Провокатор с камерой

05.05.2020

Он раздел половину актрис Голливуда и стал пионером провокационной рекламы еще в 90-е. Его почти порнографические снимки продали не одну коллекцию одежды от Hugo Boss и Tom Ford, но в итоге фотографа Терри Ричардсона обвинили в сексуальных домогательствах сразу несколько моделей.

Терри Ричардсон родился 14 августа 1965 года в Нью-Йорке, но первые годы жизни провел в Париже, где его отец Роберт работал фотографом в Vogue. Мать мальчика Норма Кесслер была танцовщицей и всегда прекрасно выглядела, что никак не мешало Роберту ходить на сторону. В 1969 году, когда любвеобильный фотограф закрутил роман с юной актрисой Анжеликой Хьюстон, супруги развелись. Терри остался с мамой.

Спустя год Норма поменяла имя на Энни, вместе с сыном переехала в Вудсток и устроилась официанткой в небольшое кафе. Вскоре она познакомилась со своим вторым мужем, английским музыкантом Джеки Ломаксом, который записывался неподалеку, в знаменитой студии Bearsville. Семья четыре года прожила в Вудстоке, затем год – в Лондоне, после чего осела в Голливуде.

Терри было десять, когда его мать сбила машина. Из комы женщина вышла через месяц, состояние ее было крайне плачевным. О возвращении на работу не могло идти и речи, так что долгое время семья жила на пособие. «С 10 до 14 лет меня кормили любимая бабуля и правительство США», – вспоминает Терри. Вскоре, предоставленный сам себе, он связался с плохой компанией. «В 11 я начал курить травку, к 13 уже пил каждый день. Никто не обращал внимания: наркотики и алкоголь были в доме всегда, в отличие от еды», – рассказывает фотограф.

Такая жизнь не могла не отразиться на психическом здоровье парня: он даже пытался свести счеты с жизнью, проглотив несколько пачек снотворного. Терри выжил, но с новой силой начал налегать на запрещенные вещества, а к 18 годам уже плотно сидел на тяжелых наркотиках. Тогда Ричардсон даже не думал о карьере фотографа: он хотел быть музыкантом, играл на бас-гитаре в нескольких панк-рок-группах.

В начале 90-х в его жизни снова появился отец. Пообещав сделать из Терри «величайшего модного фотографа», Роберт увез его в Нью-Йорк. Полгода отец и сын Ричардсоны работали вместе, делая для журналов Glamour и Mademoiselle «типичные пресные фотографии с гламурными телочками». А затем последовал проект для журнала Vibe, который Терри захотел сделать в одиночку. Роберт фыркнул: «Ни черта у тебя не выйдет», но препятствовать не стал. Серия снимков, сделанных Терри для Vibe, попала на Festival de la Mode в Париже. Для фотографа это стало прорывом.

В 1995 году он сделал серию снимков для рекламной кампании весенней коллекции дизайнера Кэтрин Хэмнетт. Общественность была шокирована: вместо привычных лощеных картинок на страницах журнала Arena красовались девушки в ультракоротких платьях и обтягивающих майках, «изображавшие любовь» с моделями-мужчинами. Коллекцию раскупили за считаные дни, и внезапно все, кто отверг портфолио Терри, назвав его снимки «кадрами из дешевого порнофильма 70-х годов», захотели его себе.

Спустя два года Ричардсон уже был известен всему миру моды: он снимал Миллу Йовович для обложки Vogue Brazil, сотрудничал с Tommy Hilfiger, Hugo Boss и другими брендами. В 1996 году Терри женился на модели Никки Уберти, но это, увы, никак не повлияло на его отношение к противоположному полу. Фотограф частенько проводил съемку в чем мать родила и без стеснения предлагал моделям «более близкое знакомство», которое считал чуть ли не частью творческого процесса. В 1999 году, когда Никки диагностировали рак молочной железы, Ричардсон настоял на разводе, хотя впоследствии утверждал: причиной расставания была вовсе не болезнь жены.

Всемирная известность пришла к Терри в 2001 году, когда он отснял для Sisley провокационную кампанию «На ферме», которую сам называл «деревенским триллером с элементами порнографии». Редакторы глянца не могли взять в толк, как модели Джози Маран и Лилиана Домингес вообще согласились на такую съемку, но Терри объяснил: нужно просто уметь создать атмосферу, которая всех расслабит. «Я никогда не прошу людей сделать что-то, чего не сделал бы сам, – говорит фотограф. – Если я хочу снять обнаженку, я полностью раздеваюсь и даже могу попозировать для фото. Когда все наравне, напряжение пропадает». Тогда же фотограф получил приглашение поработать для дома Gucci, креативным директором которого тогда был Том Форд.

В 2004 году Ричардсон выпустил свой третий – по мнению критиков, «мерзко-прекрасный, как подглядывание в замочную скважину» – фотоальбом Terryworld, а спустя три года сделал скандальную серию снимков для рекламы аромата Tom Ford for Men. Тогда же снятая им для Diesel кампания Global Warming Ready получила «Серебряного льва» на фестивале рекламы в Каннах. Также широкую известность получили его совместные медийные проекты с Lady Gaga.

В те годы фортуна была к нему особенно благосклонна. С середины и до конца нулевых Ричардсон снял несколько десятков рекламных кампаний для известных брендов, организовал персональную выставку в галерее Morán Morán и поработал над календарем Pirelli. «Проще перечислить, кого я не фотографировал. Загадайте любого известного в Штатах человека, и почти наверняка окажется, что у меня есть его снимки. Задумайте любой бренд – и выяснится, что я точно работал с ним», – шутит Ричардсон.

Увы, откровенные съемки с раздетыми моделями не могли пройти бесследно: Ричардсона неоднократно обвиняли в сексуальных домогательствах, а в последнее время вообще окрестили «Вайнштейном мира моды». Модели, в основном малоизвестные, в деталях описывали притязания фотографа, а он всякий раз отмалчивался. В итоге после очередного обвинения Терри все-таки дал ответ: «Да, атмосфера на площадке специфическая, но девушки явно преувеличивают. Я уважаю всех, с кем когда-либо работал, и я предлагал, возможно, шокирующие вещи, но никак не принуждал делать их. И уж тем более не склонял никого к сексу».

Такое объяснение устроило далеко не всех: многие дизайнеры, в том числе ранее работавший с ним Марк Джейкобс, поддержали Терри, но некоторые отказались от сотрудничества с ним. Более того, в октябре 2017 года бойкот Терри объявили издательства Condé Nast и Hearst, выпускающие в том числе журналы Vanity Fair, Elle и Vogue – для них он снимал больше всего.

Сам фотограф считает, что сейчас просто «модно признаваться на весь мир, что тебя кто-то домогался, это похоже на современную форму эксгибиционизма». Последние несколько лет он живет в Вудстоке со второй женой Александрой Болотов и растит близнецов Рекса и Романа, которые родились в 2016 году. По словам Ричардсона, он никогда не был так спокоен и счастлив, как сейчас, когда на него ополчилась половина мира: «Наконец-то мне не нужно работать по 12 часов в день, и я могу сосредоточиться на действительно важных вещах: семье и собственных проектах, на которые раньше не хватало времени».

Мария Крамм

Комментарии