Страсти по Симоне

Рискуя жизнью, палестинка Симона Мохамссон разоблачает шведских антисемитов – и топит за евреев.

На шведских предвыборных теледебатах в августе 2026 года отличилась 31-летняя Симона Мохамссон. Она – лидер партии «Либералы», занимающая в коалиционном правительстве пост министра образования и интеграции. Внимание прессы она привлекла, надев на шею подвеску со звездой Давида. В контексте современной европейской политики это уже громкое заявление. Но главный парадокс заключается в происхождении министра: Симона – дочь палестинского араба из Хайфы и ливанской мусульманки-шиитки. Когда Мохамссон дали слово, она высказалась максимально прямолинейно: «Я ношу звезду Давида в память о детях, которые не осмеливаются делать это в современной Швеции». Министр пояснила, что еврейские дети вынуждены прятать свою идентичность из-за страха за собственную жизнь, вызванного беспрецедентным уровнем антисемитизма и радикализации исламистских общин.

Прямо в эфире Мохамссон атаковала Левую партию Швеции, главную оппозиционную силу страны, обвинив их в отправке «любовных писем» сторонникам ХАМАСа. Это не было политической метафорой. За неделю до дебатов выяснилось, что депутаты Левой партии в рамках кампании солидарности годами слали письма поддержки палестинским заключенным в израильских тюрьмах.

Эта кампания «солидарности» велась публично под эгидой шведской пропалестинской ассоциации, и депутаты Левой партии открыто делились этими текстами. Журналисты проверили имена – адресатами оказались осужденные террористы. В частности, депутат Илона Сатмари Вальдау отправила письмо Абдулле аль-Муграби – боевику, отбывающему 18 пожизненных сроков за организацию подрывов смертников в Иерусалиме, жертвами которых стали десятки человек, включая женщин и детей. Шведский парламентарий в открытом тексте восхищалась его «мужеством и стойкостью». После публикации расследования Левая партия устроила экстренную «цифровую уборку», удалив архивы писем со своих сайтов под предлогом «сбоя в фактчекинге».

Впрочем, на дебатах досталось не только оппозиции. Мохамссон жестко раскритиковала и государственную систему за «слепоту и трусость», обвинив шведские власти, что они десятилетиями заигрывали с исламистским электоратом ради голосов. Причем для Симоны этот шаг стал не сиюминутным предвыборным лозунгом, а продолжением ее последовательной и бескомпромиссной поддержки Государства Израиль и еврейской общины. Как человек с ближневосточными корнями, Симона отлично понимает специфику этого региона и в отличие от большинства европейских левых политиков четко видит, где в этом конфликте черное, а где белое. Для нее поддержка Израиля – это не абстрактная геополитика, а защита цивилизованного мира от тоталитарного террора. Именно поэтому еще до министерского поста, будучи партийным секретарем, она без оговорок защищала право Израиля на самооборону после трагедии 7 октября 2023 года. Шведский политический истеблишмент тогда в основном предпочитал отмалчиваться.

В декабре 2024 года шведское правительство прекратило финансирование БАПОРа – Ближневосточного агентства ООН, чьи сотрудники открыто поддерживали терроризм, как стало очевидно из представленных Израилем улик. Симона горячо приветствовала этот шаг – и войдя в кабинет министров в июне 2025 года, закрепила этот разрыв с БАПОРом. Когда левая оппозиция попыталась инициировать возвращение БАПОРа в шведский бюджет, Мохамссон провела полную ревизию шведской финансовой помощи сектору Газа и палестинским организациям. И обнародовала факты, как деньги шведских налогоплательщиков годами уходили на палестинские учебники, разжигающие ненависть к евреям. Тогда же она отстояла решение направлять гуманитарную помощь в Газу исключительно через прозрачные международные институты вроде Красного Креста и UNICEF в обход структур ООН. Параллельно она выступила соавтором жесткой инициативы: лишать вида на жительство и депортировать из страны любых иностранных граждан, замеченных в уличной поддержке террористических группировок, включая ХАМАС.

При этом саму позицию Мохамссон нельзя назвать слепо «произраильской» в классическом понимании – глава ведомства позиционирует себя прежде всего как защитница западных ценностей, свободы слова и прав человека. Ее логика проста: если граждане Швеции еврейского происхождения не могут чувствовать себя в безопасности в собственной стране, значит, шведская система интеграции полностью провалилась. Для нее защита евреев – это базовая обязанность европейского министра перед своими гражданами, без которой само понятие правового государства теряет смысл.

Однако внутри самой Швеции исламистская часть населения и пропалестинские активисты отказались вникать в эти правовые тонкости. Появление Симоны на главных теледебатах страны со звездой Давида на шее послужило детонатором для новой, беспрецедентной по своей ярости волны террора в ее адрес. Радикальные пропалестинские активисты восприняли этот еврейский символ как личный вызов – они обрушили на нее шквал оскорблений в сети, называя ее «предательницей» и угрожая «сжечь заживо». Причем угрозы сыпались и от официальных лиц – советник мэрии Мальмё по вопросам исламофобии Уолли Ганем написал на своей странице: «Пусть она сгорит». Из-за реальной угрозы для жизни полиция начала расследование, а спецслужбы были вынуждены перевести рабочие поездки министра в режим повышенной секретности. Это стало пиком затяжной кампании террора против чиновницы. До августовских дебатов ее пробовали запугать тайно: в сентябре 2024 года толпа активистов пыталась прорваться к Симоне на сцену во время митинга, а весной 2025 года она получила серию писем с неизвестным порошком. Но сейчас после ее прямого эфира с кулоном травля превратилась в открытую вендетту, сопровождающуюся пикетами прямо у окон ее квартиры.

Однако этот уличный террор лишь укрепляет бескомпромиссность Симоны. Она родилась в Гамбурге, куда ее семья бежала от радикализма и войн, но когда ей исполнилось восемь лет, родители приняли решение перебраться в Швецию. Оказавшись на новой родине, отец сознательно сменил родовую фамилию Мухаммед на скандинавскую Мохамссон, сделав выбор в пользу полной гражданской ассимиляции и уважения к светским законам европейского государства. Сама Симона, выросшая в этой атмосфере и открыто позиционирующая себя как атеистка, впитала уважение к законам правового государства как главную семейную ценность. Именно поэтому уличный экстремизм новых миграционных общин вызывает у нее столь жесткое отторжение: она видит, как Швеция, некогда подарившая ее семье безопасное убежище, стремительно превращается в одну из самых опасных для проживания евреев стран Европы.

Еврейская община Швеции насчитывает около 15–20 тысяч человек, тогда как мусульманская диаспора в ходе миграционных волн выросла до 800 тысяч, а это уже восемь процентов населения. В последние годы страну захлестнула волна агрессивных пропалестинских маршей и акций, границы дозволенного на которых стерты. К примеру, в прошлом месяце на демонстрации в Стокгольме радикалы соорудили точную копию входных ворот в концлагерь Освенцим, где вместо нацистского лозунга Arbeit Macht Frei («Труд освобождает») было написано Gaza. Организаторы при этом разыгрывали перед макетом глумливые театральные сценки по сюжетам антисемитских клише. Подобные провокационные «перформансы» регулярно проходят во всех крупных городах страны. Организаторы этих шествий умышленно используют тактику морального уничтожения и уничижения еврейской общины, не только цинично сравнивая Израиль с нацистским Третьим рейхом, но и превращая каждую акцию в площадку для оскорблений, запугивания и демонстрации ненависти.

По данным Шведского национального совета по предотвращению преступности (Brå), после событий октября 2023 года количество официально зафиксированных антисемитских инцидентов подскочило более чем в пять раз. Главным символом этого системного провала остается южный город Мальмё, который Центр Симона Визенталя еще в 2010 году внес в список локаций, опасных для посещения евреями. Ситуация дошла до абсурда: во время проведения конкурса «Евровидение-2024» город фактически перешел на осадное положение, а израильским участникам рекомендовали не выходить из отелей без сопровождения охраны. Еще в 2019 году представитель общины в Мальмё Фредрик Серадски предупреждал: если государство не изменит ситуацию, еврейское присутствие здесь будет полностью стерто уличным террором к 2029 году. Сегодня этот прогноз стал реальностью: путешественникам еврейского происхождения настоятельно рекомендуют скрывать национальность и не разговаривать на иврите на публике. К слову, еще в конце 2023 года Мохамссон в знак солидарности с еврейской общиной совершила демонстративный визит в Мальмё, посетив городскую синагогу.

К сожалению, Мальмё уже давно перестал быть исключением – похожая ситуация складывается и в других крупных городах страны. Конечно, шведское государство не бездействует и пытается переломить этот опасный тренд. Еще с октября 2023 года правительство Швеции пошло на экстренные шаги, начав регулярно выделять миллионы крон на охрану синагог и еврейских центров. Но все эти миллионные вливания, превращающие еврейские объекты в военизированные крепости, борются лишь с внешними симптомами и не способны вернуть людям базовое чувство безопасности. Опубликованный летом 2026 года отчет государственного шведского «Агентства живой истории» констатировал шокирующую динамику: доля шведов, открыто соглашающихся с классическими антисемитскими стереотипами, за два года резко выросла на 14% из-за нормализации языка ненависти в соцсетях. Анонимные опросы Совета шведских еврейских общин выявили еще более пугающие цифры: свыше 80% местных евреев в повседневной жизни испытывают панический страх, отказываясь от использования любых символов национальной идентичности. Около 90% еврейских студентов в Швеции заявили, что в стенах учебных заведений не чувствуют себя в безопасности, а половина из них лично сталкивалась с угрозами прямо во время занятий. Аналогичная ситуация в школах констатирует: антисемитизм в Швеции стал системным элементом молодежной культуры.

Именно эту страшную реальность имела в виду Симона Мохамссон, когда выходила на дебаты со звездой Давида. Она попыталась заставить шведское общество увидеть: если европейское государство сегодня не способно защитить право ребенка на базовую безопасность, то под угрозой оказывается фундамент свободы каждого его гражданина. И если не предпринять решительных мер, со временем прятать от посторонних глаз свои ценности придется далеко не только еврейским детям.