Главная по математике

09.08.2018

Эйнштейн считал ее главной женщиной в математике. Десятилетиями выбивая себе должность в университете, она заложила основы современной алгебры и доказала множество важных теорем. Ошиблась Эмми Нётер в расчетах лишь однажды – съездив в СССР, она настолько вдохновилась страной, что отправила туда своего брата. Его вскоре расстреляли – якобы за шпионаж.

Ровно 100 лет назад, летом 1918 года, на семинаре Геттингенского математического общества была представлена теорема, которой суждено было стать важнейшим инструментом в математической и теоретической физике. Объяснить ее весьма непросто, но общая формулировка гласит, что «каждой непрерывной симметрии физической системы соответствует некоторый закон сохранения». Доказала эту теорему Эмми Нётер – ее именем эта теорема сейчас и называется. Это было далеко не первое и не последнее изящное доказательство, предложенное этим математиком. Тем не менее считается, что если бы даже Нётер отошла от науки в день опубликования теоремы, она уже заслужила бы бессмертие.

Эмми Нётер родилась в Эрлангене 23 марта 1882 года и была старшим ребёнком в семье выдающегося математика и профессора Макса Нётера и его жены Иды Кауфман. Макс Нётер плодотворно занимался алгебраической геометрией, в 1870-е годы доказал несколько теорем, но затем посвятил себя одному лишь преподаванию. Двое братьев Эмми рано умерли, третий – Фриц, о котором мы упомянем чуть позже, стал известным немецким математиком, перебравшимся затем в СССР. Но если с Фрицем занимались математикой с ранних лет, то о научной карьере дочери в семье даже речи не вели.

Эмми играла на фортепиано и изучала языки. В 1900-м, сдав экзамены, стала сертифицированным преподавателем английского и французского языков. Но до преподавания дело не дошло. Вместо этого она в качестве вольнослушательницы стала посещать лекции по математике, германистике и истории в университете Эрлангена. Женщины могли учиться в немецких вузах, но каждый профессор должен был дать разрешение на посещение его курса. Учитывая статус отца Нётер, Эмми могла посещать любой курс – никто бы ей не отказал. Вот только все понимали, что карьерных перспектив в академической среде у девушки очень мало: женщинам запрещалось занимать какие бы то ни было должности в университетах.

Сложности Нётер не пугали. Прослушав лекции в университете Эрлангена и сдав экзамен на аттестат зрелости в Нюрнберге в 1903 году, она отправилась в Гёттингенский университет, где на протяжении двух лет слушала лекции Блюменталя, Гильберта и Клейна. Вернувшись затем в родной Эрланген и защитив там докторскую диссертацию, Эмми почти десять лет проработала в том же университете фактически без должности и зарплаты. При этом она руководила несколькими докторантами, подменяла лекторов и занималась собственными исследованиями. В 1909-м она получила первое признание научного мира, став членом Немецкого математического общества, а в 1915-м – по приглашению Давида Гильберта и Феликса Клейна – приступила к работе в Геттингенском университете.

Гильберт и Клейн рассчитывали обеспечить ей должность приват-доцента, однако университетский Сенат отказал Эмми в этом «из-за неисполнения формальных правил». Имелось в виду утвержденное в 1908 году положение, согласно которому приват-доцентами могли быть только мужчины. Согласно легенде Гильберт, несогласный с этим решением, отправился тогда к министру культуры, но вновь получил отказ. Тогда он заявил, что университет – не баня, и пол не может являться препятствием к занятию должности приват-доцента. Была подписана – и не одна! – коллективная петиция, доказывавшая право Нётер на эту должность, но результат оставался неизменным.

Так, восхищая коллег-мужчин своим умом, Эмми продолжала работать без официальной должности и зарплаты – находясь на полном обеспечении отца. Впрочем, увлеченность наукой просто не оставляла времени для сетований. Эмми читала лекции от имени других профессоров, но только к ней в аудиторию было не протолкнуться. В 1919 году, уже в эпоху Веймарской республики, она наконец-то стала приват-доцентом, а еще четыре года спустя, когда самой Нётер уже было больше 40 лет, университет «наградил» ее титулом внештатного профессора.

К этому времени среди специалистов она уже по праву считалась основоположником современной алгебры. Она вела семинары, на которые специально приезжали учёные из разных стран. Посещали эти семинары и советские математики, такие как Павел Александров, Отто Шмидт, Владимир Степанов и другие. Именно Александров предложил Эмми Нётер приехать в Москву и прочитать цикл лекций.

Нётер приняла приглашение и зимний семестр 1928-1929 года работала в МГУ. Она преподавала абстрактную алгебру и алгебраическую геометрию, а параллельно работала над различными исследованиями совместно с Александровым. Он мечтал перетащить ее в Москву навсегда. И с 1933 года, когда Нётер пришлось покинуть Германию, активно пытался выбить для нее кафедру в МГУ. И несмотря на то, что его усилия были безуспешными, они вместе продолжали переписку о возможности её переезда в Москву почти до самой смерти Эмми.

В 1932-м Эмми получила Мемориальную премию Альфреда Акермана-Тойбнера за распространение математических знаний. Но пришедшие в 1933 году к власти нацисты не посчитались с ее математическими достижениями, лишив права преподавания в университете. На момент увольнения из Гёттингенского университета на столе Нётер уже лежали несколько приглашений из различных учебных заведений. Выбрав между ними, Нётер эмигрировала в США, получив гостевой контракт на преподавание в элитном женском колледже Брин-Мар в штате Пенсильвания. А с февраля 1934 года она стала читать еженедельные лекции в расположенном неподалеку Принстонском институте перспективных исследований.

Ещё до отъезда из Германии Эмми просила Павла Александрова, ставшего к тому времени член-корреспондентом АН СССР, помочь брату Фрицу выбраться из нацистской Германии в советскую Россию. В конце января 1934 года Фриц сообщил, что получил из России приглашение в недавно открывшийся Томский институт математики и механики. Фриц пожелал увидеться с сестрой перед отъездом в СССР, и Эмми, несмотря на все предостережения, под статусом иностранного ученого оправилась в Геттинген. Провожая брата, Нётер долго рассказывала, как силен Советский Союз в науке, как хорошо там живется ученым. Фриц отмахивался – дескать, знаю и сам. Через семь лет, в сентябре 1941 года, Фрица обвинят в шпионаже в пользу Германии и расстреляют в городе Орле.

Причиной ареста Фрица стало необдуманное решение участвовать в Международном математическом конгрессе, который в 1936 году проводился в столице Норвегии Осло и на который не пустили ни одного советского математика. Желание встретиться с коллегами, которых он не видел несколько лет, привело к тому, что Фриц отправился на конгресс по сохранившемуся у него немецкому паспорту. Чем обернется такая самовольная поездка в страну, в которой к тому же в то время жил злейший враг Сталина – Троцкий, Фриц Нётер вряд ли мог себе представить.

О печальной судьбе брата Эмми Нётер узнать было уже не суждено. Она скончалась 14 апреля 1935 года в возрасте 53 лет через несколько дней после операции, связанной с обнаруженным у нее онкологическим заболеванием. В те дни в память о «величайшей женщине в математике» в учебных заведениях по всему миру прошли лекции, посвященные ее жизни и научному творчеству. О Нётер написал в New York Times и Альберт Эйнштейн: «…как считают наиболее компетентные современные математики, фрейлейн Нётер продемонстрировала в своем математическом творчестве столь высокую степень гениальности, какой с тех пор, как женщины обрели право на высшее образование, не удалось достичь никому».

Комментарии

Самое читаемое

Хроники

Казни ради

Трупы повешенных были сожжены. Прах передали двум агентам госбезопасности. На зимней дороге в пригороде Праги их машина забуксовала. Прах высыпали под колеса, чтобы ехать дальше...

Общество

Еврейка из прошлого

«Муж умирал, и я сказала: “Можно ли мне обнять тебя, хотя я нечиста?” (ибо у меня были месячные, и я не смела коснуться его). Он ответил: “Упаси Б-же, детка, подождем еще немного, и ты очистишься”. Увы, когда это произошло, было уже поздно!»...

Литература

Близнецы в зверинце

Ева начала процесс по сбору свидетельских показаний бывших врачей Освенцима, а потом сообщила, что прощает их, в том числе и доктора Менгеле. Сама власть прощать, по словам Евы Мозес-Кор, делала её сильнее её мучителей, и только прощение помогло ей отрешиться от тягостных воспоминаний,...