Дар запойный

05.01.2022

Он запил – ведь ему не дали снять в Голливуде фильм против Гитлера. Потом всё же сделал рывок – написал сценарий к великому «Гражданину Кейну» и получил «Оскар». Но от алкоголизма Германа Манкевича это не спасло.

Медсестры хихикали, пока Герман Манкевич рассказывал им об аварии, в результате которой он оказался на больничной койке. В прошлом известный репортер, он запросто мог превратить в комедию любую трагедию – впрочем, и наоборот. Меняя тональность своей изысканной речи, он буквально завораживал слушателей, погружая их все глубже и глубже в задуманный сюжет. В этом деле он походил на питона Каа, оторваться от голоса которого было невозможно.

«Если бы я ограничился тогда лишь тремя бутылками виски, последствия аварии были бы куда катастрофичней. Так что давайте, девочки, в честь той четвертой – спасительной – принесите-ка мне и сейчас еще одну», – резюмировал он свой рассказ, отправив медсестер в магазин. Спустя 15 минут в дверь палаты постучались. Герман уже предвкушал прием бальзама, но вместо медсестер в палату вошел молодой человек. Он представился Орсоном Уэллсом, и Манкевич тут же вспомнил, какой резонанс в стране наделала радиопостановка этого юнца по роману «Война миров». Тогда, в 1938-м многие американцы, слушавшие радио, решили, что пришельцы и впрямь вторглись на землю.

– Мистер Манкевич, мы встречались с вами лишь мельком, но я восхищен вашими текстами. Я готовлюсь к своему режиссерскому дебюту в кино и хотел бы видеть вас сценаристом фильма.

Герман согласился не раздумывая: в последние годы работы у него не было. Раньше его приглашали в свои комедии Джордж Кьюкор, братья Маркс и коллеги-драматурги. Но алкоголизм, а еще излишняя прямота испортили его отношения с фабрикой грез.

Герман родился зимой 1909 года в еврейской семье, переехавшей в США из Германии в конце XIX века. Его мать была портнихой, а отец Фрэнк Манкевич – учителем, в какой-то момент начавшим преподавать немецкий и французский языки в Городском колледже Нью-Йорка. После школы Герман поступил в Колумбийский университет, одновременно начав успешную карьеру журналиста. Он сотрудничал с The New Yorker, Vanity Fair и The New York Times и вскоре заслужил звание одного из самых остроумных журналистов.

В 1926-м Манкевича пригласили стать штатным сценаристом кинокомпании Paramount Pictures. Вскоре без его текстов не обходился ни один успешный фильм тех лет: «Волшебник страны Оз», «Гордость янки», «Три уикенда», «Рождественские каникулы» и десятки других. Причем далеко не во всех выходивших на экран фильмах его имя было указано в титрах. Это была обычная практика: сценаристы, актеры и режиссеры работали, как правило, в одной и той же киностудии – у нее-то и были все права на фильм, что тщательно прописывалось в контракте.

Вот почему Манкевич с легким сердцем подписал в больнице контракт с RKO Pictures, по которому выходило, что сценаристом, постановщиком и режиссером будущего фильма будет только Орсон Уэллс. Но уже работая над сценарием фильма, Манкевич осознал, что это будет знаковая в его карьере работа. Он ошибся – «Гражданин Кейн» оказался вершиной его сценарного мастерства. Так что сразу после выхода фильма Манкевич стал сражаться за то, чтобы его имя было указано в титрах. Он таки добился своего – и даже получил «Оскар» за лучший сценарий. Спустя еще 80 лет сразу десятью номинациями на «Оскар» был удостоен и фильм о том, как именно Манкевич создавал «Гражданина Кейна» – речь идет о картине «Манк» Дэвида Финчера.

Кстати, сценарий «Манка», премьерный показ которого состоялся в конце 2020-го, написал еще в 1990-е годы Джек Финчер – отец Дэвида Финчера. Предтечей стала статья «Выращивая Кейна», опубликованная в 1971 году в журнале The New Yorker. В ней кинокритик Полина Кейл убеждала читателей, что «Орсон Уэллс вообще не заслуживает упоминания в титрах в качестве сценариста». Якобы все сделал Манкевич. Такая же основа в идее фильма «Манк».

Вообще-то, в карьере Манкевича мог оказаться и еще один значимый для истории фильм. В 1933 году Герман по собственной инициативе написал сильнейший сценарий «Бешеный пес Европы», фактически предсказывающий всю дальнейшую судьбу евреев при Гитлере. Это была первая попытка расшевелить американцев, открыть им глаза на опасность нацистов у власти. Но Голливуд в то время активно сотрудничал с Германией в вопросах согласования сюжетов фильмов – дабы не закрыть себе путь на немецкий кинорынок. Сразу же после того, как сценарием Манкевича заинтересовался Сэм Джаффе – продюсер все той же студии RKO Pictures, которая впоследствии выпустит «Гражданина Кейна», в дело вмешался немецкий консул в США Георг Гисслинг.

Нацистский дипломат был одной из важнейших фигур в американской киноиндустрии. Гисслинг напомнил, что в немецком законодательстве есть статья, по которой компания, распространяющая порочащие Германию сведения, теряет доступ на немецкий рынок. Но Джаффе, будучи евреем, решил, что правда важнее. Он уволился из RKO и основал независимую компанию, не претендовавшую на немецкий кинорынок. В ответ Гисслинг обратился в Ассоциацию продюсеров и прокатчиков Америки, заявив, что если картина все же выйдет, то немецкий рынок будет закрыт для всех кинокомпаний. Члены ассоциации молили Джаффе и Манкевича одуматься, но те были непоколебимы. Однако все их попытки найти спонсоров оказались безуспешными. И хотя фильм так и не вышел, в Третьем рейхе все равно в отместку запретили все фильмы, в титрах которых значился Манкевич. В связи с этим его стали реже и реже приглашать на новые проекты. Он стал все чаще и чаще пить.

Ну, а права на «Бешеного пса Европы» – после того как Джаффе отказался от идеи экранизации – Манкевич передал известному агенту Аль Розену. Тот все ждал подходящего момента. И вдруг в 1940 году на экраны вышел фильм «Смертельный шторм», снятый по роману, который Филлис Ботт написал в 1938 году. Сюжет «Смертельного шторма» во многом повторял сценарий Манкевича. Но доказать факт плагиата в суде Розен не смог.

Герман Манкевич умер спустя 12 лет после триумфа «Гражданина Кейна», занимавшего на протяжении полувека первую строчку в списках лучших фильмов в истории. Его часто называли «гениальным неудачником», карьеру которого сгубило пристрастие к алкоголю. Манкевич и сам говорил, что он напоминает себе «крысу, которая сама мастерит себе же ловушку». Но кто знает, как все бы вышло, сними он того «Бешеного пса Европы».

Комментарии