Странник Холокоста

08.01.2020

Звёздный журналист, он бежал из нацистской Германии благодаря Стефану Цвейгу. Добившись успеха в США, Иван Хейлбут там не прижился, но и в родном Берлине больше не чувствовал себя дома.

Февральской пятницей 1942 года преподаватель нью-йоркского Хантер-колледжа Иван Хейлбут решил написать своему близкому другу Стефану Цвейгу. Свободным временем, надо сказать, он всегда распоряжался разумно. Этот навык он привил себе ещё в Берлине, когда в 25 лет как журналист успевал к сроку выдавать материалы сразу в два престижных издания: Berliner Tageblatt и Vossische Zeitung, – а по пути отправлять свои новые поэтические опусы в журнал Der Sturm.

Полтора года назад, 4 сентября 1940 года, он вместе с женой и их годовалым сыном – при помощи деятельности Чрезвычайного Комитета Спасения в лице Вариана Фрая, с которым их связал Цвейг, – получили в Марселе поддельные чехословацкие паспорта. Теперь, когда всё самое страшное оказалось, вроде, позади, главе семьи можно было вновь окунуться в работу и написать что-то очень важное для будущих поколений.

На столе уже лежала законченная рукопись повести «Франциско и Элизабет». Супруга Шарлотта помогала вести переговоры с издательством – надо сказать, вполне успешно. Повесть в 23 страницы увидела свет в том же 1942-м, изданная на английском языке в Pantheon Verlag. Но главные свои мысли о нынешнем трудном времени, связанном с лишением европейской родины, друзей, утратой библиотеки, Хейлбут стремился выразить на родном немецком языке в стихах, объединяя в сборник «Мои походы».

Стефан Цвейг хотел написать к этому сборнику предисловие. На прощальном вечере в нью-йоркском отеле Wyndham, где Цвейг проживал в последние месяцы перед отъездом в Бразилию, он дал Ивану обещание: как прибудет на место, сразу включится в работу и отправит материал в кратчайшие сроки. В очередной раз вспомнив слова великого европейца и мысленно подчеркнув, что новостей из далекой Бразилии от автора «Магеллана» до сих пор нет, именно в февральскую пятницу 13-го Хейлбут отправился в почтовое отделение для отправки заказного письма.

Кроме приветственного послания поэт вложил в конверт полную копию поэтического сборника и проспект, извещавший, что стихи под обложкой «Мои походы» будет издавать Pantheon Verlag: «С вашим предисловием, уважаемый господин Цвейг». В письме Иван настоятельно просил прислать обещанный текст как можно скорее. В течение нескольких месяцев Хейлбут не будет знать, достигло его письмо адресата или нет, ведь обратного ответа он так и не получил.

Узнав из газет новость о самоубийстве друга, он оставил занятия, даже куртку забыл надеть, и помчался на то почтовое отделение, откуда отправлял сборник, чтобы по запросу отследить дату получения заказного письма. Лишь 4 июня 1942 года ситуация прояснилась. Оказалось, что письмо доставили Цвейгу в субботу 21 февраля, за два дня до совершения непоправимой трагедии. К горькому сожалению, предисловие Цвейгом так и не было написано, но Хейлбут, выражая дань памяти другу, посвятил «Мои походы» именно ему.

***

Сегодня имя и творчество немецкого писателя, журналиста и поэта Хейлбута даже в Германии совершенно забыто, а между тем фамильная династия его предков – одна из самых почитаемых еврейских династий города Гамбурга.

Достаточно вспомнить Элеазара Лази Хейлбута. Этот уважаемый горожанин в середине XVIII века был главным раввином Гамбурга и автором подробных комментариев к Писанию. Отец же будущего поэта был очень влиятельным адвокатом: в 1880 году он написал эссе «Деятельность судебного секретаря в гражданском судопроизводстве и производстве по делу о банкротстве».

Загоревшись идеей стать журналистом, юный Иван поехал в Берлин и – фактически не имея никакого образования – добился права писать статьи в самые известные печатные издания эпохи. Если цель поставлена правильно и страсть кипит – все будет достигнуто. В 25 лет он устроился корреспондентом в Berliner Tageblatt, где бок о бок начал работать с именитыми редакторами – Теодором Вольфом, который позже умрёт в берлинской больнице для евреев, и Генрихом Якобом, которому предстояло пройти все адские муки в Дахау, но не задохнуться под сапогами фашистов.

Журналистские амбиции и талант Ивана разглядел также Ганс Зерер – редактор старейшей умеренно-либеральной газеты Vossische Zeitung. Этот печатный орган издавался в Берлине с 1704 года, и именно в нем впервые был напечатан роман Ремарка «На западном фронте без перемен».

В 1928 году книги авторов еврейского происхождения в Германии ещё не сжигали, так что первый роман Хейлбута «Триумф женщины», написанный им, как он сам признавался, «ради заработка», на книжных полках не залеживался. Через два года в Берлинской немецкой книжной ассоциации он издал «Борьбу за свободу» и «Весну в Берлине». Любопытно, что в архивах Франкфурта хранится рукопись его неизданного романа «1933», а также переписка с Карлом Цукмайером и Юлиусом Бабом.

В общем, зарабатывать Хейлбут стал много и до прихода национал-социалистов к власти финансовых и физических ограничений не испытывал. Когда же Третий рейх завёл с полоборота адский железный маховик, устремившийся кромсать евреев, он успел уехать в Париж, где стал культурным обозревателем двух швейцарских газет – ежедневной Basler National-Zeitung и еженедельной Neues Tage-Buch.

Неуклонно занимая аполитичную позицию, лишь однажды он сделал шаг в сторону: в 1937-м в Цюрихе он опубликовал трактат «Общественные клеветы», исследование «Протоколов сионских мудрецов и их применения в современной мировой политике». Незаметно наступил 1940-й. Хейлбут и его беременная жена с самого начала войны были заключены в транзитный центр Ле Милль, где кроме них ожидали получения документов Лион Фейхтвангер, Голо Манн и Макс Эрнст. В конце октября 1939 года Шарлотта родила там мальчика по имени Фрэнсис, и в каких условиях проходили её роды – лучше даже не представлять.

Все они были освобождены в конце августа 40-го и оставались в Марселе в ожидании получения въездной визы в США, а также документов на выезд из Франции. Не медля ни дня, Иван подал заявление и на получение китайской визы, которая позволяла таким, как он, легально проследовать в Португалию через Испанию, дожидаясь остальных важных документов на относительно мирной территории.

Своевременная помощь чехословацкого консула во Франции – Владимира Вокоча, только в 2016 году получившего звание Праведника народов мира – помогла писателю, родившемуся в Гамбурге, превратиться в купца из чешского города Штернберк. В сентябре 1940 года Хейлбут наконец-то получил заветный паспорт. А в конце декабря 1940 года Хейлбут и его семья отправились на борту испанского судна Serpa Pinto из Лиссабона в Америку.

***

В США Хейлбут успешно читал лекции в Хантер-колледже, писал антивоенные статьи в Aufbau, а в 1943 году издал автобиографию «Птицы пассажа». Накануне возвращения на родину, в 1949-м, он опубликовал роман «Любители жизни». В 1950-м Хейлбут вернулся с женой и сыном в Берлин, но больше никогда не чувствовал себя как дома, продолжая носить в памяти унизительный для каждого свободного человека «титул» – «не имеющий постоянного места жительства».

Несмотря на хандру и периодические депрессивные состояния, Хейлбут активно участвовал в развитии «Международного общества Стефана Цвейга» в Зальцбурге, где нередко выступал с лекциями и вечерами авторской поэзии. К 70-летию Фридерики Цвейг, бывшей супруги покойного друга, в числе других 70 европейских деятелей культуры написал очерк для подарочной книги, ей посвященной – Liber Amicorum. Пятнадцатого апреля 1972 года в возрасте 74 лет Хейлбут скончался в немецком городе Бонн. Шарлотта прожила после смерти мужа ещё 12 лет, а сын Фрэнсис Хейлбут, ставший впоследствии знаменитым пианистом и музыкантом, скончался в мае 2006 года.

В том же 2006-м о творчестве Хейлбута мир случайно вспомнил благодаря Гансу Магнусу Энценсбергеру. Именно он ​​в год смерти сына писателя выставил в Немецком литературном архиве и Национальном музее Шиллера в Марбахе рукопись его поэмы «Мир и странники». Дабы каждый желающий смог окунуться в сложный душевный мир забытого поэта и хотя бы на короткое время стать, как и он, неприкаянным странником.

Комментарии