Самоубийцы должны это помнить

28.12.2001

?
№ 57
- Что же такое святость, возвышенность веры? Благочестие, наконец?

Справочное бюро
Весьма распространенное еврейское имя Хаим (ед. число хай, то есть "живи!") — слово во множественном числе, обозначающее жизнь. Как объясняют раввины, в "единственном числе" наша жизнь одинока и бессмысленна, только во "множественном" мы можем постичь все ее радости, оценить ее многогранность.

- А вот смотри. Существует интересный закон. Коhаним — священники — не должны посещать кладбищ. Мы называли это "хук" — закон без логического обоснования, ему не дается объяснения, но, раз уж разговор зашел (в этой главе) о ценности жизни, я могу поделиться с вами одним интригующим наблюдением. В стольких религиях акцентируется внимание именно на смерти, а не на жизни, и не на "этом свете", а на "том". Сколько язычников-жрецов пытались помочь представителям своих племен решить загадку смерти! Представьте, что было, когда выяснилось, что по еврейскому закону священникам нельзя соприкасаться с умершими?! В таком случае, в чем предназначение коhаним? Конечно же, помогать живым, быть с живыми, быть ближе к жизни в целом. Б-г Закона говорит еврею: "мое царство в этом мире". Выполни свою задачу здесь, а то, что будет после, пусть тебя сейчас не беспокоит.

— Жизнь — это и есть благочестие, святость, высота — если она еще и соответствует закону Творца, то особенно. Потому что нет другого способа выполнить закон, кроме как ЖИТЬ, он не для покойников написан, а для тех, кто выполняет заповеди и служит Творцу именно жизнью, а не смертью.

?
№ 58
- Что можно сделать, спасая свою жизнь?

Кстати
Три приятеля — доктор, учитель и раввин, в результате несчастного случая (автокатастрофа) попадают к Небесным вратам. А каждому новоприбывшему там задается вопрос: "Когда ты увидишь свое тело в гробу, себя, окруженным родственниками и друзьями, что ты захочешь услышать от них о себе?" Ангел обращался таким образом ко всем троим. Ответил доктор: "Пусть скажут обо мне, что я был самым лучшим доктором и прекрасным семьянином". Учитель сказал: "Хочу услышать, что был любимым мужем и уважаемым педагогом, способным вдохновлять учеников". Раввин пожелал, чтобы кто-нибудь из провожающих его в последний путь крикнул: "Смотрите! Ведь он дышит!"

- Ради сохранения жизни можно нарушить любой другой религиозный закон. Из этого правила есть три исключения (об этом мы поговорим отдельно). Еврею полагается поститься в Йом-Кипур. Это Закон. Но, если человек плохо себя чувствует, и голодание повредит его здоровью, то еда не только желательна, но и обязательна.

В 1848 году эпидемия холеры разразилась в городе Вильно, в Польше. Раввином того места был Исроэль Салантер. Доктора сказали ему, что необходимо нарушить пост в Йом-Кипур не только уже заболевшим, но и людям, которых еще не коснулся вирус, чтобы повысить иммунитет, сопротивляемость жестокой болезни. Раввин Салантер не просто публично объявил, что всем евреям необходимо есть в Йом-Кипур, он боялся, что религиозные люди проигнорируют просьбу, сочтя ее простой поблажкой. Раввин сел у кафедры синагоги в этот самый святой день года, достал вино и пироги и обедал на глазах изумленных посетителей. В том было не пренебрежение законом, а, наоборот, устрожение его для сохранения жизни и здоровья. Эта история отчасти о том, как одна община пировала в Йом-Кипур, а отчасти и о том, как люди радовали Вс-вышнего своей решимостью. Талмуд комментирует это как основной принцип закона — сохранение жизни превыше всего; законы даны были, чтобы жить, руководствуясь ими, а не умирать ради них. Не говоря уже о том, что есть вещи, в которые вообще нельзя вмешиваться — и это супергрех, который называется:

Грех самоубийства

Дороти Паркер высказала свои соображения по поводу способов самоубийства так:

Бритва вызывает боль, Вода в реке обдает ледяным холодом, Кислота — пачкает и выжигает все, на что капает, Таблетки — повод прочистить желудок. Оружие — незаконно, Петли могут порваться, У газа отвратительный запах, Если все так плохо, почему бы не пожить еще? Конечно, это шутка. Здесь не названо ни одной причины, по которой самоубийство — страшный грех. Есть о чем подумать в словах еврейского мудреца XI века Йосефа ибн Пекуды: "Убийство безнравственнее и отвратительнее в миллион раз, когда жертва и убийца знакомы или близки. Что же сказать о том, кто лишает жизни самого близкого себе человека, себя самого?! Как можно относиться к существу, отказавшегося и предавшего свое "я"?"

Можно, заигрывая с вещами, неподвластными человеческому разуму, говорить себе в оправдание: "Это моя жизнь, не правда ли?" Еврейский ответ на эту фразу — "нет"! Жизнь дается Всевышним и им же забирается. Позиция эта настолько сильна, что по иудаизму "самоубийца лишает себя доли в будущем мире".

?
№ 58
- Так что же — если этот мир и эта жизнь есть наивысшая ценность, то дальше ничего столь же интересного уже не будет? Выходит, надо цепляться за жизнь зубами, чтобы урвать побольше здесь и сейчас, пока жив, ведь — как говорится — живем только раз?

— Земная жизнь, конечно, драгоценна, но небесная жизнь еще лучше. Раввины говорят в "Поучениях отцов": "Один час в том мире приятнее, чем все и вся — в этом". Тогда с какой стати люди должны плакать, покидая этот мир? Разве мы расстраиваемся и рвем на себе волосы, переезжая из старой лачуги в новую роскошную квартиру?

Кстати
Строгость иудаизма по отношению к самоубийцам скорее отеческая, чем обвиняющая. На самом деле это сострадание. Никто не обвиняет мертвых. Считается, что это поступок совершается в состоянии аффекта, в результате временного помешательства.

Одни из мудрецов Талмуда, рабби Иеhуда так объяснил это ученикам, находясь на смертном одре: "Плачу я оттого, что здесь остаются Тора и все то самое хорошее, что я не смогу больше делать…". Смерть лишает нас возможности продолжать служение Вс-вышнему и совершать добрые дела. Наше бытие дает нам возможность духовно расти; смерть — это то, после чего уже ничего никому не докажешь, она обрывает наши планы, и то, о чем мы мечтали, уже никогда не воплотится в жизни.

Есть одна хасидская история с оригинальным взглядом на то, что нас ожидает на Небесном Суде. Однажды умер богатый, но очень скупой человек. Он долго стоял в очереди среди других "новичков", желающих выслушать свой приговор. Страх, по мере наблюдения за остальными, все больше покидал его. Он заметил: то, что люди о себе рассказывают, вернее, их добрые дела при жизни, оказывают решающее влияние на "исход дела" и перевешивают многие грехи. Поэтому, когда его очередь подошла, наш герой сказал: "Да, я не сделал и малой доли того, что мог бы, но позвольте мне достать чековую книжку и написать в ней очень приличную цифру для любой вашей надобности". На что Судья ответил: "Здесь мы не принимаем чеки, мы рассматриваем факты".

Хотя, конечно, лучше поздно, чем никогда, но все-таки есть для евреев некий лозунг, гласящий: "Если не сейчас, то когда?!"

ИТАК, давай немного остановимся и переведем дыхание. Есть некий промежуточный итог. И он такой:

  1. Поскольку Б-г посмотрел и увидел, что "это хорошо", человек должен уважать, ценить жизнь и наслаждаться ею.
  2. По иудаизму безбрачие, бедность, отшельничество — грехи, которые отстраняют людей от мира и наслаждения.
  3. Иудаизм — религия жизни, а не смерти, и возможно нарушение еврейских законов ради сохранения жизни.
  4. Самоубийство — страшный грех, подобный убийству самого близкого человека.

Хотя будущая наша жизнь обещает много радости, она отнимает у человека возможность самосовершенствования, лишает счастья созерцать и творить добро.