Колумнистика

Меир Антопольский

Какого Ирана

25.02.2021

Какого Ирана

25.02.2021

Почему у еврейского праздника Пурим персидские корни и с каким Ираном нам нужен мир, объясняет наш колумнист.

Одна из центральных заповедей праздника Пурим – слушать чтение свитка «Эстер». Причем следует услышать каждое слово. Со всеми ограничениями коронавируса в этом году это может оказаться даже легче, чем обычно – собираться-то будем небольшими группами. А текст этот выделяется из всех книг Танаха относительно легким для понимания ивритом. Имена, правда, заковыристые – всякие там Каршена, Шейтар и Адмата. Но в целом все вроде ясно.

Однако посреди в общем понятного текста то тут, то там попадаются трудные для понимания слова явно не ивритского звучания. Что такое патшеген? Или ахашдарпаним? И как они в этот текст попали? Слова эти пришли к нам из персидского языка и призваны напомнить, что пуримские события происходят в Персии, то есть в нынешнем Иране. Многие из этих слов относятся к миру персидской бюрократии. К примеру, Патшеген – это копия документа, питгам – указ, гназ – царская казна, а ахашдарпан – или, точнее, хшатрапан – это правитель области. В русский язык последнее слово попало через греческий и звучит как «сатрап».

И если еще можно понять, как в книгу «Эстер» попали названия персидских чиновных должностей, то слова «копия», «указ» и «казна» уж точно имели аналог в иврите. Похоже, что автор книги добавляет так много персидских слов, чтобы лучше погрузить нас в атмосферу!

Это, кстати, не уникально для книги «Эстер». Как только события любой из книг Писания происходят в контакте между евреями и другими народами – так текст начинает активно пользоваться заимствованными словами. К примеру, конец книги «Берейшит» и книга «Шмот», описывающие египетское рабство и Исход из него, полны египетских выражений и образов. К некоторым из них мы так привыкли, что не замечаем их инородности. Вот возьмём слово тева, обозначающее коробку, в которую мать положила младенца-Моисея, да и сам материал гоме, из которого сделана эта коробка – оба слова египетские.

Конечно, персидскую атмосферу в книге «Эстер» передают не только слова, но и весь сюжет. Гарем и евнухи, придворные интриги и царские пиры, постоянное винопитие и сложная бюрократия, которая ведется на множестве языков – все это черты быта Персидской империи той поры.

Но вернемся к словам. Само название праздника Пурим происходит от персидского слова пур, означающего «жребий». Еще более значимым оказалось персидское слово дат, которое используется двадцать один раз в этой книге – и нигде больше в Танахе! В современном иврите это слово стало обозначать «религию», но в книге Эстер, как и в персидском языке, оно означает то ли «закон», то ли «обычай» – впрочем, в древние времена это было более или менее то же самое.

Интересно отметить, что главным отрицательным персонажем книги Эстер оказывается не персидский царь, выведенный скорей довольно комичным, да и вообще не персы, а амалекитянин Аман. А национальность «врагов», которые собирались учинить евреям геноцид, но сами были перебиты в результате еврейской контратаки, в книге вовсе не указана. И понятно почему – Персидская империя была подчеркнуто многонациональна и многоязыка, и враги эти могли быть объединены какими-то политическими или иными мотивами, а не обязательно национальностью.

Так началось наше тесное общение с персидской цивилизацией, не прекращавшееся и все следующие 25 столетий. Особенно интенсивным оно было в талмудические времена. Несметное количество персидских слов разбросано по листам Талмуда. К примеру, персидское слово ушпиз, означающее гостеприимство, – одно из самых популярных в Талмуде. Современному еврею оно хорошо знакомо благодаря культовому израильскому фильму «Ушпизин». Однако пройдя последующую трансформацию через греческий и латинский языки, слово это превратилось в «госпиталь» и в «хоспис». А царь Соломон, согласно талмудическому трактату «Гиттин», имел неприятности с царем демонов Асмодеем. Так, через Талмуд, это имя и попало в мировую литературу, в том числе и к Лермонтову.

Но даже и на Талмуде не заканчивается персидское влияние. Только на днях я узнал, что ещё одно персидское слово занимает очень почетное место – второе слово главной каббалистической книги «Зоар», начинающейся словами «Бе-рейш горманута де-Малка», что можно перевести как «в начале решения Царя», то есть в начале Его решения создать мир. Так вот это второе слово – горманута – персидское и означающее «царский приказ». Нам оно больше известно в турецком произношении, как «фирман».

Пожалуй, из всех современных ближневосточных культур ни одна, кроме еврейской, не может сравниться с персидской по древности, многообразию и богатству. Даже сейчас, несмотря на пресс жестокой диктатуры аятолл и тот факт, что Иран – совсем не та Персия, в стране сочиняется прекрасная музыка и снимается замечательное кино. Уверен, что пишется и хорошая литература – не могли пройти даром века великой поэзии на фарси. А встречающиеся нам с семьёй в путешествиях иранские туристы всегда были чрезвычайно доброжелательны, радовались общению с израильтянами и старались подчеркнуть, что не разделяют злобного настроя своих властей.

Конечно, внезапная дружба Израиля с арабскими шейхами в последние месяцы – это здорово, и пусть эта дружба продолжает цвести и крепнуть. Но по-настоящему хочется дружбы с прекрасной иранской молодежью и интеллигенцией. Когда они наконец сбросят путы своей агрессивной теократии – дай Б-г совсем скоро, – так будет хорошо сделать с ними хороший лехаим. Пурим самеах! С праздником вас, идн!

Комментарии