Вошь по имени Надежда

12.09.2016

В русской литературе вшам выделялось особое место, но редко когда достойное. Другое дело «Вошь Нехама» – поэма Меира Шалева. Прыгая с головы на голову, маленькая кровопийца познаёт мир, тоскует от его многообразия и неожиданно для себя осчастливливает одинокого лысого мужчину. Корреспондент Jewish.ru разобрался, в чем мораль сей басни и почему вошь незаменима в деле воспитания общества.

Все помнят тот страшный день, когда оказывалось, что ты принёс домой вшей из садика или школы? Тут же домашние начинают сторониться, хотя виду, конечно, не подают, но держатся от тебя на заметном расстоянии – ну, а как иначе. В одной московской семье бабушка при такой новости однажды едва руки к небесам не подняла, воскликнув: «Хорошо, что дед не дожил до этого дня!» Дед был военным врачом, а вши ассоциировались с окопами, грязью, голодом и нуждой. О вшах на твоей голове никто из друзей или соседей ни в коем случае не должен был узнать, иначе все решат, что это твоя горе-мать запустила домочадцев.

Счастьем было обнаружить, что насекомые, появившиеся на голове, являются заболеванием, называемым педикулёз – настоящее облегчение! Когда говоришь аптекарю: «Дайте мне, пожалуйста, средство от педикулёза», – не приходится давиться словами. Это совсем не то что: «У меня вши. Дайте мне что-нибудь!» Это небось пришлось бы шептать ему на ухо, переваливаясь через стойку прилавка, а после, получив искомое, стыдливо глядя себе под ноги, быстро покидать аптечный зал. Впрочем, со средствами от педикулёза в руках ноги тоже стараешься унести поскорей.

Чешский учёный зоолог-паразитолог Милан Даниэл сообщает нам, что по меркам эволюции вши – один из самых молодых отрядов насекомых и существует всего лишь 50 миллионов лет. Они прилично старше homo sapiens, который появился только 2,5 миллиона лет назад, и сопровождают его всю историю. В те времена, когда человек ходил на четвереньках, вши уже не давали ему житья. Более того, они избрали именно его местом своего обитания, и с тех пор их жизнь без него невозможна.

Человеческая вошь вместе с человеком преодолела весь сложный эволюционный путь, который был начертан последнему в процессе его превращения из обезьяны в венец творения. И всю историю их взаимоотношений идёт война, которую человек проигрывает, выигрывая при этом каждый отдельный бой. Начиная с луковых и полынных втираний, сквозь керосиновую баню к электрической расчёске – вошь выдержала всё. Страшно представить, но есть подозрение, что она вполне способна пережить и человека, переживёт ли он её – вопрос.

В русской литературе вшам редко выделялось достойное место. Чехов в своих записках вспоминал: «Взглянешь на фабрику где-нибудь в захолустье – тихо, смирно, но если взглянуть вовнутрь: какое непроходимое невежество хозяев, тупой эгоизм, какое безнадёжное состояние рабочих, дрязги, водка, вши» – вот так, через запятую, как звенья той самой цепи. Используя многоэтажную метафору, власти вши ужасался Иван Шмелёв в «Солнце мёртвых»: «Главное – успокоили человеков: от обезьяны – и получай мандат! Всякая вошь дерзай смело и безоглядно. Вот оно, Великое Воскресение… вши! Нет, какова кривая-то?! Победная-то кривая?! От обезьяны, от крови, от помойки – к высотам, к Богу-Духу… и проникновению космоса чудеснейшим Смыслом и Богом-Словом, и… нисхождение, как с горы на салазках, ко вши, кровью кормящейся и на все с дерзновением ползущей». Роман был написан в 1923 году, когда русский писатель, публицист и православный мыслитель из купеческого рода был уже в эмиграции. И под восставшей вошью тут подразумеваются победившие низы.

Бродский в сонетах к Марии Стюарт упрекал Эйфелеву башню за то, что та своим величием к нулю низводит человека: «Париж не изменился. Плас де Вож / по-прежнему, скажу тебе, квадратна. / Река не потекла ещё обратно. / Бульвар Распай по-прежнему пригож. / Из нового – концерты за бесплатно / и башня, чтоб почувствовать – ты вошь». Галич воспел вредное насекомое в «Балладе о Белой Вши». У него она – королева лагерной жизни, непобедимая повелительница Магадана, последнее, что напоминает зекам об их природе. Когда большинство человеческих проявлений, чувств и эмоций стёрты, по ночам начинает нестерпимо чесаться башка: «И вот в этот-то час, как глухая дрожь, / Проплывает во тьме тоска, / И тогда просыпается Белая Вошь, / Повелительница зэка, / А мы ее называем все – / Королева Материка! / Откуда всевластье ее взялось, / Пойди расспроси иных, / Но пришла она первой в эти края, / И последней оставит их...»

Прижизненный классик израильской литературы Меир Шалев, предки которого перебрались в Израиль из Украины ещё во вторую алию, в 1990 году написал детскую книжку в стихах под названием «Вошь Нехама». Со временем вошь стала одной из популярнейших героинь израильской литературы. Шалев посмотрел на вошь с другой стороны: русский аналог имени Нехама – Надежда – стало быть, вошь по имени Надежда.

Её история начинается на голове у маленького мальчика. Пробираясь сквозь его волосы, она вышла на лоб, обнаружила вокруг огромный мир и сделалась космополитом. Одной головы – мало, говорит Нехама, подавайте мне все головы мира! Товарки просили опомниться, напоминали, что мир полон врагов, а вшей называют паразитами – Нехама оставалась неумолимой. Скача с головы на голову, она побывала недолго в израильской армии, но голова армейца ей совсем не понравилась, ведь они носят короткие стрижки. Потом была голова стюардессы, на которой она облетела полмира, где жизнь её превратилась в красочный калейдоскоп. Пожила в парике у министра, ходила с ним на заседания в Кнессет, но там было тоскливо, и от скуки она кусала министра побольней, а тот от досады утверждал абсурдные законы. С головы министра она перебралась на телеведущего, и жизнь снова заиграла красками. Гостями его студии было множество интересных людей, то есть вшей. Однажды она даже познакомилась с весьма солидной дамой, жившей сначала в бороде Авраама, потом у Аллаха. Большой мир, когда ты пересёк его вдоль и поперёк, оказывается до странности мал. В конце этой истории Нехама бродит по пустыне, горюя, что жизнь снова не радует. Пустыней оказывается лысая голова совершенно одинокого человека. Он, грустный, глядел в зеркало на свою лысину и обрадовался, когда увидел скачущую по ней одинокую вшу. «Есть вши – будут и волосы!» – воскликнул он. Прямо как Голда Меир, которая однажды сказала об Израиле: «Моисей водил нас по пустыне 40 лет, чтобы привести к единственному месту на Ближнем Востоке, где нет никакой нефти». Но есть люди – будет и страна.

Шалев неспроста так легко выводит вошь в партнёры человеку. В одном своём интервью он признался, что с детства мечтал стать зоологом, мечтает об этом по сей день, и однажды им таки станет. Например, его «Русский роман» был отмечен самой необычной для литературы премией – призом израильского энтомологического общества за исключительно подробное описание жизни насекомых в полях. А роман «Голубь и мальчик» за детальный рассказ о странствиях перелётных птиц был отмечен премией зоологического факультета Тель-Авивского университета. Всё-таки близкое понимание природы человеком делает её принятие естественным и спокойным.

Похождения литературной вши Нехамы в жизни не закончились. Один из самых старых детских театров в Израиле – театр немецкой актрисы Орны Порат – поставил спектакль по мотивам знаменитой поэмы, а Цвия Губерман написала либретто на музыку израильского композитора Йони Рехтера – все это для мюзикла, посвящённого поэме о вошке. И, конечно, появился мультфильм «Вошка Нехама». А на дверях многих израильских детских садиков и школ вот уж 20 лет, как ранней осенью появляется объявление: «Нас посетила Вошка Нехама». Это значит, что пора проверить головы своих детей. Словом, в деле воспитания толерантности в израильском обществе вошь играет важную роль – первостепенную, пожалуй. И действительно – никому, кроме самой преданной мучительницы, эту роль не поручишь.