Сталин в друзьях

03.12.2018

Девочкой ее одарил золотыми часиками Сталин. Вскоре отца расстреляли, мать сослали в Туркестан, где, говорят, убили, а ее саму на всех плакатах заменили на другую восточную девочку. Энгельсина Маркизова всю жизнь боялась, что ее устранят как свидетеля, и умерла внезапно, впервые решившись рассказать свою историю.

Её родители посчитали, что имя Марксина – в честь Карла Маркса – не звучит, а вот Энгельсина – в честь Фридриха Энгельса – самое то. Мать Энгельсины Маркизовой была дочерью забайкальского казака Фёдора Пушкарева, получившего в своё время золотые часы в подарок от Николая II. А отцом был Ардан Маркизов – нарком земледелия и второй секретарь Бурят-Монгольского обкома ВКП(б). В 1936 году мать училась в Москве в медицинском институте и увезла Энгельсину с собой.

В том же году в Кремле Иосиф Сталин принимал делегацию из Бурят-Монгольской АССР, в которую, среди прочих, входил её отец. О чести, выпавшей на его долю, отец Энгельсины рассказал накануне визита в Кремль, и девочка попросилась с ним – очень хотела увидеть вождя народов. В новой матроске под шубкой, причёсанная и с букетом цветов, держа отца за руку, она пришла в главный замок страны. Запись приёма делегации теперь можно найти на YouTube. Кроме Сталина, их принимали Калинин, Ворошилов и Молотов. Выступающие произносили речи, в основном, на бурятском, по-русски, во всяком случае согласно этой самой записи, говорил только слушатель академии имени Фрунзе старший лейтенант Илья Балдынов. Неизвестно, имелись ли переводчики для слушателей, но хлопали собравшиеся всем и энергично.

В большом правительственном зале маленькой Энгельсине было ужасно скучно. Она встала и пошла к президиуму – у неё же были цветы, она хотела вручить их вождю. Пропустили к нему, он заулыбался и поднял её на стол президиума – все захлопали. Она произнесла заученную фразу: «Это от детей Бурят-Монгольской республики Иосифу Виссарионовичу Сталину!» А он в ответ сказал: «Привет!» Потом, когда вручали подарки, Молотов передал Сталину красную коробочку, и вождь вручил ее Энгельсине – там оказались маленькие золотые часики. Позже выяснилось, что они были с гравировкой: «Геле Маркизовой от вождя партии И.В. Сталина».

Редактор газеты «Правда», говорят, воскликнул по этому поводу: «Сам Б-г послал нам эту буряточку! Мы сделаем её живым символом счастливого детства!» На следующий день портрет Сталина и Гели опубликовали все газеты. В гостиницу, где она остановилась с родителями, люди без конца приносили подарки, ими оказалась в итоге заставлена вся комната. За создание скульптурной композиции «Сталин и Геля» взялся Георгий Лавров. Её копии появились в нескольких городах, мини-копии этого творения стояли в музеях, магазинах, библиотеках и парикмахерских. Девочек Советского Союза стали стричь «под Гелю» и одевать в матроски: быть как Геля Маркизова мечтали все школьницы. Она вспоминала, что возвращалась в Улан-Удэ триумфально: с ней все хотели познакомиться, её приглашали на какие-то важные собрания, о ней продолжали писать в газетах. Полтора года длился звёздный час.

А в ноябре 1937 года её отца арестовали, обвинив в участии в контрреволюционной панмонгольской организации и проведении шпионско-диверсионной работы. В телеграмме наркома внутренних дел БМАССР Василия Ткачева на имя Ежова говорилось, что по этому делу было арестовано 142 человека – счастливое детство их детей вместе с этим закончилось. В обвинительном заключении Маркизова говорилось, что он виновен во вредительстве «в зоотехническом строительстве, в результате которого скот подвергался простудным заболеваниям и падежу. Отход молодняка составил 40 000 голов». Энгельсина впоследствии утверждала, что отца арестовали последним. Конечно же, он говорил ей и матери, что бояться нечего, что он порядочный человек, партия разберётся, и он вернётся домой. Они верили в это, но он не возвращался. Под диктовку матери Энгельсина написала письмо своему большому другу Иосифу Сталину и отправила его в Кремль – судьба письма неизвестна. В начале июня 1938 года Ардана Маркизова расстреляли.

Вскоре арестовали и мать Гели, Доминику, как жену врага народа, и дети поехали в ссылку с ней – у Гели был брат. В Туркестане мать работала детским врачом в городской больнице. Через два года на одном из дежурств её нашли мёртвой – ей было 32 года. Потом уже взрослая Энгельсина рассказывала, что запрашивала документы матери в архиве КГБ. В них, по её словам, фигурировал запрос начальника НКВД Туркестана, адресованный Лаврентию Берии, с таким текстом: «Здесь находится ссыльная Маркизова, которая хранит подарки от Сталина и пять портретов её дочери с вождем. Что делать?» Резолюция Берии была приписана сбоку карандашом: «Устранить».

Пропагандисты всерьёз перепугались за судьбу портретов Сталина с Гелей, которые по-прежнему висели во множестве советских учреждений. Теперь на руках у великого вождя была дочь врага народа. Но никто из этого народа не осмеливался уничтожить портрет, и олицетворение счастливого советского детства было решено подменить. Девочек с восточной внешностью в интернациональном Советском Союзе много, и не все ещё были запятнаны связью с врагами народа. Так рядом со Сталиным появилась 13-летняя Мамлакат Нахангова, сборщица хлопка, награждённая орденом Ленина. Надписи на лавровских скульптурах срочно перебили по всему СССР, теперь они были подписаны «Сталин и Мамлакат». Мамлакат даже приводили к тому же скульптору Лаврову, фотографировали, спустя время в газетах была опубликована сначала фотография Сталина с Мамлакат, а потом и фотография Мамлакат в мастерской скульптора. Подпись под ней сообщала, что повзрослевшая Мамлакат пришла навестить свой скульптурный портрет с отцом народов. Скульптора Лаврова – главного свидетеля подмены – арестовали в 1938 году: в его квартире нашли французские каталоги живописи, якобы запрещённые. Он получил 15 лет лагерей.

Энгельсина и её брат в итоге попали в семью своей тётки, по мужу – Добреевой. Они тоже теперь стали Добреевы, и та прошлая Энгельсина перестала существовать. Не совсем, конечно: в школе, или библиотеке, в кинотеатре, да где угодно ещё она натыкалась на самый популярный в Советском Союзе плакат и до оторопи боялась, что кто-то узнает в нём её. Первое, кстати, что увидела, когда поступила в московскую школу, – был этот самый портрет. Но дальше было интересней. Когда Энгельсина поступила в МГУ на истфак, на одном факультете с ней училась Света Аллилуева. Они не сближались, позже она говорила, что тогда считала это невозможным, раз их отцы – враги. Но, и это поразительно, когда Сталин умер, Энгельсина всё равно плакала и жалела, что её дочь не увидит великого кормчего. Публичность ей вообще была предначертана. По окончании истфака она вышла замуж за Эрика Наумовича Комарова, культурного атташе СССР в Индии, и уехала с ним. И снова её фото стали появляться в газетах – теперь в компании Джавахарлала Неру и Никиты Хрущёва. В 1960-х годах она снова вышла замуж, ещё раз стала матерью, теперь уже сына, в 1974 году защитила диссертацию и стала кандидатом исторических наук.

Свою историю она обещала рассказать ещё в 1976 году правозащитнику Людмиле Алексеевой, с которой дружила, но в итоге отказалась, сославшись на то, что пока не готова. В 1988 году она дала осторожное интервью газете «Труд». Позже на неё вышла Российская центральная студия документальных фильмов и сняла с ней небольшое интервью. Её историю в деталях уже в нулевых узнал белорусский документалист Анатолий Алай. Они встретились, провели первое пробное интервью и договорились о съёмках фильма. Энгельсина наконец была настроена вернуть себе саму себя, ту девочку с портрета со Сталиным. Для этого ей даже помогли разыскать постаревшую уже Мамлакат – однако она общаться с ней по этому поводу, говорят, не захотела. Накануне съёмок фильма Алая Энгельсина поехала в Турцию – немного отдохнуть и загореть, чтобы выглядеть на камере получше. Её нашли мёртвой в шезлонге – остановилось сердце.

Комментарии

Статьи по теме

Минкультуры РФ не пустило в прокат фильм «Смерть Сталина»

Общество

Еврей вождя народов

Соратник Ленина, прирожденный революционер и подпольщик, он стал одним из основателей Советской России, а потом – железным сталинским наркомом. Он выстроил могущественный образ СССР и приблизил открытие Второго фронта против Гитлера, но умер «глухо в опале», ожидая ареста и сжимая револьвер под...

Общество

Вождь еврейских коммунистов

Единственный израильтянин, к которому советская пропаганда была настроена доброжелательно, – вождь израильской компартии Меир Вильнер. Он подписал Декларацию независимости Израиля, а потом до конца жизни боролся с «израильской военщиной», выступал открытым агентом влияния Кремля, отстаивал идеи...

Александр Непомнящий

Александр Непомнящий

Двойная жизнь Иосифа Сталина

Самое читаемое

Хроники

Казни ради

Трупы повешенных были сожжены. Прах передали двум агентам госбезопасности. На зимней дороге в пригороде Праги их машина забуксовала. Прах высыпали под колеса, чтобы ехать дальше...

Общество

Еврейка из прошлого

«Муж умирал, и я сказала: “Можно ли мне обнять тебя, хотя я нечиста?” (ибо у меня были месячные, и я не смела коснуться его). Он ответил: “Упаси Б-же, детка, подождем еще немного, и ты очистишься”. Увы, когда это произошло, было уже поздно!»...

Литература

Близнецы в зверинце

Ева начала процесс по сбору свидетельских показаний бывших врачей Освенцима, а потом сообщила, что прощает их, в том числе и доктора Менгеле. Сама власть прощать, по словам Евы Мозес-Кор, делала её сильнее её мучителей, и только прощение помогло ей отрешиться от тягостных воспоминаний,...