Сила пророков

05.07.2013

В течение трех недель с 17 тамуза по 9 ава, когда мы вспоминаем разрушение двух Храмов, в синагогах читают три самых трогающих душу отрывка из книг пророков: первый и второй из них взяты из книги пророка Ирмеягу, а третий — из первой главы книги пророка Йешаягу.


Пожалуй, именно в этот отрезок года мы максимально отчетливо осознаем силу и мощь древних прорицателей народа Израиля. У пророков не было власти над людьми, они не обладали статусом царей или придворных. Чаще всего они не были священниками (коэнами) или представителями религиозного истеблишмента. Их не избирали и не назначали ни на какую официальную должность. Напротив, зачастую они были крайне непопулярны в народе, как, например, тот же Ирмеягу, который в свое время был взят под стражу, подвергнут пыткам и унижениям, отдан под суд и лишь чудом избежал смерти. Лишь немногие из пророков были услышаны еще при жизни. Таким исключением стал Йона, который пророчествовал не перед евреями, а перед язычниками, жителями Ниневии (столицы Ассирийского государства). Тем не менее слова пророков были записаны для будущих поколений и стали важной составляющей Танаха. Прорицатели стали первыми в истории критиками общественного устройства, их послания актуальны для нас и сегодня. Перефразируя датского философа Серена Кьеркегора, можно сказать: «Когда умирает царь, его власть кончается; когда умирает пророк, его власть только начинается» (в действительности Кьеркегор сказал: «Когда умирает тиран, его власть кончается; когда умирает мученик, его власть начинается»).

Пророка отличала от большинства не его способность предсказывать будущее. В Древнем Востоке таких людей было немало. Прорицатели, оракулы, всевозможные жрецы, шаманы и колдуны — каждый из них заявлял о том, что он поддерживает особую связь с высшими силами, помогающими определять судьбы людей. В еврейской традиции для таких людей места нет. Тора отвергает «кудесника, волхва, гадателя и колдуна, и заклинателя, и вызывающего духов, и знахаря, и вопрошающего мертвых» (Дварим, 18:10-11). Она не доверяет подобным людям, потому что верит в свободу воли человека. Будущее не предопределено. Оно зависит от нас и от нашего выбора. Если предсказание исполняется — значит, оно было верным; если же сбывается пророчество — значит оно было неудачным. Пророк говорит о том, каким будет будущее, если мы не обратим должного внимания на грозящую нам опасность и не предотвратим ее. Он (или она — поскольку Тора упоминает семь пророчиц) не предсказывает; а предупреждает.

Нельзя сказать, что пророки были наделены даром благословлять или проклинать людей. Этой способностью обладал Бильам, но не Йешаягу или Ирмеягу. У евреев благословение дают священники, а не пророки.

Пророки обладали несколькими уникальными качествами. Первое — это их чувство истории. Они стали первыми людьми на земле, которые увидели в истории Б-га. Мы склонны воспринимать присущее нам чувство времени как нечто само собой разумеющееся. Время существует. Оно течет. Как гласит афоризм, Б-г создал время для того, чтобы с нами не случилось все одновременно. На самом деле существует несколько вариантов отношения ко времени и различные цивилизации и культуры трактовали его по-своему.

Существует время циклическое: это неторопливая смена времен года, или цикл рождения, роста, болезни и смерти. Циклическое время имеет непосредственное отношение к функциональному времени природы. Некоторые деревья живут дольше других; а жизнь большинства насекомых коротка; но, так или иначе, все живое однажды умирает. Биологический вид выживает, но конкретные его представители — нет. В Коэлет упоминается самое известное определение циклического времени с точки зрения иудаизма: «Солнце всходит и солнце заходит, и опять на востоке встает, ветер мчится на юг и на север, чтобы снова уйти в полет, чтобы восток облетев и запад, возвратиться на круги своя... Все, что будет, когда-то было, и не раз на стезе земной, что творилось, то и творится, и нет нового под луной».

Существует и линейное время — неизбежная последовательность причин и следствий. Эту концепцию впервые предложил французский астроном Пьер-Симон Лаплас в 1814 году, сказав, что для того, кому «были бы известны все силы, оживляющие природу, и относительное положение всех ее составных частей, вместе со всеми законами физики и химии, не осталось бы ничего, что было бы для него недостоверно, и будущее предстало бы перед его взором». Карл Маркс использовал эту идею применительно к обществу, создав концепцию исторического материализма.

Время также может рассматриваться как простая последовательность событий, в которую не заложена никакая идея. Такую трактовку впервые предложили древнегреческие мыслители Геродот и Фукидид.

У каждой из концепций времени есть свое место применения: у одной в биологии, у второй в истории, у третьей — в физике; но ни одна из них не подходит под определение времени в понимании пророков. Они рассматривали время как сцену, на которой разворачивается великая драма отношений Б-га с человечеством вообще и с еврейским народом в частности. Если народ Израиля исполняет свою миссию и хранит данные ему заветы, то он процветает. Если же евреи забывают о возложенной на них миссии, то они страдают от преследований и гонений. Именно об этом пророк Ирмеягу неустанно напоминал своим современникам.

Еще одно убеждение пророков заключалось в их вере в нерушимую связь между монотеизмом и этикой. Каким-то образом прорицатели чувствовали — и это прослеживается в их пророчествах, хотя они и не давали развернутых объяснений на этот счет — что идолопоклонство было не просто заблуждением. Оно еще и развращало людей. Идолопоклонство рассматривало мир как множественность сил, которые зачастую вступают в конфликт друг с другом. Победа в этих конфликтах всегда доставалась тем, кто сильнее. Сила побеждала правду. Самые сильные и выносливые выживали в борьбе, слабые же погибали. Эту идею поддерживали Ницше и сторонники концепции социального дарвинизма.

Пророки противились этой идее всеми силами. Для них сила Б-га была вторичной по сравнению с Его праведностью. Именно потому, что Всевышний любит народ Израиля, который Он вывел из Египта, евреи должны быть Ему верны как своему единственному Б-гу, а если они не верны Ему, значит, они будут обманывать и своих ближних. Они будут лгать, обворовывать друг друга и плутовать: в свое время Ирмеягу всерьез сомневался в том, что в Иерусалиме живет хотя бы один честный человек (Ирмеягу 5:1). Евреи станут сексуально распущенными и развратными: «Я насыщал их, а они прелюбодействовали и толпами ходили в дома блудниц. Это откормленные кони: каждый из них ржет на жену другого» (Ирмеягу 5:7–8).

Третья общая черта пророков заключалась в их убежденности в преимуществе этики перед политикой. Удивительно, но пророки не упоминали политику вообще. Да, пророк Шмуэль крайне осторожно относился к монархии, но Йешаягу и Ирмеягу почти ничего не говорили о том, как следует управлять Израилем или Иудеей. Вместо этого они всегда указывали, что сила народа (то есть Израиля/Иудеи) состоит не в военной мощи, а в его моральном поведении и духовности. Если народ продолжает верить в Б-га, никакие силы мира не смогут одержать над ними победу. Если же вера народа иссякает, его не спасет ничего. Как сказал пророк Ирмеягу (и мы читаем об этом в гафтаре к текущей недельной главе), они с запозданием поймут, что их надуманные боги предлагали им мнимую защиту и помощь:

«Говорят дереву: “Ты мой отец”, и камню: “Ты родил меня”. Они повернулись ко мне спиной, а не лицом. И во время бедствия своего говорят: “Приди и спаси нас!” Где же боги твои, которых ты сделал себе? — пусть они встанут, если могут спасти тебя во время бедствия твоего! Ибо сколько у тебя городов, столько и богов у тебя, Иуда» (Ирмеягу 2:27–28).

Ирмеягу, самый пассионарный и гонимый из всех пророков, незаслуженно вошел в историю как предвестник гибели. В первую очередь, он был пророком надежды. Он — человек, сказавший, что народ Израиля будет вечен, как солнце, луна и звезды (Ирмеягу 31:34-36). Он — тот, кто во время осады Иерусалима вавилонянами купил участок земли, таким образом публично продемонстрировав свою веру в то, что после изгнания евреи вернутся: «Ибо так говорит Всесильный, Б-г Израиля: дома, поля и виноградники снова будут покупаемы в этой земле» (Ирмеягу 32:15).

Пророчества Ирмеягу о смерти и надежде не противоречили друг другу: они были двумя сторонами одной медали. Всевышний, приговоривший Свой народ к изгнанию, — тот же Б-г, который вернет евреев в землю Израиля, ибо если Его народ может отказаться от Него, то сам Всевышний от них не откажется никогда. Ирмеягу же мог потерять свою веру в людей, но не в Б-га.

Последними пророками Израиля в эпоху второго Храма стали Хагай, Захария и Малахи. Их предсказания не утратили своей актуальности и сегодня. Люди сохраняют свою верность друг другу только тогда, когда они верны Б-гу. Только открывшись перед превосходящей их силой, они превосходят сами себя. Лишь понимая глубину силы, строящей историю, народ может одолеть тех, кто разрушает историю. Народу Израиля понадобилось много времени, чтобы усвоить эти истины, и еще больше времени прошло, прежде чем евреи вернулись в землю Израиля и вновь оказались на арене истории. Мы же эти истины не должны забывать никогда.

Раввин Джонатан Сакс