Тотальное еврейство

10.08.2015

Не верить, но соблюдать субботу – просто чтобы расслабиться и провести время с семьей. Не верить, но ходить в синагогу – и так обрести друзей и поддержку. Не верить, но учить Талмуд – так как нет ничего более занимательного, чем следовать за мыслью великих. Всё больше людей в мире воспринимают иудаизм как идеальный образ жизни, но остаются при этом атеистами.

На прошлой неделе в израильском издании Haaretz появилась колонка-откровение Бенджи Кэннона. В ней мужчина честно рассказывает, что, несмотря на детство, проведенное в еврейской общине, в которой он молился трижды в день, накладывал тфилин и употреблял только кошерную пищу, с годами он перестал верить в существование Б-га. «Переломным моментом стало изучение курса еврейской истории в девятом классе школы. Этот предмет преподавал не раввин, а ученый-антрополог, который пытался доказать нам, что Тора писалась множеством разных людей на протяжении сотен лет, – описывает свой путь к атеизму Кэннон. – Это стало настоящим вызовом для сложившейся в моей голове системы взглядов – ведь я с детства знал о божественном происхождении Торы, однако, услышав из уст преподавателя такие у слова, я начал сомневаться».

Затем Кэннон перечитал всех «новых атеистов» (современное философское течение, которое не просто отрицает наличие Высшей силы, но считает веру болезнью). А после такого чтения он стал скептически относиться к существованию Б-га, иудейским традициям и обрядам. Тем не менее, к его большому удивлению, отказаться от соблюдения у него не вышло. «Оказалось, что я куда как сильнее, чем думал изначально, ценю свое еврейское воспитание, – пишет Кэннон. – Мне нравится читать книги об иудаизме. Я люблю отмечать еврейские праздники: они сближают меня с моей страной, которой я горжусь, с людьми вокруг. Я долго думал, почему, даже став атеистом, я не смог отказаться от соблюдения еврейских традиций? И осознал, что иудаизм упорядочивает мою жизнь, придает ей респектабельность. А кроме того, он незаменим, когда я попадаю в сложное положение и нуждаюсь в помощи».

Когда близкий человек, не дай Б-г, умирает, приводит пример Кэннон, по еврейской традиции следует сидеть шиву – семидневный траур, и в этот период вся община по очереди приходит поддержать семью ушедшего. Причем не только морально, но помочь и во вполне житейских вопросах: посмотреть за маленькими детьми, сходить за продуктами, приготовить обед. «Есть Б-г или нет – я не знаю, но я не могу представить себе лучшей поддержки, чтобы справиться с утратой, – пишет Кэннон. – Когда такое случается у кого-то в общине, я всегда стараюсь помочь, поскольку рассчитываю на аналогичную помощь, когда она потребуется мне самому».

Конечно, признает Кэннон, сейчас он не соблюдает еврейских традиций во всей их полноте: перестал ежедневно молиться, не так строго следует законам кашрута. «Всё потому, что теперь я практикую иудаизм для себя, а не для Б-га. Я отмечаю праздники, потому что они дают повод побыть вместе с семьей, обсудить важные вопросы. Мне нравится изощренность всех аспектов иудаизма, охватывающих любые стороны жизни, – пишет он. – И я не вижу никакого парадокса в том, что можно продолжать соблюдать иудейские традиции, даже не веря в Б-га. Отсутствие веры в Б-га никак не повлияло на мою вовлеченность в жизнь еврейской общины».

Откровение Бенджи Кэннона – лишь один из множества примеров, что еврейские традиции и обычаи, столетия служившие поводом для насмешек, в последнее время всё больше получают распространение среди неверующих и даже у неевреев.

Пожалуй, началось всё с осознания если не религиозной, то моральной и физической потребности в шаббате. Так, римский поэт Ювенал насмехался над соблюдением шаббата, объяснял его склонностью к безделью, а через несколько столетий мода на выходной день охватила всю Римскую империю. В наше время, когда насыщенный график и цифровые технологии не оставляют никому времени ни на себя, ни на семью, ни на мысли о вечном, еврейское почитание субботы как дня, свободного от работы и решения бытовых проблем, тем более воспринимается как мечта, к которой многим хочется устремиться. День, в который можно достичь, если не связи с Б-гом, так, по крайней мере, спокойствия, умиротворения, гармонии с самим собой. «Что может быть лучше, чем соблюдать шаббат?! – говорила Иванка, дочь миллиардера Дональда Трампа, когда в 2008 году только начинала встречаться со своим будущим мужем, владельцем американского издания New York Observer Джаредом Кушнером. – С вечера пятницы до вечера субботы мы ничего не делаем, не подходим к телефонам, просто проводим время друг с другом. Это же в наше время сказка, мечта, идеальные отношения».

Помимо моды на шаббат, всё большее распространение в мире получает и мода на обрезание. Если эллины считали обрезание уродованием тела, то в XX веке оно наконец признано вполне рациональной гигиенической процедурой, этакой вакцинацией против всевозможных инфекций. В 2012 году Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) даже постановила, что обрезание значительно снижает риск получения ВИЧ-инфекции для обрезанных мужчин, а также риск рака шейки матки у их половых партнерш. По данным ВОЗ, доля обрезанных мужчин в мире перевалила за 33%.

В начале этого века на пьедестал популярности была возведена кошерная пища. На волне повальной озабоченности здоровым образом жизни многие стали отдавать предпочтение кошерным продуктам, считая их более здоровыми и натуральными. Мясо и молоко – только от 100% здоровых животных, взращиваемых и забиваемых особым образом так, чтобы животное не испытывало ни боли, ни страха. Фрукты и овощи – без червоточин и не дай Б-г личинок или самих червячков и насекомых. Сложные продукты – опять же из первосортных компонентов, произведенных под строгим надзором: ни одна светская система контроля качества не сравнится с системой контроля кашрута. Вот почему многие, не имеющие никакого отношения ни к еврейству, ни к иудаизму, стали, даже несмотря на ощутимую разницу в цене, покупать в основном кошерные продукты, ходить в кошерные рестораны, заказывать кошерную еду в самолетах.

Мода на кошерное питание пока лишь усиливается: всё больше продуктов в супермаркетах по всему миру идет со знаком экшер, всё больше появляется в мире кошерных забегаловок, кафе и ресторанов. «Миллионы неевреев употребляют кошерную еду, которая дороже, но качественнее, чем любая другая, – пишет известный кулинар-еврей Уриэль Штерн. – Конечно, есть рестораны органической еды и дорогие японские рестораны с только что выловленной свежей рыбой, но они не для массового спроса. Кошерные рестораны более доступны. Соотношение цена-качество при должном продвижении дает основу колоссальной популярности кошерной еды в мире».

А вслед за модой на субботу, обрезание и кошерное питание пришла мода и на изучение Торы. Даже атеисты всё чаще говорят, что Тора и Талмуд обучают человека учебе как таковой, помогают задавать нужные вопросы, искать ответы на них, видеть во всем смысл и строить свою дорогу в соответствии с ним.

Илья Бец