Новые французские евреи

12.04.2001



Самое большое скопление сефардов сегодня во Франции. В XVI-XVII вв. португальские мараны обосновались главным образом на юго-западе страны, в окрестностях Бордо и Байонны. Они жили в условиях относительной свободы, хотя Франция запрещала евреям селиться, если они отказывались от христианства, в которое были обращены в Португалии. Поэтому они числились католиками и именовались "португальцами". Община преуспевала. В середине XVIII в. она перестала скрывать свою принадлежность к евреям и возглавила борьбу евреев за эмансипацию еще до Французской революции. В XIX в. многие ассимилировались под напором ашкеназов, хлынувших из Эльзаса и Восточной Европы, численность которых вскоре существенно превысила численность сефардов.

Еще до конца века Франция стала пристанищем беженцев от балканских войн, и доля численности сефардов опять значительно возросла. Балканские евреи объединились с немногочисленными выходцами из Северной Африки, но были меньшинством в составе французского еврейства вплоть до 1960 г., когда Франция ушла из Алжира. Большинство алжирских евреев хлынуло в метрополию.

За эти годы еврейское население Франции почти удвоилось. Французское еврейство изменилось. Алжирские евреи, объединившись с тунисскими и марокканскими, образовали новое большинство. Они внесли живую струю в общинную жизнь и стали создавать по всей стране еврейские организации в количестве, невиданном в средние века. Французское еврейство стало приобретать североафриканский характер.

За исключением Эльзаса, современные французские евреи концентрировались в крупных городах, главным образом — в Париже. В настоящее время сто тысяч евреев проживают в малых общинах.

Новая еврейская политика Франции обусловлена наплывом сефардов; она состоит в натравливании тех, кто намерен сохранять свою еврейскую идентичность, на тех, кто стремится к ассимиляции. Разработанная ранее идеология, основанная на сионизме, отрицала возможность полноценной еврейской жизни в диаспоре и рассматривала Израиль как единственно реальную надежду еврейского народа, но лишь маргинально поддерживала алийот. Сионистские идеологи при поддержке израильских эмиссаров в стране бросали вызов руководящему истеблишменту еврейского сообщества и серьезно нарушали его планы. Эти попытки нашли свое отражение в работе сефардского движения Еврейское обновление (Renoveau Juif).

В конце 1970-х годов в должность главного раввина Франции вступил североафриканский еврей, который занимал пост исполнительного директора Fonds Socials Juif Unifies — "Объединенного еврейского социального фонда", главной организации еврейского сообщества Франции. Несмотря на это влияние семьи Ротшильдов позволило ашкеназам удержать в своих руках принятие главных политических решений. Это, в свою очередь, привело к разногласиям между евреями Франции.

Французские евреи стали активно участвовать в общественной и политической жизни страны. Ранее они всегда этого избегали, понимая, что французам это не понравится. В отличие от многоэтничных Соединенных Штатов, вовлеченность евреев в политику во Франции воспринимается как вызов национальному единству страны. К таким вещам французы обычно нетерпимы. Готовность некоторых сефардских лидеров дать ясно понять будущим властям, что их голоса будут зависеть от решения еврейских проблем, означало радикальный отход от прежней линии поведения евреев. Это стало причиной раскола между ними и лидерами старого общества.

С другой стороны, процент смешанных браков среди североафриканских евреев резко вырос меньше чем за одно поколение. Сравнительно немногие дети этих иммигрантов ходили в еврейские школы или получили дополнительное еврейское образование, что создает возможности еще более интенсивной ассимиляции.

Несмотря на эти различия, французские евреи, которых около 535 тысяч, составляют самое большое еврейское сообщество в Западной Европе и четвертое в мире по величине после Соединенных Штатов, Израиля и Советского Союза. В этом сообществе доминируют сефарды.

Материал подготовил

Леонид Сокол