Катись к своему еврею!

09.12.2015

Журнальный столик был бесцеремонно отодвинут к стене, и на его месте лежал открытый чемодан, в который единственная дочь Таисии Казимировны Юлия складывала свою одежду.

– Все равно он тебя бросит! – не выдержала Таисия Казимировна. – Они женятся только на своих!

Юлия выглянула из шкафа, где рылась в поисках любимой майки с изображением британской королевы Елизаветы с фингалом под глазом, и метнула в мать наэлектризованный взгляд. Разряд вышел слабым, однако и его оказалось достаточно, чтобы произвести непоправимый эффект: Таисия Казимировна подпрыгнула в кресле, словно ужаленная, и принялась носиться взад-вперед по комнате. В серванте зазвенели стекла, а кот Ромео, лежавший по обыкновению на диване, забился еще глубже в подушки.

– С жидом связалась! – никак не могла успокоиться мать. – Это же надо – с жидом!

Она картинно простерла руки вверх и застыла. Губы ее беззвучно зашевелились. (Таисия Казимировна, хоть и была крещеной, но в церковь ходила редко, предпочитая дачный участок, а из молитв знала только «Отче наш», да и то лишь первую строчку.)

– Там, – дочь указала в потолок пальцем, ноготь которого блестел черным лаком, – чтоб ты знала, тоже еврей.

Руки Таисии Казимировны бессильно упали вниз, дочь тем временем опять занырнула в шкаф.

– За что мне такое наказание? – продолжила причитать мать. – Почему? Мало тебе наших парней? У тебя такой хороший Мишка был…

Из шкафа раздалось приглушенное «здесь настоящий антиквариат: трусы “перестройка”, джинсы-“бананы”… О, это же танковый комбинезон! У Моше крышу сорвет!»

Однако мать было не так просто сбить, она не собиралась отступать и продолжила отстаивать позицию:

– Высокий такой, блондин…

– Блондина не Мишкой звали, – поправила дочь, – а Ромкой, Романом.

– Какая разница! – воскликнула безутешная мать. – Красавец! Два метра ростом, загляденье просто. Чего тебе еще не хватало?

– У него было всего три инстинкта, – в чемодан упала наконец найденная майка, – футбол по телевизору, пиво и рыбалка.

– Рыбалка? – переспросила Таисия Казимировна. Она вспомнила поклонника, который написал книгу «Ловля рыбы руками» и подарил ей экземпляр с надписью «Уважаемой Таисии в знак приятных с ней встреч». – Чего плохого в рыбалке?

Юлия глубоко вздохнула и снова погрузилась в одежду.

– А Мишка-то чем не угодил? – не отступалась мать.

– Не было у меня никакого Мишки.

Таисия Казимировна еще раз измерила шагами комнату.

– Петя был, – дочь сунула танковый комбинезон под мышку и загнула мизинец. – Юра, – она загнула безымянный. – Игорь Валентинович был. Потом Салават. Роман твой любимый. Патрик-Джон. Витя. Нацуо был, он до сих пор каждый год из Киото открытку «С Новым годом!» присылает. Еще один Юра. Марина. Кажется, никого не забыла, – закончила перечислять Юлия, любуясь своим маникюром. – Ну, и Моше, конечно.

Таисии Казимировне показалась, что она ослышалась.

– Марина? Какая Марина? Парикмахерша? С которой ты в Турцию?..

– Ну, ты ей-богу, мама, – укоризненно сказала Юлия. – Двадцать первый век вокруг, оглянись!

Что-то оборвалось в организме Таисии Казимировны, она опустилась в кресло и зарыдала в голос. Дочь поняла, что это уже перебор, и, метнувшись в кухню, набрала кипяченой воды из электрочайника.

– Уйди! – Таисия Казимировна отпихивала руку со стаканом. – Уйди! Ты не дочь мне!

– А кто я тебе? – ехидно спросила Юлия. – Сын? Витьку Квасовича помнишь, одноклассника моего?

Мать прекратила всхлипы и подняла полные слез глаза.

– В Сан-Франциско замуж вышел. Замуж! Фотки со свадьбы прислал…

– Катись к своему еврею! – еще громче зарыдала мать. – Чтоб духа твоего здесь не было!

Юлия поставила стакан на журнальный столик и принялась закрывать чемодан. Вещей было много, она пыхтела, прыгала на крышке, но замки всё равно не сходились. Таисия Казимировна встала с кресла и плюхнулась на крышку. Чемодан закрылся.

– А какой он, этот… – мать запнулась, – Мойша твой?

– Не пьет. Спортсмен. Программист, – ответила Юлия. – Секс с ним изумительный. – Кстати, – продолжила дочь совсем другим тоном, – занимается подводной охотой у них на Красном море в Эйлате.

Плечи у Таисии Казимировны перестали содрогаться. Правда, в глазах еще блестела влага, но кошки, которые скребли на душе, спрятали свои коготки.

Дочь поставила чемодан на попа, они присели перед дорогой. В дверях Юлия на мгновение остановилась:

– Сразу эсэмэс пришлю, как приземлимся. Ты не волнуйся.

Таисия Казимировна осталась одна, взяла с полки книгу «Ловля рыбы руками» и, устроившись в кресле, принялась рассматривать иллюстрации. Кот Ромео запрыгнул на колени и свернулся калачиком. «Может, что еврей – это и хорошо?» – думала она, гладя Ромео по спине. Кот закрыл глаза и еле слышно урчал от удовольствия.

Евгений Липкович

Самое читаемое

Хроники

Казни ради

Трупы повешенных были сожжены. Прах передали двум агентам госбезопасности. На зимней дороге в пригороде Праги их машина забуксовала. Прах высыпали под колеса, чтобы ехать дальше...

Общество

Еврейка из прошлого

«Муж умирал, и я сказала: “Можно ли мне обнять тебя, хотя я нечиста?” (ибо у меня были месячные, и я не смела коснуться его). Он ответил: “Упаси Б-же, детка, подождем еще немного, и ты очистишься”. Увы, когда это произошло, было уже поздно!»...

Литература

Близнецы в зверинце

Ева начала процесс по сбору свидетельских показаний бывших врачей Освенцима, а потом сообщила, что прощает их, в том числе и доктора Менгеле. Сама власть прощать, по словам Евы Мозес-Кор, делала её сильнее её мучителей, и только прощение помогло ей отрешиться от тягостных воспоминаний,...