Сделал тело – гуляй смело!

17.07.2020

К какому сроку приговорили бы актёра Михаила Ефремова в древнем Израиле, разбирался наш колумнист.

На этой неделе были завершены следственные действия по делу о скандальном ДТП со смертельным исходом, виновником которого стал популярнейший российский актер Михаил Ефремов. Увы, ежедневно в мире происходят даже не сотни, а тысячи подобных трагических происшествий. Просто в этот раз его виновником оказалась слишком известная и любимая многими фигура, и публика стала словесно испражняться и судить-рядить, насколько же он виновен и какого именно наказания заслуживает. Причем мнения эти – от призывов упечь в тюрьму на всю жизнь до предложений понять и простить – варьируются в зависимости от политической позиции диванного аналитика в трениках и майке.

Однако, что делать с человеком, убившим по ошибке, – вопрос не праздный. И ситуация эта еще на заре человеческой цивилизации получила освещение в еврейской философии. Примечательно, что как раз в библейской главе «Масэй», которая наряду с отрывком «Матот» будет читаться в ближайшую субботу в синагогах, сказано: «Когда перейдете вы через Иордан этот и вступите в землю Ханаанскую, то назначьте себе города для убежища. И будет убегать туда всякий, совершивший неумышленное убийство. И будут у вас города эти убежищем от мстителей».

Итак, в отличие от других древних законодательных кодексов, с которыми принято сравнивать Пятикнижие, еврейский закон предельно четко разделяет умышленное убийство и непредумышленное. И если за умышленное преступник, как правило, должен расплатиться своей жизнью, то за непредумышленное смертной казни не допускается. В этом случае, согласно библейским канонам, виновник, помимо выплаты крупной денежной компенсации семье покойного, должен удалиться от общества в специальный город, чтобы не возникло практики, при которой пусть и за нечаянное убийство, но можно просто откупиться.

Как гласит текст Пятикнижия, всего таких городов было шесть. И находился в таком городе виновник безвылазно с категорическим запретом покидать его, причём весьма туманно определенный в законе срок: всю каденцию первосвященника Иерусалимского Храма, которая, согласно историческим сведениям, могла длиться и 40 лет. А поскольку города эти были совсем небольшие и пойти там было особо некуда, то, по сути, речь шла о длительной ссылке или даже многолетнем домашнем аресте.

В то же время спасти от казни за умышленное убийство не могли ни деньги, ни былые заслуги, ни высокое общественное положение. «И не берите выкупа за душу убийцы, которому надлежит умереть –смерти будет он предан», – говорится в Пятикнижии. Впрочем, для провозглашения смертного приговора вина преступника должна быть для всех несомненной, полностью и безоговорочно доказанной, причём доказательства должны быть однозначно трактуемыми, а сам приговор вынесен единогласно коллегией судей из 72 человек.

Сами понимаете, что при таких жёстких требованиях почти невозможно было осудить на смертную казнь невиновного. И согласно Талмуду, тот Санедрин, который выносил раз в 70 лет смертный приговор, считался жестким. А всё для того, чтобы избежать судебной ошибки.

Нынешняя система правосудия, хотя и не допускает в большинстве цивилизованных стран мира смертной казни, просто-таки изобилует ошибками и несправедливостями. Так как автор этих строк уже больше двадцати лет работает криминальным репортером, то за примерами мне далеко ходить не нужно. Только в минувший вторник я был в окружном суде Хайфы, где рассматривалось дело 44-летнего жителя арабской части этого города, обвиняемого в убийстве соседа.

Прокуратура доказала, что у подсудимого был мотив – он должен был убитому несколько тысяч шекелей и не отдавал. Помимо этого, обвиняемого видели вместе с убитым в последний час жизни того. И есть ещё два свидетеля самого убийства, которые, правда, из-за тёмного времени суток толком не разглядели лица преступника.

В итоге на основании этих весьма косвенных улик большинством двое из троих судей признали его виновным, хотя он полностью отрицает вину. Чтобы снять сразу вопрос о национальном факторе – один из судей был араб, и он как раз признал соплеменника виновным.

Но меня поразила речь адвоката после оглашения вердикта. «Как еврей, – сказал он, – я не могу принять это решение суда, поскольку оно основано исключительно на косвенных уликах, а этого с точки зрения правовой культуры нашего народа недостаточно для признания виновным в убийстве. Поэтому я продолжаю верить в невиновность своего подзащитного и оспорю данное решение в Верховном суде».

Немыслимо на основании косвенных улик отправить человека на десятилетия в тюрьму. А несправедливый приговор, вынесенный по делу об убийстве – идет ли речь об оправдании истинного убийцы или, наоборот, об осуждении невиновного, – объявляется преступлением и против Б-га, и против Его народа, и против самой страны.

Комментарии