации туристов и альпинистов». То, что были пытки, стало известно уже в 40-е – со слов 24-летнего альпиниста с еврейскими корнями Олега Кауфмана. Его тоже арестовали в те дни, но, в отличие от многих, приговорили не к расстрелу, а к десяти годам лагерей. Кауфман писал оттуда, надеясь на отмену приговора, что признания из всех участников «альпинистского дела» выбивали кулаками: «Следователь угрожал мне расстрелом, всячески запугивал меня и наконец применил самый дикий мордобой. Не видя другого выхода, я вынужден был расписаться в совершении преступлений, мною не сделанных».

А Семеновского обвинили в шпионаже на Германию и связях с фашистами. Якобы он передавал некие секретные сведения немецким агентам, которые приезжали под видом альпинистов в лагеря на Эльбрус. Кроме того, на него «повесили» умышленное провоцирование несчастных случаев в горах. По разным данным, в 1937 году при восхождениях погибло около 20 человек – их смерть теперь ставили в вину Семеновскому. Евреев-альпинистов Слуцкина, Левинсона, Каминкера также обвинили в шпионаже, а вдобавок выставили троцкистами, вредителями, контрреволюционной ячейкой и участниками враждебных иностранных организаций.

Градус абсурда зашкаливал тем больше, чем дальше продвигалось «альпинистское дело». Альпинист Олег Корзун под пытками признался, что группа планировала совершить террористический акт на Красной площади во время первомайского парада 1937 года. Якобы во время прохождения колонны альпинистов перед Мавзолеем они хотели дать несколько залпов по партийной верхушке. Оружие, рассказал Корзун, планировали пронести на парад тайно, под одеждой.

Интересно, что тема теракта на параде параллельно с альпинистами прозвучала и от футболистов, из которых примерно в то же время выбивали показания по делу о футбольном клубе «Спартак» – его еще называют «делом братьев Старостиных», по фамилии основных фигурантов. Подробности того громкого процесса стали известны в 2018 году, когда с него частично сняли секретность. Оказалось, что футболисты якобы планировали бросить в Сталина бомбу на параде – если бы она не сработала, их сообщники начали бы стрелять по вождю с крыши ГУМа. Можно только ужасаться, в какую кровавую фантасмагорию рисковал превратиться парад 1 мая 1937 года. Сначала в Сталина стреляли бы из колонны альпинистов, потом прилетела бы бомба от футболистов, и наконец, могло бы случиться что-то еще столь же ужасное – и совершенно неправдоподобное, – если бы только не славная работа чекистов.

Альпиниста Соломона Слуцкина расстреляли на Бутовском полигоне 4 апреля 1938 года. Его участь разделили большинство других обвиняемых по делу о «террористической группе альпинистов». В архивах правозащитных организаций есть сведения о казни примерно 20 ведущих альпинистов страны. Точное количество их коллег, приговоренных к расстрелу или получивших сроки в лагерях по этому делу, – неизвестно.

Репрессии против альпинистов продолжались до конца 40-х годов. Даже в послевоенное время «врагов народа» регулярно выявляли в альпинистских лагерях на Памире, Тянь-Шане и Эльбрусе. В документации о восхождениях просто вычеркивали их фамилии, будто этих людей никогда не существовало. Об этом стало известно уже в 90-е годы после открытого письма альпиниста Геннадия Караваева. Тот обнаружил, что в документах о покорении одного из пиков на Кавказе в 1945 году в графе «руководитель группы» стоит его собственная фамилия – в то время как в реальности альпинистов вел другой инструктор, позже арестованный как «враг народа».

Пик Сталина сменил свое название в 1962 году. До 1998 года его называли пиком Коммунизма, а позже – «горой Исмаила Самани». Вершина находится на территории Таджикистана. Эмира Исмаила Самани, жившего в девятом веке, здесь почитают как отца нации. Пик Ленина находится на границе Таджикистана и Киргизии. Таджики сегодня называют его горой имени персидского ученого Абу Али Ибн Сины. В Киргизии вершину зовут именем богатыря Манаса – героя местного эпоса. Горы Ворошилова, Ягоды и других партийных функционеров тоже в итоге переименовали.

Комментарии