На смертной ноте

Плюнул в Гитлера оперой, которую до сих пор ставят во всем мире. Как композитор Виктор Ульман погиб за то, что высмеял нацистов.

Осенью 1943 года группа евреев репетировала странную оперу. Ее главным героем был некий Император, который утопил мир в крови – и страхе настолько глубоком, что сама Смерть ужаснулась происходящему. Она отказалась выполнять свою работу, пока не получит в свои руки виновника злодеяний – до тех же пор тысячи людей, уже не живых, но еще и не мертвых, «зависли» в небытии.

Удивительным в этой опере, где явно читался намек на Гитлера, было то, что репетировали ее под присмотром нацистов! Охранники прохаживались туда и сюда вдоль «концертного зала», роль которого выполнял небольшой барак. Дело происходило в концлагере Терезиенштадт в Богемии – «образцово-показательном месте для содержания евреев», как гласила пропаганда рейха: «Месте, где пожилые евреи могут предаваться музицированию, заниматься искусством и научными исследованиями, ходить в синагогу и даже выпускать прессу».

«Образцовый» лагерь на месте бывшего гарнизонного поселка Терезин на реке Огрже создали осенью 1941-го. Тогда же сюда начали привозить первых узников – еврейские семьи из Германии, Австрии и Чехословакии. Позже в Терезиенштадт стали прибывать составы с евреями из стран Северной Европы. Среди них были музыканты, политики, художники, профессора различных наук. Для большинства Терезиенштадт стал лишь временной пересылкой: из 140 000 узников, прошедших через него, около 90 000 были затем отправлены в польские лагеря смерти и там убиты. В самом Терезиенштадте за годы войны умерло и погибло больше 30 000 евреев.

Но нацисты очень хотели создать перед всем миром красивую картинку. Настолько – что принудили одного из заключенных, режиссера Курта Геррона, снять документальный фильм, как хорошо живется узникам в лагере. Да и что не лагерь это вовсе, а нечто вроде обустроенного дома престарелых, где рейх заботится о евреях, хотя они этого и не заслужили. Этот фильм получил название «Фюрер дарит евреям город». Как минимум один раз, летом 1944-го, лагерь посетила делегация Красного Креста из Женевы. Визитерам показали школу, больницу, даже кафе. Дети-узники дали театральное представление – его автором стал чешский композитор Ганс Краса. И его, и большинство детей, участвовавших в спектакле, после отъезда Красного Креста отправили в Освенцим и там убили.

На оперу, высмеивающую Гитлера, долго никто не обращал внимания: евреи что-то поют перед смертью – и пусть. Содержание «песнопений» вскрылось только на генеральном прогоне – предположительно, он прошел в ноябре-декабре 43-го. На него прибыл комендант лагеря, щеголеватый франт и член НСДАП с 1930 года Зигфрид Зайдль. В отличие от простоватых охранников, он сразу понял, о какой крамоле идет речь на сцене. Опера, где Смерть ищет Императора, даже называлась издевательски – «Император Атлантиды». Название намекало, что некая воинственная, жестокая империя, развязавшая войну, если и не окажется под водой, то очень скоро рассыпется, как карточный домик. Потому что по человеческим законам не может восторжествовать и править чистое зло.

Помимо названия и содержания, крамольной была и музыкальная «начинка». Так, в одном из актов, где Император объявлял о начале «священной войны», издевательски звучала мелодия Гайдна «Германия превыше всего» (Deutschland uber alles) – чтобы у зрителя уже совсем не осталось сомнений, о какой именно империи идет речь. А в другой сцене вдруг зазвучал Густав Малер – композитор, официально запрещенный нацистами.

Не дослушав оперу до конца, разъяренный комендант Зайдль распорядился снять ее с постановки. А заодно – найти автора: им оказался 45-летний композитор-еврей Виктор Ульман. Он сочинял крамольную оперу в лагерном доме-бараке, а листы с нотами складывал в кожаный чемодан – едва ли не единственное имущество, которое оставалось после того, как его вместе с женой и сыном в сентябре 1942-го депортировали из Праги в Терезиенштадт. «Желание заниматься искусством было сравнимо с нашей волей к жизни. Мы не сидели и не плакали на реках Вавилонских», – как-то написал он.

Ульман родился в 1898 году в городке Тешен в Австро-Венгрии, сейчас это Польша. Его отец перешел в католичество ради карьеры в армии – и видел отпрыска юристом. Повинуясь его воле, Виктор даже поступил и некоторое время проучился в университете в Вене. Но пересилило бунтарство: в 20 лет Ульман, с детства увлеченный музыкой, решительно порвал с юриспруденцией. Поучившись под руководством известного музыкального педагога Йозефа Польнауэра, он переехал в Прагу, где дослужился до должности капельмейстера. В 1922-м Ульману предложили возглавить оперный театр в городке Усти-над-Лабем на севере Чехословакии. Он уехал в эту провинцию, но вскоре был с позором изгнан: его работы местные власти сочли слишком провокационными и радикальными.

Эта радикальность царила и в личной жизни. Ульман был женат трижды – именно с последней женой он и оказался в Терезиенштадте, горячо увлекался новыми идеями – в частности, был большим поклонником антропософии Штейнера, открывал бизнесы и разорялся. Подобным взрывом чувств была наделена и его «концлагерная» опера «Император Атлантиды»: Ульман даже не старался скрыть презрение и ненависть к нацистскому режиму.

Неизвестно, как прошел разговор композитора и лагерного коменданта. Неизвестно даже, действительно ли он имел место. Но уже в октябре 1944-го Виктора Ульмана вместе с женой посадили в товарный вагон, который вез узников в Освенцим. Через два дня они были убиты в газовой камере. В следующем составе в Освенцим уехал и 25-летний художник Петер Кин. Именно он написал к опере либретто. Его тоже ждала смерть.

После роковой генеральной репетиции «Императора Атлантиды» в Терезиенштадте оба знали, что их ждет дальше. Кин передал сумку со своими дневниками, стихами и рисунками сотруднице лагерного лазарета. Та сумела спрятать артефакт среди медицинских приборов. После войны коллекция Петера Кина хранилась в музее Терезина, а в январе 2026-го была торжественно передана в Библиотеку Холокоста в Лондоне.

Подобным образом, уезжая в Освенцим, распорядился своим имуществом и Виктор Ульман. Он отдал чемодан с нотами «Императора Атлантиды» хранителю местной библиотеки. Тому удалось выжить в Холокосте. После войны он передал «чемодан Ульмана» антропософскому обществу в Вене, затем тот оказался в Базеле – и наконец, в 1975 году партитура лагерной оперы впервые прозвучала со сцены: это произошло в амстердамском театре Bellevue. С тех пор «Император Атлантиды» выдержал десятки постановок и по сей день остается одним из самых популярных оперных произведений ХХ века. «Это беспощадный обличительный документ страшной эпохи. Но вместе с тем – редкий пример человеческого мужества, – писали об опере критики. – Это искусство во имя жизни – созданное вопреки всему».