Друг Моцарта и Сальери

21.06.2016

Они творили музыку, он создавал под нее литературу. Однако из 28 либретто к произведениям 11 композиторов, включая оперы Моцарта и Сальери, особняком всегда стоял «Дон Жуан». Здесь итальянский еврей Лоренцо да Понте не только выразил весь личный опыт в искусстве соблазнений, подключив к работе своего наставника, Джакомо Казанову, но и многое привнес из еврейского фольклора. Как результат – опера, которая и спустя 230 лет считается одной из величайших в мире.

В начале этого года в архивах Чешского музея музыки была обнаружена партитура произведения Моцарта, которая более 200 лет считалась утраченной. Кантата, созданная в 1785 году, была написана великим композитором в соавторстве с Сальери и Корнетти на слова Лоренцо да Понте, известного еврейского либреттиста и переводчика своего времени. Но это новообретенное произведение далеко не единственная совместная работа Моцарта и да Понте. Их неповторимый творческий союз также подарил миру такие шедевры, как «Свадьба Фигаро» и «Так поступают все». Но главным их детищем все же стала блестящая опера «Дон Жуан».

Эта история началась в 1787 году в таверне на сонной кривой улочке в тени романских арок, готических сводов и высоких башен в стиле барокко, украшавших старую Прагу. В тускло освещенном зале пивной трое мужчин в галифе, треуголках и напудренных париках оживленно вносили последние штрихи в свою новую оперу «Дон Жуан», которая сегодня, спустя почти 230 лет, считается одной из величайших в мире. Этими тремя собеседниками были легендарный женский обольститель Джакомо Казанова, величайший композитор Вольфганг Амадей Моцарт и одаренный либреттист Лоренцо да Понте.

Опера по пьесе «Мщение из гроба» испанского драматурга Антонио Самора конца XVII века и либретто Джованни Бертати никого не оставит равнодушным. Музыка – фантастична, слова пропитаны страданием, а сюжет вызывает эмоции, с которыми каждый из нас сталкивался не раз – от страха до жажды мести, от страсти до злости, от плотского желания до нежности. И совсем неудивительно, что в письме к Луизе Колет Гюстав Флобер назвал «Дон Жуана» Моцарта вместе с Гамлетом и морем «тремя самыми красивыми созданиями Господа».

Многие считают, что такой идеальный творческий продукт вряд ли мог бы появиться на свет, если бы автор не был знаком с темой вероломных соблазнений не понаслышке. Испанский режиссер Карлос Саура в своем фильме «Я, Дон Жуан» (Io, Don Giovanni), ставшем вольным пересказом биографии да Понте, близко подходит к истине, проводя параллели между бурной молодостью автора и либретто, которое он написал позже для Моцарта. Но очевидно, что не один личный жизненный опыт да Понте вдохновил его на создание сюжетных акцентов оперы. В ней также чувствуется влияние и еврейского фольклора –например, когда мраморная статуя оживает и мстит убийце. На самом деле это не что иное, как отсылка к идишской легенде о големе, которая была очень хорошо знакома чешской публике.

Кем же на самом деле был этот талантливый литератор с итальянским именем и отличным знанием еврейской мифологии? Лоренцо да Понте (Эмануэле Конельяно) родился в еврейской семье в венецианском гетто в 1749-м, но в 1763 году, после смерти матери и еще до своей бар-мицвы, вместе со своим отцом и братьями принял католичество. Позже он стал священником, но несмотря на сан, ему нравилось вольно рассуждать на богословские и моральные темы, а свое истинное духовное призвание он нашел в страстных любовных похождениях. В 1779 году в родной Венеции Лоренцо предстал перед судом за «публичное внебрачное сожительство» – его обвиняли в том, что он держал дом разврата и азартных игр, а также сам в нем жил.

Именно в этом веселом окружении он встретился с человеком, ставшим его главным советчиком по амурным вопросам, Джакомо Казановой. После того как да Понте, обвиненного в крайнем распутстве, выгнали из Светлейшей Республики Венеция на 15 лет, он отправился в Европу, но и тут за ним шлейфом тянулись скандалы. В Дрездене, к примеру, Лоренцо поймали на «многопрофильной» интрижке – он умудрился крутить романы одновременно с хозяйкой дома, в котором квартировался, и с ее дочерями. Все открылось по досадной случайности – дамы сердца перепутали время, и одно свидание наложилось на другое в лучших традициях оперы-буфф.

В конце концов в Вене по протекции композитора Сальери литератора Лоренцо представили императору Иосифу II, а чуть позже и Моцарту. Вторая встреча произошла во дворце барона Вецлара – иудея, принявшего крещение, –который поддерживал композитора и хотел помочь да Понте. Известный филосемит Моцарт с радостью принял Лоренцо в круг своих друзей, и довольно скоро у них сложился крепкий творческий союз. Как писал биограф Моцарта Марсия Давенпорт, «строки [да Понте] всегда были яркими и блестящими и облекали мысли Вольфганга в словесную форму с искрой, которая рождается при ударе кирки о кремень».

На самом деле Моцарт во многом походил на Микеланджело, который талантливейшим образом зашифровал свое дружеское расположение к евреям в росписи Сикстинской капеллы. Композитор скрыто осудил антисемитизм в своей опере «Похищение из сераля», изобразив ненавидимого турка, Селим-пашу, как участливого человека, лишенного религиозных предрассудков.

Но в 1790 году умер покровитель да Понте Иосиф II, а через год ушел из жизни и Моцарт. Новый император был к литератору безразличен, и Лоренцо пришлось искать применение своим талантам в других землях. Не имея возможности вернуться в родную Венецию, да Понте перебрался в Париж, потом в Лондон, а затем отправился в Новый Свет. Там он стал настоящим «венецианским купцом» – начал коллекционировать предметы искусства, стал известным продавцом книг, лектором, выдающимся экспертом в музыке, импресарио и, наконец, преданным мужем. В отличие от своего учителя в амурных делах, Казановы, с возрастом Лоренцо научился усмирять плотские порывы и сублимировать их в творчество.

Выдающийся гуманитарий времен Ренессанса, да Понте познакомил с работами Данте Алигьери, Франческо Петрарки и Витторио Альфьери тысячи своих студентов в Колумбийском университете, основанном в 1754 году. Будучи философом и историком, он поддерживал ценности французской и американской революций. Будучи поэтом Просвещения, он продвигал идеи свободы творчества в искусстве. Будучи гуманистом, он боролся с предубеждениями и бедностью, щедро спонсируя многие благотворительные инициативы на новой земле, в Америке. В память о своем друге Моцарте в 1826 году в Нью-Йоркском мюзик-холле, который впоследствии стал Метрополитен-оперой, Лоренцо поставил «Дон Жуана».

Да Понте умер в 1838 году в Нью-Йорке, но до сих пор достоверно не известно, где именно находится его могила. Похоронная церемония состоялась в старом соборе Святого Патрика на Малбери-стрит, но касательно места его захоронения ведутся споры. Одни источники утверждают, что его могила находится на кладбище Голгофа в Квинсе, Нью-Йорк (только вот незадача – оно появилось лишь в 1848 году), а другие говорят, что свое последнее пристанище он нашел в Нижнем Манхэттене. Но так или иначе, каменное надгробие-мемориал да Понте сегодня находится именно на Голгофе. Современники да Понте утверждали, что он носил золотую Звезду Давида на груди, и некоторые предполагали, что в конце жизни литератор мог тайно вернуться в веру предков.

Мы также не знаем, где именно на венском кладбище Святого Марка покоятся останки Моцарта, так как в те времена могилы, не принадлежащие знати или богачам, часто перемещались и вскрывались. Могилу Казановы постигла та же участь – ее давно уже нет. Но разве так уж важно, где именно находится прах, если гений вечно жив? Нетленным памятником Моцарту, да Понте и Казанове навсегда останется их непревзойденный «Дон Жуан».