Александр Ширвиндт ностальгирует по "коммуналкам-киббуцам"

01.06.2012

Немало повидав на своем веку, народный артист РСФСР Александр Ширвиндт тепло вспоминает время, когда он проживал в коммунальной квартире.

"Кто-то рассказывает, что в коммуналках крыс друг другу в суп подбрасывали, — говорит актер. — Это все вранье. Интриги, конечно, бывали, но была и настоящая коммуна: ребенка оставить, пока занят, можно и похлебки одолжить у соседа, когда прижало... Нормальные такие киббуцы... А в то время у нас с Аркановым была большая страсть — бега. Так вот однажды зимой жена сломала ногу и оказалась в больнице. Дома оставались слепая мать и семилетний Миша, ученик 1 "Б" класса. А я приехал с бегов. Несчастные с проигрыша, мы с Аркашей на морозе выпили водки... Мишке в это время позвонил друг, Хабибулин, сын дворничихи, и они по общему телефону, висевшему в коридоре, стали разговаривать о жизни. Я, сильно уставший и нетвердо стоявший на ногах, зайдя в комнату, наступил на мандариновую корку, словно специально оставленную кем-то на полу. Поскользнулся на ней и, проехав на жопе от двери до слепой матери, врезался в нее, едва не сбив с ног. В ужасе замер. Услышал мамин отчаянный возглас: "Это конец! Ты уже и днем!.." Поняв, что отвечать нечего и незачем, потихоньку забился в угол... В наступившей звенящей тишине был слышен только голос Миши".

"Друг спрашивает: "Ты гулять выйдешь?" — подхватывает эстафету воспоминаний Михаил Александрович. — А один я выйти не мог, меня надо было перевести через дорогу. Оценив ситуацию дома, я сказал: "Нет, меня некому вести: бабка слепая, мать в больнице, а папаша валяется пьяный..."

Самое читаемое

Хроники

Казни ради

Трупы повешенных были сожжены. Прах передали двум агентам госбезопасности. На зимней дороге в пригороде Праги их машина забуксовала. Прах высыпали под колеса, чтобы ехать дальше...

Общество

Еврейка из прошлого

«Муж умирал, и я сказала: “Можно ли мне обнять тебя, хотя я нечиста?” (ибо у меня были месячные, и я не смела коснуться его). Он ответил: “Упаси Б-же, детка, подождем еще немного, и ты очистишься”. Увы, когда это произошло, было уже поздно!»...

Литература

Близнецы в зверинце

Ева начала процесс по сбору свидетельских показаний бывших врачей Освенцима, а потом сообщила, что прощает их, в том числе и доктора Менгеле. Сама власть прощать, по словам Евы Мозес-Кор, делала её сильнее её мучителей, и только прощение помогло ей отрешиться от тягостных воспоминаний,...

Зеев Волков

«Евреев не хоронят сидя»