Королева русского авангарда

27.01.2020

В её дом в Киеве захаживали Ахматова, Малевич и Мандельштам, в Париже с ней дружил Пикассо. Она с лёгкостью создавала декорации для камерного театра и парадную форму для Красной армии. Сейчас картины авангардистки Александры Экстер стоят миллионы.

«Эти три замечательные женщины всё время были передовой заставой русской живописи и вносили в окружавшую их среду тот воинственный пыл, без которого оказались бы немыслимы наши дальнейшие успехи». Так в 1933 году поэт-футурист Бенедикт Лившиц отзывался о Наталье Гончаровой, Ольге Розановой и еще одной «амазонке, скифской наезднице» русского авангарда – Александре Экстер.

Творчество этой художницы, сформированное под влиянием кубизма, футуризма и конструктивизма, было многогранно. Она известна как живописец и мастер декоративно-прикладного искусства. Как театральный художник она радикально изменила декорации и костюмы. Их вместе с ее подругой Соней Делоне считают также основателями стиля арт-деко. Авангардные идеи вспыхивали в ее голове даже при разработке дизайна рабочей одежды и парадной формы для Красной армии.

Ее считают «русской» – при том что по матери она была гречанкой. А вот ее отец Александр Аврамович Григорович, предприниматель из Белостока Гродненской губернии, имел еврейские корни. И несмотря на ассимиляцию, к обеденному столу в доме Александры Экстер – будь он в Киеве, Москве, Петербурге или Париже – подавались в основном блюда еврейской кухни.

Александра родилась в январе 1882 года в Белостоке. Вскоре после ее рождения семья переехала в Киев – там прошли детство и юность девочки. Окончив гимназию, в 1901 году она поступила в Киевское художественное училище. После третьего курса Александра вышла замуж за известного адвоката Николая Экстера, состояние которого позволило ей продолжить обучение за границей. По окончании училища в 1907 году она переехала в Париж для учебы в частной художественной академии «Гранд Шомьер» на Монпарнасе.

В Париже Ани, как называли ее на французский манер новые друзья, открыла мастерскую, в которую впоследствии приезжала работать по несколько раз в год вплоть до 1914-го. Быстро вписавшись в художественную жизнь города, она дружила с Пабло Пикассо, Жоржем Браком и Фернаном Леже. Она выставлялась на Салоне Независимых, выставке «Золотое сечение» и «Первой международной футуристической выставке», прошедшей в Италии в 1914 году.

Каждый приезд художницы в Киев превращался в событие для российских авангардистов. Экстер, привозившая новые художественные идеи, статьи, фотографии и оригиналы работ европейских художников, была для них связующим звеном с прогрессивным Парижем. Центром авангардного искусства того времени стала киевская квартира Александры, в которой бывали Ахматова, Мандельштам, Малевич, братья Бурлюки и другие. На родине Экстер также активно участвовала в выставочной деятельности и была членом художественных объединений «Бубновый валет» и «Союз молодежи». В 1915 году она присоединилась к группе Казимира Малевича «Супремус» и была единственной, кого тот пускал в свою мастерскую во время работы над своими полотнами.

Но к какому бы объединению ни примыкала Экстер, в искусстве она всегда шла своим путём, создавая свой стиль абстракции. Практически избежав воздействия супрематизма, она сумела трансформировать часть его концепций в прикладном народном искусстве. В 1915-м она стала художественным руководителем артели «Вербовка», воплотив свое видение супрематизма в вышивных орнаментах – тогда она подготовила коллекцию из 400 предметов одежды и обуви. Выставки народной вышивки с огромным успехом прошли тогда в Киеве, Москве, Берлине, Париже и Нью-Йорке.

Очень ярко Экстер проявила себя и в театральной среде, когда в 1916-м Александр Таиров пригласил ее работать в Московский Камерный театр в качестве сценографа. Именно Экстер предложила задействовать все пространство сцены: не украшать лишь задний план, а сделать сцену многоуровневой, на каждой из конструкций которой могли одновременно проходить разные события – так называемый прием «вертикальной сцены». На сцене Камерного она поставила три спектакля: «Фамира-кифаред», «Саломея» и «Ромео и Джульетта». Для них Экстер создала ослепительные декорации и костюмы, дополнением к которым служил яркий грим актеров. Пожалуй, это была одна из первых презентаций боди-арта не только в России, но и в мире. И именно Экстер предложила использовать свет для создания различных эффектов и подчеркивания игры актеров, фактически еще тогда переквалифицировав просто светомонтеров в режиссеров-осветителей. Сценографией Экстер будет заниматься всю жизнь, но уже с момента работы в Камерном ее стали звать «Пикассо сценографии», а созданное ею на сцене – «праздничным парадом кубизма».

Еще одной из значимых оформительских работ в портфолио Экстер стал фильм Якова Протазанова «Аэлита» – по одноименному фантастическому роману Алексея Толстого. Экстер тогда создала тщательно продуманные для черно-белого фильма футуристические костюмы из металла, фольги, стекла и тканей, которые затем демонстрировались на многих европейских выставках.

В 1923 году в сотрудничестве с Верой Мухиной Экстер оформила павильоны «Известий ЦИК и ВЦИК СССР» и «Красной нивы» для 1-й Всероссийской выставки в Москве, а в 1924 году она приняла участие в оформлении советского павильона на XIV Международной биеннале искусств в Венеции. Затем она отправилась в Париж для работы на Всемирной выставке декоративных искусств «Арт-деко». На родину она уже не вернулась.

Окончательно перебраться во Францию Экстер пыталась и раньше. Еще в 1919-м, спасаясь от Гражданской войны, она уехала из Киева в Одессу, надеясь сесть на один из кораблей, отправлявшихся за границу. К тому времени ее муж уже умер, скончались и родители. Спор из-за наследства со свекром лишил не только средств к существованию, но и большей части ее картин, оставшихся в Киеве и потом бесследно пропавших. Уехать тогда не получилось, избежать ужасов Гражданской войны ей тогда помогло лишь вышеупомянутое приглашение в Москву от Александра Таирова. Все последующие годы Экстер грезила Францией – и наконец туда и эмигрировала со своим вторым мужем, актером Александром Некрасовым.

Известность Экстер позволила ей сразу же устроиться в Академию современного искусства, где она вела курсы сценографии, театрального искусства и композиции в живописи. Помимо этого Экстер оформляла балетные постановки, занималась дизайном квартир, разрабатывала и исполняла проекты декораций для театра и кинематографа, создавала рукотворные книги, увлекалась гончарным искусством. Ее работы были представлены на крупнейших международных выставках: «Круг и квадрат», «Кубизм и абстрактное искусство», «Искусство театра» и «Современное французское искусство».

После смерти своего второго мужа Александра Экстер жила очень уединенно в Фонтене-о-Роз возле Парижа – там она и умерла в 1949 году. Наследником ее работ стал художник Симон Лиссим – эмигрант из России, сын банкира, с которым она была знакома еще в Киеве и дружила в Париже. Вторая мировая война и еврейские корни вынудили его уехать из Франции в Соединенные Штаты в 1941 году, но на протяжении всей оккупации Парижа он поддерживал Экстер, отправляя ей посылки и деньги. Часть творческого наследия он распределил затем по музеям США, другую продал в частные коллекции.

А буквально два года назад аукционный дом Sotheby’s привез в Москву редкую коллекцию парижских работ Александры Экстер 1930-х годов. Представленные произведения хранились у потомков сефардского еврея и предпринимателя Инно Эзратти, с которым художница познакомилась после своего переезда во Францию. Как оказалось, до войны он брал у нее уроки живописи, а все годы немецкой оккупации Экстер укрывала его в своем доме, спасая от ареста и последующей отправки в концлагерь. После войны благодарный Эзратти снимал для нее студию в Париже и покупал ее картины, одна из которых – «Карнавал в Венеции» – в ходе аукциона была продана за солидные 321 тысячу фунтов стерлингов.

Самой же дорогой из проданных работ Александры Экстер на сегодняшний день является полотно «Венеция» из коллекции Лиссима: 30 ноября 2009 года оно принесло владельцу больше миллиона фунтов стерлингов.

Комментарии