Первый раз в израильский класс

01.09.2015

Сегодня начался новый учебный год, и порог израильских школ впервые переступили 2900 школьников-репатриантов. Какие предметы им будут в новинку, зачем их научат «лезть с вопросами», почему многие так и не узнают, кто такие Александр Македонский и Юлий Цезарь, а также сколько из них вообще не смогут закончить школу. Об этом и многом другом Jewish.ru рассказали психолог одной из школ в Тель-Авиве и студент педагогического колледжа в Иерусалиме.

По данным Министерства алии и абсорбции, число учащихся-репатриантов в этом году побило все рекорды. Если в прошлом году в израильские школы впервые пошли 1900 детей-репатриантов, и это было максимальным показателем за долгие годы, то этой осенью таких детей стало уже на тысячу больше. Второй год подряд самое большое число репатриантов-школьников прибыло в Израиль из Франции – 1150 человек. Однако немало и русскоязычных детей: из Украины и России в Израиль в этом году переехали 970 школьников. Мы решили попросить консультанта по вопросам педагогики рассказать, с какими проблемами они столкнутся и кто им поможет их разрешить, а студента педагогического колледжа оценить, насколько в целом велика разница в израильской и российской системах образования.

Доктор Зак, консультант по вопросам педагогики в школе

В «русской общине» в Израиле есть огромная разница между детьми-«сабрами», родившимися уже здесь, «полуторным поколением», приехавшим вместе с родителями в детстве, и теми, кто репатриировался только что, а значит, иврит знает кое-как. Но есть у них всех и нечто общее – почти все «русские дети» безусловно верят, что получить образование очень важно. При этом я часто вижу, что дети перенимают веру в ценность знаний у родителей, но сами не всегда понимают, зачем им нужна учеба. Информация чаще всего ими воспринимается пассивно. В особенности это касается детей, которые совсем недавно в стране.

Между тем, в Израиле-то как раз важно не выучить наизусть и повторять, важно быть инициативным и предлагать свои идеи. В обычных российских школах этому не учат. Наоборот, приходится работать с приехавшими из России учениками, показывать им, что проявлять активность на занятии и «лезть с вопросами» – это совсем не стыдно.

В израильской школе у ребенка гораздо больше самостоятельности, чем в российской. В 14 лет он уже выбирает специализацию и уровень сложности обучения предметам, в 16–18 лет сдает по восемь экзаменов каждый год. В местных школах очень большая нагрузка. При этом, опять же, упор делается не на пассивное получение информации, а на самостоятельную активную работу. Учеников учат быстро адаптироваться к меняющимся условиям, работать в команде, делать проекты – самим искать ответы, а не получать уже готовые.

«Русским» детям в основном тяжело привыкнуть к такой системе преподавания. Они теряются, не знают, как справиться с некоторыми ситуациями, часто к букету проблем добавляются трудности с языком. Только что репатриировавшихся детей отправляют сразу в обычный класс израильской школы, но, как правило, на год младше, чем они учились. На математику и английский такой ученик, например, ходит со всеми, а вместо гуманитарных предметов – в ульпан на уроки иврита. В результате дети могут чувствовать себя отстающими, у них возникает стресс, особенно если они привыкли хорошо учиться. Кто-то преодолевает эти сложности, но есть и большой, я бы сказала, огромный процент «русских» детей, которые начинают прогуливать занятия и бросают школу, так и не получив аттестата.

Это объяснимо – с этим бывает тяжело справиться даже взрослым, что же говорить о детях? Но среди израильских педагогов распространено мнение, что дети всё же гораздо более гибкие создания, чем взрослые, так что им легче, чем их родителям, привыкнуть к быстро меняющейся реальности. Да и статистика последних лет говорит, что несмотря на все сложности в адаптации к школьному образованию, почти три четверти всех поступивших на самые престижные, технические факультеты израильских вузов – это выходцы из бывшего СССР.

Елена Миронова, студентка педагогического колледжа в Иерусалиме

Израильская и российская системы образования отличаются довольно сильно. В любой израильской школе – как религиозной, так и светской – есть занятия Танахом (принятое в иврите название Священного Писания, акроним трех сборников священных текстов в иудаизме. – Прим. ред.). Отказаться от его изучения нельзя, также как и избежать сдачи выпускного экзамена по этому предмету. В России, несмотря на недавние попытки ввести в школах курсы по основам православия, ислама и даже иудаизма, религия играет гораздо меньшую роль в образовании.

Также в израильских учебных заведениях есть некоторые предметы, представить себе которые в российских школах просто невозможно. К примеру, у моих младших учеников в школе есть курс «мафтеах ха-лев», что в переводе означает «ключ сердца». На этих занятиях учат общаться друг с другом и избегать конфликтов. Наука, конечно, важная, но за счет таких занятий уроки у десятилетних детей продолжаются до трех часов дня, а то и дольше. А ведь, приходя домой, они еще должны делать домашние задания, которых тоже немало.

При этом, несмотря на огромное число учебных часов, общий уровень образования в Израиле довольно низкий. Мои однокурсники по педагогическому колледжу после благополучно оконченной школы не знают, кто такие Александр Македонский и Юлий Цезарь – хотя они оба связаны с историей Земли Израиля. Книг эти будущие учителя не читают, композитора Моцарта не знают, что такое цветовой спектр – даже не догадываются. Люди они очень приятные и никогда в жизни не повысят голос на детей, но широтой кругозора не отличаются.

Ученикам младшей школы, бейт сефер йесоди, на мой взгляд, гораздо больше пользы приносят кружки, а не школьные уроки. Кстати, посещение большого числа дополнительных занятий – характерная особенность «русских» семей. Дети репатриировавшихся из стран бывшего СССР родителей ходят на фортепьяно, физкультуру, лепку, занятия анимацией, русский язык. Последнее, как правило, по инициативе родителей, которых беспокоит, что ребенок не сможет разговаривать с бабушками и дедушками. Русский язык в Израиле можно даже учить в средней школе – если родители проявят настойчивость и потребуют от дирекции введения такого предмета в расписание. Но родители, как правило, разбираться со школой не хотят и предпочитают обратиться к частному преподавателю.