Великое восстание

12.04.2001



Великое восстание

В военной истории евреев, безусловно, особое место занимает Великое восстание 66-73 годов, более извест­ное как Иудейская война. О политических последстви­ях этого события — и для еврейского народа, и для Рим­ской империи — написано немало, как и о последстви­ях в мировой истории религий. Мы же для начала рас­смотрим чисто военный аспект одного из самых значи­тельных событий первого этапа войны — осады римля­нами крепости Иотапата.

Вначале восставшим удалось одержать ряд побед над войсками римского префекта Сирии Гая Цестия Галла, в подчинении которого была Иудея. Во время попытки штурма Иерусалима войска префекта были разгромлены и в беспорядке бежали, потеряв шесть тысяч человек убитыми. Вскоре страна была фактиче­ски очищена от римлян. Области были разделены между вождями восставших. В Галилею — стратегиче­ски наиболее важную часть — наместником был на­правлен Иосеф бен-Маттитьягу, впоследствии — знаменитый историк Иосиф Флавий.

Он прекрасно понимал, что римляне не собираются терять такую провинцию, как Иудея. Для них это бы­ло вопросом сохранения власти над всем западным

Средиземноморьем. Поэтому первое, что сделал ев­рейский наместник, была организация действенной обороны. Будучи неплохо знакомым, с тактикой рим­ской армии — бесспорно, лучшей по тому времени — Иосеф организовал галилейскую армию, насчитывав­шую в скором времени 65 тысяч пеших воинов (конни­цы у восставших практически не было) по римскому образцу. Когда армия римлян, которой командовал опыт­ный полководец Веспасиан (будущий император), вступила в Галилею, силы по численности были при­мерно равны — в распоряжении римлян тоже было чуть более шестидесяти тысяч. Разница заключалась в том, что римскую армию составляли опытные профессиональные солдаты, в то время как еврейская армия была фактически крестьянским ополчением, многие воины впервые взяли в руки оружие. В результате на­чавшейся кампании войска восставших, действовав­шие разрозненно и не имевшие ни боевого опыта, ни умелых командиров, были разгромлены. По сообще­нию Иосефа, евреи потеряли более сорока тысяч вои­нов в первых сражениях, римляне — несколько тысяч, так что к моменту появления армии Веспасиана под стенами крепости Иотапаты — главной галилейской ци­тадели — численное соотношение сил определялось как шестикратное превосходство римлян.

* * *


Итак, пройдя с огнем и мечом по всей Галилее, опустошив ее, римляне наконец приблизились к крепости Иотапата, гарнизоном которой командовал Иосеф бен-Маттитьягу. Численность гарнизона, как уже было сказано, не превышала 10 тысяч воинов, часть из которых были ранены в предыдущих стычках. Римские легионы насчитывали более шестидесяти тысяч воинов, не счи­тая арабских и греко-сирийских союзников. Кроме того, она постоянно пополнялась прибывающими из Дру­гих провинций подразделениями. В римском войске было свыше 160 осадных орудий. Иосеф, из наместни­ка Галилеи превратившийся в начальника крепостного гарнизона, не решился при таком соотношении сил на открытое сражение за стенами города. Он приказал го­товиться к длительной осаде.

Первый штурм римляне предприняли на третий день. К этому моменту они полностью оцепили кре­пость, чтобы лишить евреев возможности уйти из крепости или, напротив, дождаться подкрепления (впро­чем, как мы расскажем ниже, подкрепления ждать было неоткуда). Веспасиан приказал штурмовать се­верную стену Иотапаты. Иосеф, заметивший призна­ки подготовки к штурму, организовал общую вылаз­ку, так что еврейские воины встретили римлян уже на дальних подступах к городу. Завязался жестокий рукопашный бой, который продолжался весь день. С наступлением темноты Веспасиан приказал отступить. Осажденные вернулись под защиту крепости, окры­ленные первой удачей. Римляне продолжали попытки взять Иотапату штурмом в течение четырех дней. Вся­кий раз умело, организованные вылазки срывали их попытки. На пятый день Веспасиан решил перейти от штурма к осаде. Для этого римляне стали возводить вокруг крепости земляной вал. Иосеф начал действовать малыми группами. Эти группы ночью совершали дерзкие вылазки, убивая работавших римлян и разру­шая их постройки. Веспасиан вынужден был усилить караульные отряды. Тогда Иосеф попытался изме­нить ситуацию, подняв крепостные стены до высоты сорока метров — с тем, чтобы римский земляной вал не достиг уровня крепостных зубцов. Это ему удалось только частично. Римляне предприняли второй штурм крепости. Веспасиан опасался, что, пока будет полностью готов земляной вал, осажденным действительно удастся нарастить крепостную стену.

* * *


Когда римляне подкатили тараны, Иосеф разделил свой гарнизон на две части: усталых и пожилых вои­нов он отправил защищать старые стены; на те же, ко­торые испытывали удары таранов, он отправил самых сильных во главе с наиболее умелыми начальниками. Он приказал им контратаковать, едва римляне пере­бросят штурмовые мостки.

"В то же время загремели трубы всех легионов, войско подняло потрясающий боевой клич, и по дан­ному сигналу раздался со всех сторон залп орудий, так что воздух помрачился". Римляне пошли на приступ, используя свои традиционные приемы: группы штурмующих образовали "черепахи" — смыкая подня­тые вверх прямоугольные щиты таким образом, что край одного щита заходил за край другого — подобно тому, как устроена рыбья чешуя. Такая защита позво­ляла подобраться к самым стенам почти невредимыми. Под прикрытием "черепах" легковооруженные воины перебрасывали на стены осажденной крепости специальные штурмовые мостки — вариант лесенок, верхушки которых увенчивались тяжелыми зубчатыми крюками, впивавшимися в крепостные камни. Вслед за этим "черепахи" мгновенно рассыпались на отдельных тяжеловооруженных бойцов и вступали в рукопашную с защитниками Иотапаты. Тут следует сказать, что все это занимало немного времени, по­скольку, как уже было отмечено, прежде чем начать штурм, римляне насыпали вокруг крепости земляной вал, почти достигавший высоты крепостных стен.

Тем не менее, восставшим удалось воспрепятство­вать большинству римлян взобраться на стены. Иосеф приказал лить на "черепах" кипящее масло — как ни плотно опытные легионеры держали щиты над собой, между щитами имелись щели, в которые и попадало масло, от чего штурмовые отряды существенно поре­дели на первом же этапе. Кроме того, по приказу того же Йосефа евреи забрасывали мостки распаренной верблюжьей травой, идя по которой нападавшие скользили и срывались вниз. По штурмовым мосткам, едва они были переброшены, устремились еврейские воины, опережая нападавших. В результате жестокого рукопашного боя, воины Веспасиана были остановле­ны, а затем и отброшены. Римский полководец вновь был вынужден дать сигнал к отступлению. Так был отражен второй штурм крепости Иотапата. Шел сороковой день осады.

К сожалению, осажденные понимали, что вряд ли им удастся получить помощь откуда-нибудь: Галилея была разорена легионерами, Иерусалим сам готовил­ся встретить врагов. Впрочем, как это часто бывает, внешний враг оказался менее страшен, чем внутрен­ний. Возможно, если бы среди еврейских вождей Иерусалима царило единодушие, они бы поняли: осажденная римлянами галилейская твердыня — ключ к Иерусалиму. Вместо того, чтобы выискивать и ист­реблять своих политических противников, вместо то­го, чтобы плести интриги друг против друга, они бы отправили войско на помощь изнемогавшим воинам Йосефа бен-Маттитьягу. Кто знает, как в этом случае повернулись бы события? Нам остается лишь гадать. Пока же в Иерусалиме все большее влияние получал личный враг и конкурент Йосефа — Йоханан из Гуш-Халава. При таком раскладе нечего было и думать о поддержке, можно было рассчитывать лишь на собст­венные силы, которые, увы, таяли день ото дня. Не зря говорили позже, что Второй Храм разрушен был из-за внутренней распри евреев.

Но — вернемся к событиям войны. Среди осажденных падала дисциплина, начались болезни. И вот ту Иосеф, так отлично зарекомендовавший себя в начале кампании, впал в отчаяние. Он не сумел организовать надлежащую оборону на последнем, решающем этапе осады. До известной степени это можно объяснить той обстановкой в Иерусалиме, о которой было сказано выше и о которой галилейский полководец был пре красно осведомлен. Безусловно, он был талантливым человеком. Вся история обороны Галилеи показывает, с какой скоростью этот молодой человек научился управлять массами людей, как быстро ему удалось создать достаточно боеспособную армию и срывать одну за другой попытки римлян овладеть крепостью. Но, ви­димо, без надежды воевать трудно. В последние дни Иотапаты Иосеф был уже душевно надломленным че­ловеком. Именно здесь зародился тот кризис, который привел бывшего вождя восстания в лагерь победите­лей и снискал ему репутацию изменника.

Даниэль Клугер