Первый день

19.02.2001

Мало кто из израильтян, служивших в армии, забывает день их призыва. Потому что этот день всегда сопровождается очень сильными переживаниями и эмоциональным стрессом. Армия — это нечто, о чем каждый израильский юноша и девушка слышат со дня своего рождения, всю юность и в течение всех лет учебы в школе. Это нечто, чего ты ждешь (как ни иронично это было сказано) так много времени и наконец ЭТО свершается. Естественно, непосредственно перед призывом все поют и говорят, что не хотят призываться потому что будет сложно (а кто не боится сложностей?), но в глубине души желание ни капельки не изменяется, а наоборот дает о себе знать адреналин.

С того момента, как ты поднимаешься в автобус, который везет тебя на призывной пункт (на иврите он называется "Бакум"), ты становишься имуществом армии. У тебя нет имени — у тебя есть личный номер, (сначала это номер паспорта, но через пару часов, у тебя будет твой личный номер который остается с тобой последующие 3 года).

Как только ты попал на Бакум, на тебя сразу же начинают орать солдаты и офицеры, занимающиеся процессом регистрации. Им совсем не важно, прав ты или нет, даже делай так, как тебе прикажут, все равно будут кричать — это их должность. Замучить тебя с первых же минут — естественно, у них это получается потому что никто из новобранцев совсем не понимает чего хотят от них эти кричащие. Но самое интересное что сами кричащие солдаты не понимают того о чем кричат, но это приказ. Я помню, нас завели в начало длинного ангара. Этот ангар я прозвал "инкубатор", потому что как в инкубаторе нечто одно — яйцо выходит чем-то совсем другим — птенчиком, так и здесь: входишь гражданским абсолютно свободным человеком, а выходишь солдатом в форме с личным номером, с огромным количеством обязанностей и малым количеством прав. А все началось с того, что мне дали большой лист, на котором было много одинаковых наклеек, на каждой из которых отпечатан мой личный номер ( в последствие, я должен был оставлять на каждой пройденной "стоянке", по одной наклейке).

Первая "Стоянка" заключалась в открытии банковского счета ( для тех у кого он еще не открыт к тому времени). Нам было предоставлено на выбор 3 центральных банка Израиля, в одном (демократия!) из которых, каждый, кому это было нужно, должен бы открыть счет. Вы наверное спросили себя, а зачем счет, ведь армия не наемная, а обязательная. Так вот в израильской армии, каждый военнослужащий получает зарплату. Зарплата варьирует у срочников в зависимости от рода войск и от степени риска (чем опаснее, тем безусловно выше), а у офицеров и прапорщиков в зависимости от чина, должности и все того же риска. У срочников, даже в боевых войсках зарплата гораздо ниже минимального прожиточного уровня в стране, но для солдата, который находится в армии "на всем готовом" и приходит в увольнение один раз в 3-4 недели, этого вполне достаточно.

Далее мы примеряли противогаз ( размер каждого занесен в компьютер). Затем у меня в первый раз в жизни и — надеюсь, в последний — брали отпечатки пальцев. Каждый военнослужащий имеет удостоверение — военный билет (на иврите "хотер"). Этот хотер выглядит наподобие магнитной банковской карточки, он так же имеет сзади магнитную ленту, на которой записана вся информация о солдате, и в случае надобности, военная полиция может ей воспользоваться. На этой карточке, имеется так же компьютерная фотография владельца. В фотографировании и заключалась моя следующая "остановка". Далее следовала самая "больная остановка". Это уколы и прививки. Я помню, что стоял в длинной очереди новобранцев, а когда подошел мой черед, мне просто без всяких предупреждений вкололи одновременно 2 укола, в правую и левую руку, какими-то очень странными шприцами. Потом лежа, мне был сделан еще один укол в ...., после которого я как и все другие не мог сидеть дня четыре.

Следующее, что мне пришлось пройти в этой цепочке, было собеседование, в котором подтверждались все мои личные данные. Так же имел место не очень приятный вопрос: кому сообщать в случае, если со мной что-либо случится непоправимое, и кому завещать все мои личные вещи и сбережения.

На всем пути этого сумасшедшего дня меня сопровождала та самая папка, которая была открыта на мое имя в мое первое появление в военкомате двумя годами ранее. Конечным пунктом было получение военного обмундирования и формы. Сначала, я получил огромный вещмешок (в армии он называется "кидбэк"), в который начали закладывать разные вещи, такие как станок для бритья, мыло и разные другие гигиенические принадлежности.

Далее я получил форму. В нашей армии несколько видов формы. В зависимости от рода войск тебе выдают соответствующую форму. Имеется 4 различных цвета. Сухопутные войска получают зеленую форму с пилотками различного цвета (зависит от подразделения); военно-воздушные силы — серую форму с такой же пилоткой, а военно-морской флот — светло бежевую форму с черной пилоткой и вдобавок еще парадную — белую. Я попал в ВМФ и получил соответствующую форму. И вот в момент одев форму, я почувствовал себя полноценным солдатом израильской армии.

На этом завершился "инкубатор".

На дворе уже был вечер. Нас разделили на группы, к каждой группе был приставлен командир. После ужина все надеялись что нас отпустят отдыхать, но не тут-то было. Все только начиналось.

С кидбэком на плечах, вес которого составлял как минимум 15 килограмм, мы начали абсолютно бесцельно бегать. Все это сопровождалось истерическими криками командиров.

Я вспоминаю, как примерно 250-300 человек, в том числе и меня выстроили на огромной площадке и приказали стоять с кидбэком на плечах, в гробовой тишине и не двигаться. Тот кто нарушил данный приказ, был наказан.

Наказание заключалось в N-ном количестве отжиманий или в беге или еще хуже — в стоянии с вещмешком на вытянутых руках в течение определенного времени (сколько командиру захочется). Самое интересное, что все командиры вовсе не были офицерами, а простыми солдатами, которых призвали в армию несколько месяцев раньше нас. Все эти издевательства продолжались до глубокой ночи, после чего был отбой. По уставу израильской армии в каком бы месте или на каком задании не находился бы солдат, ему положено 6 часов сна в сутки.

На утро началось распределение у офицера из отдела кадров. Так как я проходил спецотбор еще до армии в морфлот, то я автоматически был туда направлен. Но помимо этого, в армии имеется очень широкий выбор профессий.

Каждый солдат в зависимости от его возможностей, желаний и от потребности армии, может быть направлен на определенные курсы. Имеются различные курсы как для боевых род войск, так и для тыла. Как правило, специальности которые можно получить в боевых войсках, в гражданской жизни не используются, потому что они включают в себя в основном навыки при использовании различных видов оружия и другой военной техники. Но тем не менее, солдат проходящий службу в тылу, получает хорошую профессиональную подготовку, которая может пригодиться ему в дальнейшем. Например, можно учиться на профессионального водителя или стать механиком и электриком, поваром или строителем. Заниматься в сфере разработок высших технологий и электроники. Компьютеры так же занимают очень важную роль, и при принятии на работу в гражданском секторе, предпочтение отдают людям служившим в этой области, так как обучение происходит на очень высоком уровне.

С Бакум меня, как всех новобранцев отправили на курс молодого бойца, который длился пару месяцев.

Но об это в следующий раз.