Рабби Исраэль Баал Шем Тов

16.11.2001

Еврейская философия как наука, отстаивающая ценности и мировоззрение еврейской традиции, потеряла свое былое влияние в XV веке.

На фоне постоянных преследований евреев за свою веру христианами и мусульманами слова разума были бессильны против ненависти невежественной толпы, к тому же культивируемой в общегосударственных масштабах. Кроме того, общий культурный уровень большинства населения той эпохи не мог идти ни в какое сравнение с устоявшимся многотысячелетним образом жизни евреев.

Но было бы ошибкой считать, что философские вопросы были таким образом исчерпаны и их обсуждение просто перестало интересовать евреев.

Еврейская философия стала возрождаться с середины XVIII века, когда в Европе началась Эпоха просвещения, а среди евреев появились доселе неизвестные явления, называемые словом «hаскала» — то есть ассимиляция и эмансипация под маркой все того же европейского просвещения. Именно тогда назрела новая необходимость объяснить с точки зрения еврейской традиции происходящие явления и вдохновить еврейский народ в трудное для него время. Немаловажным фактором, который послужил укреплению позиций традиционной еврейской мысли, была Каббала. Именно то обстоятельство, что традиционное мистическое учение, известное до этого узкому кругу мудрецов, стало предметом изучения широкой еврейской аудитории, определило некоторые мистические, сокровенные предпосылки еврейской мысли.

На рубеже XVII века появляется движение хасидизма, в недрах которого еврейская философия получила законченную и устоявшуюся форму. Наиболее полно и четко философия хасидизма представлена в трудах и учении династии Любавичских рабеим, основоположников всемирно известного движения ХАБАД. Хабад — название философской системы, акроним, составленный из слов хохма (мудрость), бина (разум) и даат (знание), а Любавичи — название местечка в Белоруссии, где в основном прошел период становления этого направления хасидизма (1813 — 1913), от второго поколения Хабад до пятого.

Часто эти термины используются как взаимозаменяемые, стало быть, дальше в наших очерках еврейской философии так можем поступать и мы, применяя их и к самому движению, и к школе мысли.

Первая часть нашего очерка с продолжением посвящена истории хасидизма в целом и школы Хабад в частности. Далее мы рассмотрим, как воспринимаются суть и предназначение Хабада изнутри самого движения, и попытаемся выяснить, каков творческий вклад учения философской школы Хабада в еврейскую мысль по сравнению с другими философскими направлениями (Каббала, Хакира и Мусар). Мы начнем с объяснения точки зрения на цель творения и миссию человека в этом мире. Затем будут предложены обзор и толкование эзотерического учения Ицхака Лурии о цимцуме (концепции Творения) в изложении различных школ мысли. Так мы постепенно подойдем к пониманию Единства Создателя и основополагающей духовности материи. Мы увидим, как отразил эти вещи в своем толковании Б-жественного Провидения Баал Шем Тов — основатель хасидской концепции в философии. И, наконец, мы разберемся в том, почему воззрения хасидизма представляют собой необходимую систему ценностей в современной повседневной жизни.

Начнем с самого начала. Поскольку еврейская традиция непрерывно передавалась из поколения в поколение в среде еврейских мудрецов, то любое утверждение или вывод должны иметь ссылку на традиционный источник. Если мы ссылаемся на духовный авторитет, то должны точно знать высказывания и труды конкретного мудреца, от имени которого мы это цитируем. Только тогда на это можно полагаться. Поэтому пусть вас не удивляет обилие ссылок и имен.

Зарождение хасидизма описывается в следующем письме рабби Исраэля, более известного под именем Баал Шем Тов (1698 — 1760), которое он написал одному из близких ему людей, жившему в Святой Земле. В письме описано его мистическое переживание, приведшее к учреждению хасидизма и служащее фундаментом самого духовного движения:

«На Рош-Ходеш (еврейский день Новомесячья) года 5507 (1746) я сумел вознестись душою, используя Святые Имена (ты знаешь — как), и узрел чудесные вещи, каких еще не видел с тех пор, как достиг зрения. Что узрел я там и что узнал о том нельзя мне поведать, ни даже говорить с тобой наедине.… Увидел я также сонм душ как живых людей, так и неживых, иные были мне знакомы, другие — нет… и все они без устали просили меня, умоляли: «Поднимись с нами, будь нам поддержкой и опорой…». Я отвечал, что поднимусь с ними, но попросил сопровождать меня моего учителя и наставника, ибо продвижение дальше и вознесение к высшим мирам сулило великую опасность.… Так я поднимался с уровня на уровень, пока не вступил в Чертог Мошиаха (Мессии) , где он изучает Тору со всеми мудрецами Мишны, с праведниками и с Семью Пастырями... Вопросил я самого Мошиаха: "Когда же придешь ты?" Он же отвечал: "Вот как ты узнаешь: когда учения твои станут известны и будут открыты в мире и забьют источники твоей мудрости, [неся] наружу то, чему я научил тебя, а ты постиг, дабы они тоже смогли совершать единения и вознесения [души] подобно тебе самому. Тогда перестанут быть все дурные клипот, и настанет эра благоволения и спасения". Я был потрясен и подавлен мыслью о столь долгом ожидании — когда-то еще все это сбудется? Но то, чему я выучился, пока оставался там — три сегулот и три Святых Имени, которые легко выучить и объяснить, — [несколько] меня успокоило. С помощью этого средства, думалось мне, люди сходного с моим духовного роста сумеют, быть может, достигнуть такого же примерно уровня и вида, что и я. То есть, умея

Вознестись (душою), они смогут научиться и постичь, как (научился и постиг) я сам. Но мне не было позволено открывать сие в течение всей моей жизни...".

Всякий, кто сталкивался с учением хасидизма, заметит, что в этом письме можно обнаружить три кардинальных принципа, неустанно выделявшихся в наставлениях Баал Шем Това и его последователей:

- любовь ко всем евреям, даже тем, кто отошел от истины и теперь должен быть снова обращен к Небесному Отцу;

- раскрытие и распространение родников знания, содержащегося в сокровенной мудрости Торы;

- подготовка самого себя и мира к приходу Мошиаха (Мессии).

Письмо поднимает ряд важных вопросов. О ком Баал Шем Тов говорит "мой учитель и наставник"? О каких трех сегулот и трех Святых Именах идет речь? И если Баал Шем Тов так и не получил позволения открыть эти сегулот и Святые Имена в течение всей своей жизни, то когда же и к кому они были сообщены, если это вообще произошло?

Хасидская традиция гласит, что учителем и наставником Баал Шем Това был пророк Ахи hа-Шилони (Ахия Силомлянин), имя которого упоминается в Танахе. Согласно традиции, впервые душа Ахи hа-Шилони открылась Баал Шем Тову, когда ему исполнилось двадцать шесть лет. Явление, когда душа какого-либо праведника или пророка былых времен открывается праведникам, не нова в еврейской традиции. Детальному рассмотрению это явление подвергли многие знатоки Торы и еврейской традиции, одно из самых точных объяснений можно найти у р. Хаима Виталя, ученика р. Ицхака Лурии, знаменитого каббалиста из Цфата (Израиль), более известного под именем

Аризалъ (1534-1572). В его книге Шаарей Кедуша описаны различные формы Б-жественного Вдохновения:

"Человек достойный может получить Б-жественное Вдохновение одним из следующих способов:

(1) Осенив душу свою Б-жественным светом из высочайшего корня своей души.

(2) Занимаясь изучением Торы или исполняя некую заповедь (мицву). Наши Мудрецы учили "Когда человек исполняет какую-либо мицву, он обретает [небесного] заступника."

Это значит, что [к нему] приставляют «ангела», но лишь при условии, что он исполняет [мицву} последовательно, в соответствии с законом и с величайшей сосредоточенностью. Только тогда «ангел» откроется ему. Таково значение «ангелов», называемых магидим (т.е те наставники) и упоминаемых в различных писаниях. Однако если заповедь не соблюдается в [строгом] соответствии с законом, то магид будет смесью добра и зла, истины и лжи.

(3) В награду за великое благочестие человеку может открыться пророк Илияhу (Илия). Чем больше его благочестие, тем большим будет и даруемое ему просвещение.

(4) Величайшая из всех [форм Б-жественного Вдохновения] — это когда человек удостаивается откровения души какого-либо праведника (цадика), жившего в древние времена. Цадик может входить в число тех, у кого тот же душевный корень, что и у него самого. С другой стороны, душа цадика может и не входить в этот разряд, но [открывается человеку], потому что он исполнял какую-либо заповедь совершенным образом, как делал тот [цадик]. Достойные этого высшего уровня обретают самое удивительное знание и проникают в самые глубокие тайны Торы. Однако все это соразмеряется с поступками человека.

(5) Но наиболее низкая первая возможная ступень такого духовного роста — это когда человек видит будущее в своих снах, [обретая] знание, которое сродни Б-жественному Вдохновению...".

Исходя из этого мы можем констатировать, что Баал Шем Тов достиг высшей формы Б-жественного Вдохновения — ему открылась «душа цадика былых времен» (как это описано у р. Хаима Виталя в пункте четвертом): душа Ахи hа-Шилони.

Кем же был Ахи hа-Шилони и какое он имел отношение к Баал Шем Тову и к эзотерическим учениям Торы? Древние источники проливают свет на данный вопрос . В некоторых из Мидрашей приводится утверждение р. Шимона бар Йохая, знатока внутренних измерений Торы, о том, что он сумел бы избавить весь мир от жестоких судилищ еще до наступления Мессианской эры, если бы только его усилия поддержал Ахи hа-Шилони. Предлагая свое объяснение этого высказывания, Седьмой Любавичский Ребе Менахем Мендл Шнеерсон ссылается на один каббалистический источник, где говорится, что р. Шимон бар Йохай был на самом деле реинкарнацией — то есть новым телесным воплощением Ахи hа-Шилони.

В одной из важнейших мистических книг еврейской традиции, Зоhар р. Шимон бар Йохай открыто утверждает, что еврейский народ заслужит Освобождения, причем заслужит, изучая внутреннюю, скрытую, эзотерическую часть Торы, изложенную в учении Зоhара. Согласно приведенному выше письму миссия Баал Шем Това как раз состояла в раскрытии этого учения всему миру и тем самым в подготовке почвы для прихода Мошиаха. Так что ибур нешама у Баал Шем Това ("воплощение" души Ахи hа-Шилони) выглядит вполне логично.

Рассуждая в этом ключе, р. Яаков Йосеф из Полано, один из самых близких учеников Баал Шем Това, пишет следующее:

" Ахи hа-Шилони воспринял [Предание] от Моше (Моисея) и был одним из вышедших из Египта. Впоследствии он входил в суд царя Давида. Он был также наставником пророка Илияhу и наставником моего учителя [Баал Шем Това]."

Отсюда можно заключить, продолжает Ребе, что роль Ахи hа-Шилони как учителя Баал Шем Това непосредственно связана с его ролью наставника пророка Илияhу. Как известно, роль пророка Илияhу — подготовить мир к приходу Мошиаха, вернув назад заблудших и разбредшихся, как сказано: "Вот, Я пошлю к вам Илияhу пророка пред наступлением дня Г-сподня [день пришествия Мессии], великого и страшного. И он обратит сердца...". Итак, соотнесение Ахи hа-Шилони с Баал Шем Товом объясняется их общей задачей подготовить мир к наступлению Мессианской эры.