Колумнистика

Меир Антопольский

Права левых — права правых

05.03.2013

Права левых — права правых

05.03.2013

Среди новых депутатов израильского парламента можно встретить весьма неординарных личностей. Благодаря этим людям важные явления израильской жизни, до сих пор остававшиеся на периферии общественного сознания, выходят на передний план. Правозащитница Орит Струк, новый депутат от партии «Еврейский дом», придерживается нетрадиционной для этого рода деятельности политической ориентации.


Орит — потомственный адвокат, мать одиннадцати детей, жительница еврейского квартала Хеврона. Уже неплохо для депутата Кнессета, не правда ли? Она выросла в нерелигиозной семье и пришла к соблюдению заповедей в старших классах школы. Помимо многообразной общественной деятельности, направленной в основном на благо поселенческого движения, Струк уже более десяти лет возглавляет организацию «За права человека в Иудее и Самарии». Организация эта было создана после так называемой истории с Горкой-26.

Горка-26 — это небольшой холм рядом с еврейским городом Кирьят-Арба. Когда государство не давало разрешения на строительство и расширение Кирьят-Арбы, вокруг города появилось несколько ферм, организованных самовольно. На одной из них жил Натанель Озери, один из любимых учеников р. Меира Кахане. В январе 2003 года, ночью в Шаббат, в его дом ворвались несколько арабских террористов, расстрелявших в упор хозяина и ранивших одну из его дочерей. Вдова погибшего, Ливнат Озери, не отступила и продолжила жить на ферме с пятью маленькими детьми, а несколько молодых ребят-добровольцев по очереди ночевали на ферме с оружием, охраняя семью от террористов. Однако спустя два с небольшим месяца в половине двенадцатого ночи на ферму прибыл отряд израильской полиции и солдат ЦАХАЛа. Они задержали взрослых, разбудили и вывели детей (старшему из которых было 11 лет) в пижамах и тапочках на холод и за несколько часов разрушили здание, уничтожив большую часть домашнего скарба семьи. Вопреки требованиям закона, на форме у полицейских не было именных жетонов. С другой стороны, ордер на разрушение дома у них был, о чем Ливнат Озери было известно.

«Мейнстримные» правозащитные организации отстаивают права арабов, бедуинов, анархистов, студентов, гомосексуалистов, эритрейских беженцев — кого угодно, но только не поселенцев и активистов правого движения. Права харедим тоже редко вызывают интерес этих «обычных» организаций.
Юридическая сторона дела более или менее ясна (моральную подоплеку ситуации оставим пока на усмотрение читателя). Семья Озери нарушала закон сознательно, ввиду идеологического несогласия с позицией властей Израиля. Власть имела законное право принудить их к подчинению. Столь же очевидно, что практическое воплощение этого законного права властей не укладывалось ни в какие рамки, и полицейские (а в первую очередь — их начальство) нарушили целый ряд положений закона.

Классическая коллизия для правозащитного движения, не правда ли?

В Израиле действует немало организаций, называющих себя правозащитными: «Движение за права человека», «Эмнести Интернешнл», «Бецелем». Удивительно, но ни одна из них не проявила никакого интереса к этому происшествию, так же, как и к десяткам других актов насилия со стороны полиции и армии по отношению к поселенческим активистам, выражавшим в той или иной форме до, во время и после выселения евреев из Гуш-Катифа ненасильственный протест против политики властей. Тогда, десять лет назад, побои, полученные от полицейских в процессе операции выселения или разгона демонстрации воспринимались поселенцами как рядовое явление, а пресса и общество не особенно сопереживали по этому поводу.

Вот это молчание правозащитников и заставило таких активистов, как депутат Кнессета Орит Струк, создавать собственные структуры.

Прошло 10 лет. Готовя эту статью, перечитывая воспоминания десятилетней давности, я понял, что времена изменились. В 2013 году подобное развитие событий уже менее вероятно, хотя порождающие их причины сохранились — поселенцы по-прежнему строят фермы без разрешения властей, власти по-прежнему их периодически сносят, но распускать руки полицейские уже опасаются. В том есть заслуга многих людей: и ряда депутатов Кнессета, и нескольких организаций (уже названной, а также «Юридического форума в защиту Эрец Исраэль» и «Хонейну»). Объединяет их стремление заполнить брешь, вызванную тем, что «мейнстримные» правозащитные организации отстаивают права арабов, бедуинов, анархистов, студентов, гомосексуалистов, эритрейских беженцев — кого угодно, но только не поселенцев и активистов правого движения. Права харедим тоже редко вызывают интерес этих «обычных» организаций.

Но «ваши» организации тоже не нейтральны, возразит читатель! Когда та же Орит Струк в последний раз вступалась за палестинца, спросит он. А за гомосексуалиста? За беженца из Африки? Впрочем, бывало... Например, когда власти Палестинской автономии приговорили араба к смертной казни за продажу дома евреям (такие уж у них там законы), именно Струк встала на защиту обреченного палестинца. Но в целом, увы, подобное подозрение справедливо: каждый защищает своих.

Каждое из меньшинств кровно заинтересовано в соблюдении минимальных прав других меньшинств, в скрупулезном соблюдении процедур суда и следствия, в контроле над действиями полиции и других силовых структур. Однако эта простая мысль до сих пор не стала очевидной ни тем, ни другим: ни правым, ни левым; ни арабам, ни евреям; ни светским, ни религиозным.
Еще несколько лет назад на семинаре организации «Место Встречи» один замечательный адвокат в весьма остроумной манере высказал кажущуюся очевидной идею: сегодня побили (незаконно арестовали, уволили, допросили, выселили) твоего идеологического противника — завтра это случится с тобой. И потому каждое из меньшинств кровно заинтересовано в соблюдении минимальных прав других меньшинств, в скрупулезном соблюдении процедур суда и следствия, в контроле над действиями полиции и других силовых структур. Однако эта простая мысль до сих пор не стала очевидной ни тем, ни другим: ни правым, ни левым; ни арабам, ни евреям; ни светским, ни религиозным.

Сейчас, когда представители и правых, и левых движений за права человека добились общественного признания, дошли до Кнессета, пришло время им искать общий знаменатель. И мне кажется, что при обоюдном желании задача эта вполне решаема.

Безусловно, в целом Израиль — страна с очень высокими стандартами соблюдения прав человека. Не только на фоне соседних государств (этого добиться несложно), но и по сравнению с некоторыми из великих держав. И все же очевидные возможности для совершенствования существуют, а сотрудничество идеологических противников между собой могло бы значительно оптимизировать этот процесс.

Автор о себе:

 Мне 45 лет, и у нас с женой Аней на двоих семеро детей. Я родился и вырос в Москве, но вот уже почти 15 лет жизнь моя связана с Иерусалимом, в котором я работаю врачом, и нашим домом — поселением Нокдим в Гуш-Эционе. Последние годы все время и силы, которые остаются от работы и семейных радостей, направляю в наше товарищество «Место Встречи», которым руководит Аня. Товарищество это старается совместить несовместимое и встретить евреев всех сортов и разновидностей, а также «примкнувших к ним товарищей» — на «Месте встречи», которое есть Израиль, Иерусалим, Храм (это как zoom на гугл-карте или как матрешка — какой образ вам больше нравится).

 Мнение редакции и автора могут не совпадать.